Как Аксане Пановой обойти запрет на профессию?

Суд приговорил бывшего шеф-редактора URA.ru Аксану Панову к двум годам колонии условно за вымогательство взятки, обязал выплатить штрафы 300 тысяч и 100 тысяч рублей, а самое удивительное – запретил ей в течение двух лет заниматься журналистикой. По словам Пановой, она будет оспаривать решение суда, а запрет на профессию планирует игнорировать: «Пока решение не вступило в законную силу, я буду работать. И потом тоже буду работать. Невозможно запретить заниматься журналистской деятельностью. У нас в стране свобода слова. Мне нельзя будет говорить то, что я думаю?» Эксперты тоже разводят руками: непонятно, что включает в себя запрет на журналистскую деятельность и как на практике в эпоху фейсбука отследить, чтобы человек ею не занимался. Панова не первая среди российских журналистов, кому в судебном порядке запрещено заниматься журналистикой, просто ее случай самый резонансный.  

Валерий Федотов, секретарь Союза журналистов России, председатель СПЧ

Совершенно очевидно, что суд может наложить на человека запрет заниматься определенным видом деятельности в качестве наказания. Это предусмотрено в УК РФ и применяется довольно часто. Есть, например, статья 144 УК «Воспрепятствование законной деятельности журналиста» – если воспрепятствование было совершено лицом с использованием служебного положения, например, сотрудником полиции, то ему может быть назначено дополнительное наказание в виде запрета занимать эту должность. Это не экстраординарная мера. Применяется она и в отношении журналистов, которые нарушили закон, пользуясь журналистским статусом, и я не вижу в этом ничего сверхъестественного. Такой журналист просто не сможет заниматься журналистской деятельностью, а следить за этим будет уголовно-исполнительная инспекция, которая следит, чтобы наказание отбывалось должным образом. Другое дело, что сам по себе приговор Аксане Пановой нуждается в серьезном изучении. Члены нашего совета специально изучали его еще на стадии предварительного расследования, и у нас было много вопросов.

Андрей Туманов, первый заместитель председателя Комитета Госдумы по информационной политике

Решение суда, его комментировать достаточно сложно. Виноват или нет человек, непонятно – я дело не изучал, не вникал в тонкости. Будем считать, что виноват, если суд так решил, а если не так, то давайте оспаривать приговор. Честно говоря, я в первый раз слышу, чтобы в нашей стране журналистам выносился запрет на профессию. Когда-то в Америке, во времена маккартизма, такое было: там людям, которых подозревали в связях с коммунистами, запрещали работать учителями, преподавателями вузов и, по-моему, даже в СМИ. У нас такого так явно не было. Можно вынести запрет на профессию для госслужащего: если чиновник проворовался, ему по УК выносят запрет заниматься чиновничьей деятельностью в течение такого-то срока. Но журналист не является должностным лицом – как ему запретить работать, я не представляю, и нужно ли это делать? Журналистика – это понятие достаточно широкое, и очень многие люди, сами не подозревая о том, занимаются журналистикой. Вести блог, писать в твиттере – тоже эрзац-журналистика. Суд может ей запретить возглавлять государственное СМИ, ноURA.ru – это частное СМИ. Поэтому я в растерянности, что именно суд запретил.

Рамиль Ахметгалиев, адвокат ассоциации «Агора»

Я ни разу не встречал таких приговоров, по крайней мере в открытых источниках. Как правозащитник я могу сказать, что за исполнением этого приговора нужно следить, потому что эту практику могут расширить по регионам. Но если подходить к нему формально, то особых затруднений у Пановой возникнуть не должно. Приговор запрещает ей состоять в трудовых отношениях с зарегистрированными СМИ, ведь в «Законе о СМИ» указано, что под СМИ понимается зарегистрированное соответствующим образом издание. Российская практика показывает, что у нас немало информационных агентств и сайтов, которые действуют без регистрации, и по большому счету им такая регистрация и не нужна. Любой человек по Конституции может собирать и распространять информацию. Сотрудничество со СМИ дает дополнительную защиту и освобождает от определенных рисков, но работать можно и без него. Панова, если посчитает нужным, может создать новый сайт без регистрации СМИ и продолжать работать, как раньше. Она может выступать как эксперт и комментатор тех или иных событий в других зарегистрированных СМИ – в этом приговор ее не ограничивает. Еще момент: «Закон о СМИ» говорит, что журналисты и иные сотрудники СМИ могут работать на основании не только трудового договора, но и иных правовых соглашений. СМИ зачастую привлекают внештатных сотрудников – трудовых отношений в этом случае не возникает. 

Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности, член СПЧ

Мы сегодня уже смотрели базу данных: были такие прецеденты, и все они восходят к неопределенно сформулированному закону, который не делает различия между должностью дворника и должностью журналиста. Совершенно ясно, что суд ничего не сумел доказать из своих чудовищных обвинений и вынес приговор по остаткам. Это бред: что такое журналистика, чем именно ей нельзя заниматься? Нельзя подходить к письменному столу? Объяснить идиотизм закона не могут даже его авторы, и грех ложится на правоприменителей. Аксана – юридически грамотная девушка, я с ней знаком, и она найдет способ эту бредятину обойти. К сожалению, из обсуждения ушла очень важная тема: может ли информация продаваться и покупаться журналистами? Учитывая, что общественность поставили в позу обороны, то и журналистское сообщество не поднимало этого вопроса. Сейчас, когда суд закончился относительно благополучно, мы снова можем обсуждать эту серьезную проблему. Когда ты небезупречен в том, что делаешь, очень трудно рассчитывать, что закон будет безупречен к тебе. Я очень рад, что у Аксаны все обошлось, но не хотел бы оказаться на ее месте. 

 

http://slon.ru/russia/kak_panovoy_oboyti_zapret_na_professiyu-1041579.xhtml

9 Января 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов