Историки обсуждают «закон Яровой», запрещающий «реабилитацию нацизма»

«Это позднесталинский период после Второй мировой войны, когда была очень жесткая цензура»

 


 
 
 
 
 
 


 

За несколько дней до Дня Победы Владимир Путин подписал закон, направленный на противодействие «попыткам посягательств на историческую память в отношении событий Второй мировой войны». Инициатором принятия этого закона выступила известный депутат Ирина Яровая. Еще на стадии обсуждения законопроект вызвал массу критики. Даже после того как он был одобрен в Госдуме, ряд сенаторов предлагали с ним повременить и переформулировать некоторые пункты. В частности, об этом говорил член Совета Федерации от Архангельской области Константин Добрынин. И все же закон принят и подписан президентом - «красиво», к 9 Мая. О том, что это означает для истории как науки и каковы будут последствия для нее, мы поговорили с исследователями, учеными, которых он коснется в первую очередь. Это историки, которые на протяжении последних лет опровергали многие идеологические штампы о Второй мировой войне.

 

«Если я скажу, что в Третьем Рейхе жизнь была безопаснее, чем в эпоху Сталина, я «реабилитирую» нацизм»?»

Андрей Буровский, кандидат исторических наук, доктор философских наук, член Союза писателей, автор книг «Великая гражданская война: 1939-1945», «Холокост. Были и небыли», «Апокалипсис XX века. От войны до войны» и других:

 

- Андрей Михайлович, вы один из историков, чьи книги, посвященные проблематике Второй мировой войны, могут попасть под действие нового закона о запрете «реабилитации нацизма». Вы напряглись?

 

- Во-первых, формулировка закона «распространение заведомо ложных сведений о деятельности армий стран антигитлеровской коалиции во время Второй мировой войны» очень напоминает формулировку из советского законодательства — «распространение заведомо ложных сведений о Советском Союзе, его правительстве и его политическом строе» из Уголовного кодекса СССР, статья 70-я. Сразу возникают не очень приятные ассоциации. Это опасная практика, потому что никто не знает: а что будет объявлено «заведомо ложными сведениями». Например, то, что американцы выморозили и убили голодом около миллиона немецких военнопленных, является распространением заведомо ложных сведений? Видимо, это будет являться ложью или правдой в зависимости от отношений Российской Федерации с США на том или ином историческом этапе.

 

Во-вторых, следует признать опасной всякую практику, когда представления об истории политизируются и провозглашаются некой истиной в последней инстанции и уклонение от официально признанных представлений начинает караться по закону. В Европе существует множество примеров принятия таких законов. Например, законы о Холокосте, запрещающие сомневаться в том, что было убито именно 6 млн евреев, именно в газовых камерах, и ответственность за это лежит на тогдашнем немецком правительстве. В последнее время был принят также закон о том, что нельзя сомневаться в геноциде армянского народа в 1915 году.

 

В-третьих, в России происходит очень странная вещь. С одной стороны, есть тенденция, отрицающая европейскую сущность России. И тем более отрицающая необходимость создавать нам, россиянам, такой же тип общества, как в Европе. Но одновременно в России делается та же самая гадость, что и в Европе, когда академическое знание политизируется, выдвигается одно единое «правильное» мнение и преступником объявляется всякий, кто его не разделяет. В этом смысле и я, ваш покорный слуга, являюсь страшным уголовником: я не разделяю тех представлений о Второй Мировой войне, которые считаются официальными.

 

 

 

Андрей Буровский

 

Источник: http://polit.pro/

 

 

- Как бы вы объяснили формулировки закона? Например, что значит «реабилитация нацизма»? Как возможно реабилитировать нацизм при помощи публикации документов, воспоминаний свидетелей событий?

 

- Я вообще не понимаю формулировки «реабилитация нацизма». Если я скажу, что в Третьем рейхе жизнь была безопаснее, чем в эпоху Сталина в СССР, я тем самым «реабилитирую» нацизм? Я не понимаю, где проходит грань между историческим анализом документов и фактов, а где я совершаю преступление, согласно новому закону.

 

Например, я переписывался с одним интересным человеком, который воевал в люфтваффе. Он рассказывал, что в его полк неоднократно приезжал и выступал сам Гитлер. С ним этот человек общался так же, как мы сейчас с вами. И, по словам этого человека, Гитлер никогда ничего не говорил о мировом господстве. Является ли распространение мною этих сведений «реабилитацией» нацизма или нет? Тот, кто будет судить меня по этому закону, будет обладать полной свободой действий.

 

- По принятому закону также можно преследовать тех, кто отрицает приговор, вынесенный Международным военным трибуналом в Нюрнберге. Насколько этот приговор является «священным», чтобы нельзя было его пересмотреть?

 

- Начнем с того, что многие исследователи на Западе, прежде всего американские юристы, считают Нюрнбергский процесс незаконным. Критика Нюрнбергского процесса происходит на протяжении всей послевоенной истории. Это очень сомнительный процесс, который судил, в том числе, так называемых «военных преступников», объявляя преступлениями то, что не являлось преступлением в момент совершения деяния. Это нарушение одного из фундаментальных основ римского права.

 

Лично я не понимаю, что такое военное преступление. Если они были, то, разумеется, и Советский Союз тоже совершал военные преступления. Причем много! Простите, как назвать приказ Жукова о том, что Красная Армия в Венгрии и Германии находится в режиме самообеспечения? Или, может быть, кто-то будет отрицать факт истребления жителей Восточной Пруссии? А как относиться к вывозам людей в Советский Союз, где их содержали в лагерях и пытали, а они были виноваты только в том, что воевали на стороне своего государства? Страшные пытки, громадные сроки заключения — это факт, эти обстоятельства широко известны. Если объявить знание этих фактов преступлением, то я, конечно, уголовник. И великое множество других людей.

 

И наконец, надо добавить, что в принятых формулировках содержится серьезное противоречие: Советский Союз не всегда соглашался со всеми положениями Нюрнбергского трибунала. Получается непонятная ситуация.Является ли Российская Федерация преемником Советского Союза? А если является, то в какой степени? Тогда каким образом у нас возникает закон с такими формулировками? Но когда творится миф, на такие мелочи никто не обращает внимания.

 

- Но ведь принятие закона мотивируется благими намерениями – чтобы не оскорблять память погибших в войне и тех, кто дожил до наших дней; чтобы молодежь не увлекалась идеями нацизма и не становилась нацистами, чтобы будущие поколения не узнали, что такое нацизм, на практике, и так далее. Разве вы против?

 

- Честно говоря, не понимаю, какое отношение те, кто называет себя «неонацистами» в России, имеют к нацистам реальным, историческим. А решать за будущие поколения, какую информацию им иметь или не иметь, никто права деятелям из Госдумы не давал. Да и действовать от имени ныне живущих им тоже никто права не давал. Право на свободное распространение информации является одним из основополагающих принципов современного общества. Мнения могут свободно сталкиваться в ходе дискуссии, это нормально. Более того, любой запрет на информацию и запрет на точку зрения является преступлением. Если люди убеждены в своей правоте, им не нужно доказывать свою позицию в правоохранительных органах. То, что Волга впадает в Каспийское море, а Нева впадает в Финский залив, не нуждается в доказательстве  с помощью тюрем и полицейских машин. Если какую-то точку зрения начинают защищать с помощью полиции, у меня сразу возникает сомнение в ее правдивости. Если завтра всех обяжут верить в то, что на Северном полюсе холодно, а в Африке жарко, я начну сомневаться и в этом.

 

 

"Разумеется, и Советский Союз совершал военные преступления. Причем много! Простите, как назвать приказ Жукова о том, что Красная армия в Венгрии и Германии находится в режиме самообеспечения? Или, может быть, кто-то будет отрицать факт истребления жителей Восточной Пруссии? А как относиться к вывозам людей в Советский Союз, где их содержали в лагерях и пытали?"

 

Источник:  http://pics2.pokazuha.ru/

 

- Как бы вы охарактеризовали сегодняшний период истории России, который рождает подобные законы и политические практики? Это просто рвение отдельно взятого депутата выслужиться перед начальством, чтобы обеспечить себе дальнейший карьерный рост? Или те, кто у власти, боятся русского национализма? Или закон – это реакция на украинские события, на «бандеровцев»?

 

- Яровая — один из многих винтиков громадной машины, дело не в ней одной. Советский Союз реанимируется, потому что он в головах у множества людей. Советское прошлое для многих людей остается источником ностальгии. Из этого прошлого в нашей реальности нередко появляются и зловещие идеи или формулировки. В том числе этот закон.

 

Впрочем, Советский Союз возрождается не только в России. Современный Европейский Союз очень похож на Советский: с такой же системой запретов и преследований за мнения и убеждения. Даже экономические системы очень похожи: и там, и там – социализм. Наивно говорить, что именно в России возрождается Советский Союз. Он уже возродился в Европе. Там за интерпретации истории можно получить до 10 лет. Например, английский историк Девид Ирвинг, оказавшись на территории Австрии, получил за отрицание Холокоста 3 года тюрьмы. А 77-летний старик Хорст Малер в общей сложности получил 11 лет лишения свободы за отрицание Холокоста.

 

По-моему, не так уж важно, сколько лет получил человек. Важен сам принцип практики наказания за убеждения и мнения. А иногда и даже просто за знание фактов. Например, я считаю, что бомбежки союзниками Лейпцига и Дрездена были тягчайшим преступлением. Является ли это нарушением законодательства? Далее, советская пропаганда десятилетиями твердила, что в Освенциме было уничтожено 4 млн человек, из них 3 миллиона - евреев. В настоящий момент в Освенциме есть табличка, на которой написано, что 4 миллиона – это «советские преувеличения», а на самом деле было истреблено около миллиона человек. Вероятно, через какое-то время эту табличку придется заменить на другую, на которой будет написано, что там было истреблено около 400 тыс. человек. А есть и еще меньшие цифры.

 

Вы предполагаете: правительство боится русского национализма? Но что такое русский национализм? Скажем, восхваление победы русского оружия в 1812 году или в 1945 году - это национализм? А чем не национализм? Я очень горжусь, что мои предки-ученые стояли рядом с великим русским ученымВасилием Докучаевым. И они были русскими. Это тоже национализм? А то, что я горжусь русским космизмом и русскими философами, которые его и создали, - это национализм? А если я желаю слышать на улице русских городов русскую речь и хочу, чтобы в русских семьях было много детей, это тоже национализм?

 

Наконец, вы упомянули о «бандеровцах». Я знал одного бандеровца, ему было 89 лет, более молодых бандеровцев я не знаю. Использование исторического слова, не имеющего отношения к современности, это типичный пример политического жупела и преследование политических противников. В современной Украине нет бандеровцев, не нужно выдумывать очевидные глупости.

 

- Не станет ли принятый закон предлогом к тому, чтобы документы, хранящиеся в архивах ФСБ или еще где-то, были уничтожены? И тогда историкам можно сказать: документов нет, ваши исследования основаны на домыслах, добро пожаловать в суд за «заведомо ложные утверждения»?

 

- Документы скрывали, скрывают и будут скрывать. До сих пор у нас открыты далеко не все военные архивы. Аналогичная ситуация в США и Британии. Мы совсем недавно узнали о том, что уже в 1945 году готовилась операция «Немыслимое» - война «союзников» с СССР. Документы уничтожались, уничтожаются и будут уничтожаться.  Например, уничтожено множество документов о блокаде Ленинграда. Где вы найдете меню столовых для партийных работников в декабре 1941 года? Они давно уничтожены. В связи с этим нам, историкам, часто приходится реконструировать факты. Но я не знаю ни одного случая, когда бы совершенное преступление не выходило наружу.

 

 

"Яровая — один из многих винтиков громадной машины, дело не в ней одной. Советский Союз реанимируется, потому что он в головах у множества людей" (слева - глава администрации президента РФ Сергей Иванов).

 

РИА Новости/Михаил Метцель

 

- А пока шел процесс принятия этого закона, вы уже почувствовали на себе какую-то угрозу?

 

- Нет. И думаю, что не почувствую. Во-первых, всякую мысль можно излагать так, что и не придерешься. Хотя, вероятно, и в таком случае исследователя можно подвести под какую-нибудь статью. Во-вторых, я не делаю свои исследования предметом политического торга. В-третьих, меня невозможно купить. Даже если мне предложат утверждать что-то невероятное за деньги, я не из тех, кто соглашается.

 

- А с книгоиздателями есть проблемы?

 

- Ни малейших, меня прекрасно печатают. Другое дело, что какие-то мои книги в дальнейшем уже не будут переиздаваться. Но это все предмет договора. Всегда есть много ухищрений, чтобы  издать неугодную книгу. Например, есть книга ревизиониста Юргена Графа «Новый мировой порядок», где он последовательно разоблачает общепринятые представления о Холокосте. Ее внесли в федеральный список экстремистской литературы. Так надо издать книгу, условно говоря, Васи Иванова в соавторстве с Юргеном Графом под названием что-то вроде «Современный мировой порядок».

 

- Можно ли сказать, что появление такого закона — это свидетельство плачевного состояния исторической науки в России?

 

- И не только в России. Американский исследователь Энтони Саттон был отовсюду изгнан только за то, что, имея на руках все необходимые документы, доказал, что миллиардеры с Уолл-стрит финансировали большевиков. И объяснил почему. Потому что их связывали родственные и дружеские связи. Даже после смерти его имя до сих пор продолжают шельмовать.

 

- Скажите, почему историки не выступили против «закона Яровой»? Не написали какое-нибудь обращение к Путину?

 

- Многие ученые ничего не имеют против репрессивного законодательства, потому что они тоже дети Советского Союза, их вполне устраивает такая ситуация. А потом, они зависят от бюджетных денег и грантов. Извините, но большинство уважаемых коллег - обычные проститутки. Давно известно, что гражданин — это тот, кто владеет собственностью и оружием. Если у человека нет собственности, которая делает его независимым от государства, и нет оружия, которым он может защищать эту собственность, он не является гражданином. Разговора о гражданской позиции холуя, получающего подачку в виде гранта или зарплаты, и быть не может. Настоящий гражданин независим по определению.

 

«Если будет введена блокировка интернета по иранскому или китайскому варианту, а мы к этому уже движемся, то цензура вполне может быть эффективной»

Борис Соколов, литературный критик, историк, доктор филологических наук, кандидат исторических наук, член Русского ПЕН-центра, автор книг «Все мифы о Второй мировой. Неизвестная война», «Правда о Великой Отечественной войне», «Неизвестный Жуков: портрет без ретуши в зеркале эпохи» и других:

 

- Борис Вадимович, президент подписал закон против «реабилитации нацизма». А вы написали множество книг, цель которых развенчать привычные мифы Второй мировой войны. Вероятно, этот закон так или иначе коснется вашей деятельности…

 

- Этот закон сформулирован так, что можешь попасть под суд, даже если будешь цитировать особое мнение советских судий, которые были не согласны с рядом пунктов Нюрнбергского трибунала относительно Гесса и против оправдания Папена, Фриче, Шахта. Что касается «защиты исторической памяти» или сложившихся представлений «о днях воинской славы России», то у этих формулировок настолько широкое определение, что под них можно подвести все что угодно. По опыту советских времен можно предвидеть, что никто не будет пытаться доказать ложность обнародованных историком сведений и уж тем более то, что автор сознавал, что говорит неправду. Карать будут за любые утверждения, выставляющие не в лучшем свете сталинскую политику и Красную Армию. Фактически это возвращение к предварительной цензуре. Потому что если этот закон будут применять достаточно широко, то сами историки начнут просить вернуть цензуру, чтобы они не попадали под действие этого закона.

 

 

Борис Соколов

 

Источник: http://gdb.rferl.org

 

- Почему этот закон был принят именно сейчас? Ведь он был предложен еще тогда, когда спикером Госдумы был Борис Грызлов.

 

- Я думаю, это связано с событиями на Украине. Сейчас вся антиукраинская риторика идет в духе сталинской пропаганды во Второй мировой войне, когда нынешнее украинское правительство уподобляют не просто «бандеровцам», а фашистам. Даже лидер думской фракции называет киевское правительство «фашистской гадиной, которую надо раздавить в ее логове». И необходимо еще усилить этот пафос борьбы. Хотя это только повод. Намерения ввести цензуру на исторические исследования существовали уже давно.

 

Я вообще считаю, что никакого смысла в этом законе нет, потому что у нас в стране одобрение нацистских преступлений и так карается законодательством об экстремизме и о разжигании межнациональной розни. А вот то, что новый закон фактически введет цензуру на исторические исследования и критику любых действий СССР в период Второй мировой войны, это, скорее всего, станет реальностью.

 

- Как вы думаете, какие факты, версии, концепции прежде всего попадут под действие закона? О чем уже нельзя будет писать и говорить, чтобы не попасть под статью?

 

- Наверное, нельзя будет публично осуждать пакт Молотова–Риббентропа и секретный протокол к нему. Нельзя будет говорить о советской оккупации и аннексии Западной Украины и Западной Беларуси, Бессарабии, Прибалтики, о советской агрессии против Финляндии. Не зря российские официальные историки в последние годы упорно отрицали эти бесспорные факты. Вероятно, предвидели, что нечто подобное может случиться с Крымом, Восточной Украиной, другими постсоветскими территориями.

 

Скорее всего, уже нельзя будет писать и о преступлениях Красной Армии в Германии и в освобождаемых странах Европы в 1944-45 годах. Под запретом окажется множество мемуаров и исследований, в том числе книги «Хранить вечно» Льва Копелева и «Война все спишет» Леонида Рабичева. А как быть с Катынью? Повлечет ли ее признание советским преступлением уголовную ответственность? Потребуют ли от нас считать ее немецким преступлением, чего Сталину не удалось добиться в Нюрнберге?

 

Нельзя, наверное, будет писать и о том, что пленным стран «оси» в СССР в годы войны жилось ничуть не лучше, чем советским пленным в Германии, и процент смертности среди них до конца войны был не меньше, чем среди советских пленных. Не знаю, как будет со сталинскими планами нападения на Гитлера. То ли сочтут, что это оправдывает нападение Гитлера на СССР, то ли все же примут во внимание, что Гитлер конкретных сталинских планов не знал и не вел превентивную войну против уже развернувшегося для нападения противника.

 

Нельзя будет писать что-либо положительное о тех партизанах, которые боролись с Красной Армией на национальных окраинах. А истинные данные о потерях советских Вооруженных Сил, многократно превышающие официальные, теперь будут считать «заведомо ложными».

 

Хочу обратить ваше внимание, что в законе устанавливается уголовная ответственность за распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества, и за осквернение символов воинской славы России. Очевидно, нельзя будет выдвигать альтернативные версии хода Куликовской битвы или утверждать, что в Бородинском сражении Кутузов тактически проиграл Наполеону, а русская армия понесла бОльшие потери, чем французская. И нельзя будет указывать на то, что Ржев правильнее было бы назвать «городом германской воинской славы», поскольку немцы успешно обороняли его полтора года.

 

 

"Нельзя будет говорить о советской оккупации и аннексии Западной Украины и Западной Беларуси, Бессарабии, Прибалтики, о советской агрессии против Финляндии. Вероятно, предвидели, что нечто подобное может случиться с Крымом, Восточной Украиной, другими постсоветскими территориями".

 

 

 

 

 

9 Мая 2014
Поделиться:

Комментарии

РИА Новости/Михаил Воскресенский

- Насколько реально, что эта цензура сможет работать в свете распространенности Интернета?

- Если будет введена блокировка Интернета по иранскому или китайскому варианту, а мы к этому уже движемся, то эта цензура вполне может быть эффективной.

- Современные интернет-технологии позволяют обойти любую цензуру. Если только страну вообще не «отрубят» от Всемирной паутины.

- Но не все люди знают о таких технологиях. И потому блокировки все равно приведут к сокращению доступа к исторической информации.

- На ваш взгляд, необходимо ли все-таки пересматривать тот период истории?

- История — это непрерывный процесс. Поэтому она пересматривается постоянно, как в свете новых открытых фактов, так и в свете появления новых теорий и концепций. Это естественный процесс. То же касается и военной истории. Но для Путина она лишь средство воспитания и пропаганды имперского патриотизма. Поэтому у нас картина Второй мировой войны очень мало отличается от советского и, прежде всего, сталинского времени. Мы имеем парадную картину войны. Типа, в 1941 произошло вероломное нападение, мы понесли поражение, но затем в 1943-м произошел перелом и дальше начался победный марш. А на самом деле Красная Армия даже в 1945 году сражалась не очень успешно, уступая немцам. Есть многие вещи, которые не исследуются. Например, в России нет до сих пор ни одной монографии, которая рассказывала бы о преступлениях Красной Армии в Европе.

- Но ведь у власти якобы благие намерения. Принимая этот закон, они хотят запретить глумиться над памятью погибших в войне…

- Простите, открытие фактов никоим образом память погибших не оскорбляет. Наоборот, это способствует нашему собственному нравственному очищению. Если мы назовем мародеров и насильников таковыми, то в этом не будет никакого оскорбления для тех, кто ими не был. Нужно просто все это исследовать и открыто об этом писать.

- И как, с вашей точки зрения, такой закон отразится на истории как науке?

- Просто будут бояться публиковать сколько-нибудь объективные исследования. И издательства по соображениям цензуры будут печатать далеко не все труды.

"Мы неизбежно окажемся в интеллектуальном гетто, где будет единственно правильная трактовка отечественной истории — та, что задается из Кремля, а все остальное подпадет под действие нового закона".

РИА Новости/Алексей Дружинин

- Ну а действительно, откуда сомневающиеся историки берут факты о Второй мировой, когда столько документов уничтожено или засекречено?

Я черпаю эти факты из опубликованных и архивных документов, мемуаров, дневников, исследований других авторов.

- С каким периодом вы бы могли сравнить нынешний период политической истории России?

- Я бы сравнил его с позднесталинским периодом после Второй мировой войны, когда была очень жесткая цензура, а в год выпускалось по 12 фильмов, которые лично смотрел перед выходом Сталин и только после этого давал добро.

- Есть ли у вас представление о том, к чему все это приведет?

- Не берусь судить о том, что придет на смену этому периоду. Одно скажу: если сейчас мы переживаем некие позднесталинские времена, то совсем не обязательно, что на смену им придет хрущевская «оттепель».

- Этот закон остановит лично вас писать про Вторую мировую войну?

- Здесь заминка может быть в другом. Даже если я напишу книгу, ее просто невозможно будет издать в России. По всей вероятности, теперь издательства будут опасаться издавать книги не только российских, но и иностранных авторов, у которых события российской истории трактуются не так, как того требует официоз. Мы неизбежно окажемся в интеллектуальном гетто, где будет единственно правильная трактовка отечественной истории — та, что задается из Кремля, а все остальное подпадет под действие нового закона. Нам предстоит полная реставрация сталинской картины войны, но чуть-чуть модифицированной. Новые книги, не укладывающиеся в канон, издавать не дадут, а старые прекратят переиздавать. А затем, наверное, будут изымать неугодные книги из магазинов и библиотек. Недавно фактически изъяли из продажи книгу украинского историка Александра Гогуна о «бандеровцах».

«Опасно закрывать глаза на правду о той войне, потому что можно дождаться новой»

Александр Усовский, писатель и публицист, издал книги «Антинюрнберг. Неосужденные», «Кто натравил Гитлера на СССР. Подстрекатели «Барбароссы», «Кто развязал Вторую Мировую? Настоящие «поджигатели войны» и другие.

- Александр Валерьевич, как вы характеризуете понятие «реабилитация нацизма»? Насколько оно корректно, возможно ли оно в наше время?

- «Реабилитация нацизма» и её заведомая невозможность в наше время — не более чем политологический ход, призванный априори исключить национал-социализм из числа политических доктрин, обсуждаемых в обществе, попытка вытеснить эту идеологию в заведомо маргинальное поле: «После Освенцима нельзя позволять нацистам поднять голову». Но тогда, согласно этой логике, и после Хиросимы и Дрездена с либералами нельзя иметь дело. Хотя число умерших в Освенциме (реальное, согласно документам лагеря, а не написанное на стенке) намного меньше, чем число невинно убиенных жителей Дрездена и Хиросимы...

- Для людей, которые привыкли к классической советской версии Второй мировой и считают ее единственно верной, все иные версии неприемлемы. Им кажется, что это клевета. И действительно возникает вопрос: откуда факты?

- «Классическая» версия Второй мировой — это консенсус победителей. Как только западные победители решили, что на мнение восточных победителей можно плевать, появилась пачкотня Резуна, в которой была сделана попытка свалить Вторую мировую на Советский Союз. Кстати, у Резуна адептов не меньше, чем у «классической» версии. Но беда в том, что и «классическая» версия, и бред Резуна не опираются на факты, а оперируют мифами. Например, недоступные документы, такие как свидетельства о смерти в Освенциме, говорят, что в версии, созданной победителями, что-то не так. И скорее всего это миф. Если же вернуться к фактам — кстати, вполне свободно находящимся в открытом доступе, — то верить «канонической», а уж тем более «резуновской», версиям — просто смешно.

- Так или иначе, закон принят. Остается вопрос: есть ли необходимость – хоть в будущем – подвергать ревизии официально принятую версию Второй мировой, с учетом известной поговорки: «Историю пишут победители»?

- Правду знать надо. Причем не из общегуманитарных соображений, а из сугубо практической логики. Вторую мировую начал Мировой Капитал, он же сейчас ведет дело к Третьей. Опасно закрывать глаза на правду о той войне, просто потому что можно дождаться новой.

"У нас свободная страна, уголовные преследования по идеологическим соображениям у нас невозможны. У нас не сажают за книги".

РИА Новости/Алексей Никольский

- Как лично вы как историк относитесь к подобного рода законам? Ведь нечто подобное есть, например, в Германии, где преследуют за отрицание Холокоста, а недавно во Франции был принят закон о преследовании за отрицание геноцида армян.

- Можно принять закон об отрицании восхода Солнца или эдикт о запрете смены времен года... Помните, что Эйнштейн сказал о Вселенной и человеческой глупости? «Только две вещи бесконечны — Вселенная и человеческая глупость, хотя насчёт Вселенной я не уверен». Полностью с ним в этом солидарен.

- Чем подобное законотворчество грозит исторической науке?

- Запретить заниматься научной деятельностью можно, но запретить думать нельзя.

- Вы гражданин Беларуси, есть ли какие-то подобные законы в вашей стране?

- Нет, у нас свободная страна, уголовные преследования по идеологическим соображениям у нас невозможны. И это не лозунг — это правоприменительная практика. У нас не сажают за книги.

- Вы пишете на русском, то есть большинство тиража попадает в Россию, к русскоязычной аудитории. Не пугает ли вас, что в нашей стране вы вдруг будете объявлены «преступником» и вход в нее вам будет закрыт?

- Преступником в случае «закона Яровой» будет все же не писатель, а издатель. Так что не боюсь.

Вопросы - Евгений Сеньшин, главное фото - http://www.artpoisk.info/

http://znak.com/moscow/articles/08-05-19-43/102355.html

Your text to link...

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов