ЕГЭ КАК АПОКАЛИПСИС ДЛЯ ПОДРОСТКА

 
Игорь Савельевписатель, г. Уфа

ЕГЭ КАК АПОКАЛИПСИС ДЛЯ ПОДРОСТКА

04 июня 2014, 14:10
 
Много лет российская школа, наследуя лучшие традиции гуманизма a’la фильм «Доживём до понедельника», всячески уберегала своих подопечных от столкновения с диким капитализмом – ибо подростки максималисты, и любая несправедливость может их жёстко травмировать. Все девяностые боролись, например, за возвращение школьной формы – иначе, мол, непохожая одежда подчёркивает неравное материальное благополучие семей. В «нулевые» годы у школы появился новый враг – электронные девайсы, говорящие о расслоении общества еще больше. Но когда с айфонами и айпадами стали приходить первоклассники, тут уже учителя махнули рукой. Тем не менее, уберечь от потрясений и жгучей зависти школьников друг к другу – это всегда оставалось одной из главных забот педагогов. 

Доходило до экзотики. Например, когда в 2000 году я заканчивал школу, у нас в Башкирии не выдавали российские паспорта: несколько лет тянулся спор республики с федеральным центром. Республика требовала то ли графу «национальность», то ли вкладыш на башкирском языке, которого потом и добилась. Короче, паспорт я получил в 19 лет, а до этого мы ходили с бумажками под названием «Временное удостоверение личности», с которыми в других регионах милиция просто задерживала, потому что впервые такое видела. Соответственно, мы не могли поступать в вузы за пределами Башкирии. Учителей это, кажется, тревожило больше нашего, и когда единственному парню из класса по блату кто-то сделал паспорт СССР (видимо, где-то ещё хранился НЗ бланков), и он, бледнея от гордости, принёс его в школу для оформления аттестата, ему устроили обструкцию – чтобы «не выделялся». (Впрочем, и с этим паспортом он ни в какой МГУ не поехал, а, кажется, ушёл в автомеханики.) Школа всегда стояла на страже справедливости, даже в мелочах... и как тут не вспомнить слова Иисуса Христа: «Марфа, Марфа, ты заботишься и хлопочешь о многом, а одно только нужно». 

Тем самым «одним» оказался ЕГЭ, который, вообще-то, изначально и задумывался как торжество справедливости: вместо сомнительных схем с вузовскими репетиторами из приёмной комиссии, что стало повсеместным к тому году, когда мы выпускались из школы, – равные шансы для всех. Из любой деревни – в Бауманку. Из престижной московской школы – в ПТУ, если ты ничего не соображаешь. Так это нам виделось. Сейчас, спустя несколько лет, при одном упоминании ЕГЭ мы дружно крестимся (какая-то библейская получается колонка): слава богу, что нас это миновало! Заголовки в новостях – один страшнее другого. «Второй ЕГЭ – второе самоубийство», – хладнокровно констатируют «Вести», а Рособрнадзор не устаёт напоминать журналистам, что «связывать трагический случай с экзаменом неуместно»: ведь официально результаты ЕГЭ станут известны после 10 июня (?). 

О «побочных» эффектах ЕГЭ написаны уже километры газетных статей. И про развал образовательного процесса в старших классах, когда вместо того, чтобы что-то изучать, зубрят принципиально важные вопросы вроде «Какого цвета были глаза у Болконского». И про запредельно нервную атмосферу экзамена, когда здоровый взрослый-то рухнул бы от инфаркта. Но главный удар, который наносится молодым людям, только вступающим во взрослую жизнь, – по-моему, очень серьёзен. Куда там переживаниям из-за разного статуса семей и шмоток-девайсов. Школьников макают головой в такую несправедливость, после которой, действительно, трудно оправиться и поверить во что-либо «чистое, доброе, светлое» в этой жизни (привет князю Болконскому). 

В прошлом году, в день самого страшного экзамена, я занялся тем, что выцеплял по поиску в блогах – что пишут о пережитом те, кто только что вышел с ЕГЭ и получил в руки телефон. Разумеется, эмоции переполняли всех, адреналин бил фонтаном, и было много слёз, отнюдь не слёз радости. Но очень многие – едва ли не половина тех, кто счёл нужным высказаться, – были глубоко возмущены. «Несправедливость мира» ударила их на экзамене с размаху, и получился такой ускоренный курс постижения российской действительности. 
Алгебру зубрили и клеточки заполняли год – школу жизни прошли за шесть часов, экстерном. 

«Почему я писал сегодня без единой шпаргалки и думал своей головой, когда тысячи идиотов скатывали с телефона?» 
«ЕГЭ – полное г... Нам говорили, что все будет серьезно. Какого хрена тогда все сидели с телефонами, шпаргалками и спокойно переговаривались?» 

Всё это появлялось подряд, с разницей буквально в минуты. 
«ЕГЭ просто найс. Телефоны не берите, бла-бла-бла, там ловят, удаляют, аттестат не получите. С***ка, все сидели с телефонами, кроме нашего класса...». 
«Даже не вздумайте явиться с телефонами! Ага. Через пять мин. в класс заваливается училка со словами: «Если чё, кидайте ммс-ки!» Атас...» 

«Что за фигня? Все списали ЕГЭ по русскому! В минобразования ваще упоролись?» 
Наверное, можно не продолжать, тем более, что немалая часть высказываний — с запрещенной ныне официально лексикой. 
Реакция на эту «репетицию взрослой жизни» многообразна. Стоило так накручивать школьников в два последних года их учёбы, заставить поверить, что от этих нескольких часов зависит их карьера и судьба, — чтобы потом забегать в класс и кричать про MMS? Во что после такого должны поверить молодые люди?.. 

Ключевой вопрос, заданный одним из выпускников: «Вопрос дня: если можно списать на ГИА и ЕГЭ, то зачем напрягаться по жизни дальше?» 
Стресс выражается по-разному. Как мы узнаём из новостей почти каждый день, иногда и самым трагическим образом. 
Кто-то ведёт себя провокационно, чтобы потравить душу возмущённым товарищам по несчастью, или же принял произошедшее за правила игры: «Побеждает не умный, а хитрый. Те, кто списали – молодцы». 

Кто-то подталкивает к далеко идущим выводам, даёт, так сказать, задел на будущую взрослую жизнь: «Ты учила ночами, а на ЕГЭ от волнения перепутала ответы, а блатной дурак всё скатал с телефона и теперь учится в лучшем вузе страны». Вообще, накал выяснения отношений между «честными» и «нечестными» в форумах, посвящённых тому, кто как написал ЕГЭ, такой, что это даже не снилось «взрослому» обществу с его Крымом и Донецком. Так что будьте покойны, конфликтного потенциала нам ещё надолго хватит! 
Кто-то готов действовать: «Если люди, списавшие на ЕГЭ, будут хвастаться своими высокими баллами, я буду сразу и без предупреждения их за волосы по полу таскать». 

Кто-то робко хватается за соломинку, что «отчислят таких после первой сессии», но сам же в это не верит. 
А большинство просто рефлексирует: «Передо мной сидела... не знаю, как назвать, в общем, оно. Это чудо все 4 часа тупо пялилось в телефон: гуглила, списывала и т.д. (после экзамена слышал, как говорила: подошли ответы бла-бла-бла). А я вряд ли смогу поступить в Москву... Значит, я лох». К каким ещё выводам и действиям приведёт этого человека такая рефлексия — ещё вопрос. Хорошо, если всего лишь к здоровому пофигизму. Такое, кстати, тоже попадалось, в качестве защитной реакции: «Ну, не сдам, пойду работать, куплю грузовик, буду ездить на нём по миру, ходить на концерты и знакомиться с людьми, чего париться-то...» 
Такое ощущение, что у нас делается всё, чтобы раздолбать последнее. В данном случае – хоть какую-то веру в возможность честного жизненного пути (в карьере, в заработке, во всём) в нашей стране, пусть даже в фазе юношеского максимализма. А телевизор включишь — всё хорошо, прекрасная маркиза, страшней Кончиты зверя нет. 

После чтения таких форумов хочется снести все пункты ЕГЭ бульдозером, но, если взглянуть трезво, тут есть, наверное, два пути. 
Первый: снижать «сакральность» ЕГЭ, чтобы экзамен выглядел как экзамен («чего париться-то»), а не как Страшный Суд, на котором окончательно решается судьба человека. А то получается замкнутый круг: чем больше сообщений о нарушениях – тем больше полиции, металлоискателей; боюсь, и до кинологов дойдёт или СОБРа. После прошлогодних экзаменов заговорили и об уголовном преследовании тех, кто «сливает» ответы... Чем больше кошмарят – тем более противоречивые чувства охватывают тех, кто проводит и контролирует ЕГЭ на местах: тут и желание учителя помочь «своим» в этой обстановке облавы, и боязнь погубить жизнь того, кто по глупости списывает. Так что хорошо, что в минобразования вроде бы готовится приказ, разрешающий с 2016 года пересдавать ЕГЭ: сейчас школьник, пойманный с телефоном, действительно остаётся без аттестата. Потому-то и не ловят. Можно будет пересдавать – начнут нормально ловить и выгонять с экзамена. 

И второе. На эту мысль меня навела реплика одной десятиклассницы в форуме: «Если такое будет через год, когда я буду писать, я сразу же сдам тех, кто списывает, и плевать мне на их результаты!». У нас принято считать, что «закладывать» – это позорно и вообще страшный грех, тут тебе припомнят и «понятия», и 37-й год с доносами, и вообще – у нас презрительно смеются, когда рассказывают о немецких или американских школах, где на экзамене поднимают руку и говорят: «Он списывает». Так вот, пришло время «закладывать» – в конце концов, ради собственного же будущего. Конечно, школа, экзамен, аттестат – это всё не самое важное и только преддверие настоящей жизни, но если не начать хотя бы с этого, то так и будем мы жить в дерьме. 

http://www.echo.msk.ru/blog/savelev_i/1333886-echo/

4 Июня 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-читай

Архив материалов