Леонид Парфенов – о Ельцине, Путине и Навальном, русском народе

 

 

Он бессменный законодатель стиля на отечественном телевидении. Спроси любого: кто это – изящество и тонкий вкус, элегантная небритость, горящие глаза и пленяющая улыбка, академически грамотная и при этом насыщенная образами речь, «фирменные» проходки в кадре и кивание в такт обильным, неожиданным, детально воспроизводящим эпоху фактам? «Конечно, Парфенов!» - немедленно раздастся в ответ. «Икона» Леонида Парфенова настолько притягательна, что десятки тележурналистов по всей стране который год неосознанно «мотают головой» ему в подражание. Леонид Геннадьевич сокрушается, что вопрос о «двойниках» надоел ему до чертиков, больше всех остальных. Об этом мы Парфенова накануне его творческой встречи с екатеринбуржцами 5 октября спрашивать не стали, сосредоточились на истории.   

 

- Леонид Геннадьевич, вы, пожалуй, главный летописец в наших масс-медиа, ваше творчество объяло более чем три века российской истории. Каквы считаете – что на сегодняшний день является главным результатом, смыслом этих трех веков? Отрицательный он или все-таки положительный?

 

- Думаю, это не в таких терминах объясняется. Знаете, меня иногда спрашивают про проект «Намедни. Наша эра», телевизионный,а еще чаще книжный - он просоветский или антисоветский? У части аудитории он ностальгию вызывает - плащи болонья, Гагарин, хула-хуп, «Бриллиантовая рука», родители тогда молодыми были. А другие обращают внимание на советские танки вЧехословакии, на диссидентов, дефицит мяса и колбасы, звезды Брежнева и прочее. Но антисоветской оказалась история - она вынесла СССР свой приговор. И в этом смысле мы как страна и нация ХХ век проиграли - ну, где в результате его оказались мы, победители в войне, и где - побежденные Германия и Япония? Сколько поколений сошло в могилы, так и не застав достойной жизни, по нескольку пятилеток стоя в очередях на квартирку в панельном доме? Нам еще предстоит такая работа над ошибками вместо нынешнего великодержавного фанфаронства.

 

- В одном интервью вы сказали, что национальная идея в том, что государство для человека, а не человек для государства. Но есть расхожая точка зрения, что именно приоритет государственного перединдивидуальным, при всех издержках и изъянах, спасает нашу необычную, необъятную страну от расползания и гибели. И, мол, что мы без государства – так, бессильная масса. Что вы на это скажете?

 

- По-моему, это заблуждение, пусть, может, и распространенное. В истории власть не раз заводила страну в кризисы и только самоотверженностью людей спасалась Россия. От 1613-го до 1941-го - самые очевидные случаи. Вот сейчас у нас большое государство: огромный госбюджет, гигантский госсектор, колоссальные обязательства в социалке. Но это от того, что есть средства на перераспределение. А как грохнется цена на баррель, как это уже было в 1986-м - и где это могучее государство? Власть - она сама ни копейки не зарабатывает ведь, а только тратит - перераспределяет средства от работающих много к работающим мало, пускает деньги - чаще на дутый престиж и ворует, конечно.

 

 

«Нам предстоит такая работа над ошибками вместо нынешнего великодержавного фанфаронства!»

 

- Вы создали крупные документальные фильмы о правлении Хрущева, Брежнева, Горбачева. Почему нет такого же большого фильма о нашем земляке Ельцине? Как вы оцениваете эту личность?

 

- Ну, не по «темплану» ведь фильмы снимаешь: раз Хрущев, Брежнев и Горбачев, то потом и Ельцин… В Борисе Николаевиче было, несомненно, очень русское чувство воли. Что свобода - лучше несвободы, он понимал, как, может, ни один русский правитель до него. Ничего страшного, что это стремление к другой жизни имело форму соперничества с предшественником во власти. Страшно, как много было потом в Ельцине напрасного барского куража, надменности по отношению к «подданным». И операция «Преемник», конечно, для политической жизни была фатальна уже самой откровенной предрешенностью выборов. 1996-й год (год вторых президентских выборов Ельцина – ред.) основал «управляемую демократию», 1999-й (когда Путин был назначен премьер-министром и преемником президента – ред.)ее забетонировал. Но это и общая наша вина - а что ж мы все это допускали? Скажем, чехи или поляки на такое решение их судьбы без их ведома наверняка бы не согласились. Чтобы им Гавел или Валенса сказали бы, что заранее знают - кто будет после них и народы б ответили: ну и ладно?

 

- А почему Ельцин выбрал преемником именно Путина?

 

- У меня нет другой версии, кроме того, что Ельцин и его окружение решили: Путин гарантирует нам сохранение статус-кво. Как тогда говорили: он верный и сильный. В отличие от предыдущего фаворита-премьера Степашина, который хоть и верный, но казался слабоватым. Все, что мы знаем об этом судьбоносном решении августа 1999-го, - в пользу этой логики говорит.

 

- Вы часто подчеркиваете, что мы сейчас переживаем ренессанс советской античности. И в то же время утверждаете, что мы «родом из Гайдара» и 90-е продолжаются. Но ведь это два очень не похожих друг на друга, во многом противоположных друг другу периода. Что вы имеете в виду?

 

- Вот мы и живем в двух разных Россиях. По определению Юрия Сапрыкина: Россия с айфоном и Россия с шансоном. Одни видят идеал в прошлом, другие - в будущем. Одни надеются на государство, другие - на себя. Одни полагают - всякая власть от Бога, другие - от выборов при политической конкуренции. Одни хотят жить в открытом мире, другие считают, что Россия - крепость, осажденная врагами. Но все же это лучше официального единомыслия. Это уже мое определение: по счастью, нет у нас никакой единой России, кроме той, что неспроста пишется в кавычках.

 

 

«В перезагрузку, в Путина 2.0 не верю»

 

- На одном «круглом столе», обсуждавшем вашу книгу из серии «Намедни» про 2000-е, прозвучала такая мысль: после «Курска», «Норд-Оста» и Беслана, после расправы над ЮКОСом стало ясно, что путинский режим защищает не граждан, а свои интересы. Что Путин больше не является «президентом всех россиян», «президентом надежды». А сегодня вы видите эволюцию в Путине. Я имею в виду некие обнадеживающие пассы в сторону Совета по правам человека, куда вы входите; допуск до выборов Навального и победу Ройзмана; поддержкуПутиным Ильи Фарбера и т.д. Или все это – «отвлекающие маневры», «маскировка», «косметика»?

 

- Нет, я в перезагрузку, в Путина 2.0 не верю. Кстати, тогда уж должен быть 3.0 - думаю, никто не станет утверждать, что при Медведеве Путин куда-то уходил? А лавирование, некая конкуренция при несменяемости и прочее - да, маневры, по-моему. Выборы губернаторов вернем, но установим депутатский фильтр, чтобы еще до выборов отвести неугодных нам. Госканалы не нравятся, официоз передают? Вот вам невидимое общественное телевидение. Система по прежнему обеспечивает сохранение себя - это ее главная страсть,  слепому же видно.

 

- Пересмотрев ваши фильмы о Николае I и Леониде Брежневе, я обнаружил в их эпохах, при стилистическом, казалось бы, различии, много общего. Жесткая вертикаль власти, махровый бюрократизм, взяточничество и воровство, кадровая деградация, контроль за «настроением умов», использование психиатрии в борьбе с инакомыслием (Чаадаев, советские диссиденты), Россия – жандарм Европы (подавление польского восстания, Прага-68), противостояние с Западом, переходящее в войну (Крымская кампания, Афганистан), технологическое и экономическое отставание от него.И до меня дошло: просто Леониду Ильичу, в отличие от Николая Павловича, повезло – он не дожил до катастрофы и тем спас свою историческую репутацию. Но вопрос не про них. Как вы думаете – Путин, чье правление отмечено почти всеми теми же чертами, может закончить такой же катастрофой своего режима?

 

- Не хотелось бы никаких катастрофических сценариев, хватит. Но сама эта система - обреченная, поскольку не способна к саморазвитию. Она даже второго срока Медведева бы не вынесла - ну, куда она годится? Во всей Европе только в Белоруссии режим еще архаичнее. У нас ведь только одно правило: Путину нет альтернативы.И еще 6 лет, и еще. А потом? Рухнем? Он к концу этого мандата будет у власти 18 лет - как Брежнев, который в те вялые времена казался просто вечным. Потомки будут судить наше время куда строже, чем самые суровые сегодняшние оппоненты Кремля. Посмотрят видео с амфорой и стерхами и спросят: как вам было не стыдно?

 

- В интервью Ксении Собчак вы отметили, что нынешняя власть не допускает иронии в отношении себя, она не самоиронична (поэтому-товас вместе с «Намедни» и «попросили» с НТВ). А Алексей Навальный, например, способен на самоиронию?

 

- Не знаю. Не в личных качествах Путина или Навального дело. А в системе, при которой политический лидер получает или не получает неограниченную власть. И в одном случае его личные качества становятся методами его правления, а в другом - нет. При политической конкуренции некритичный к себе политик проиграет. А без конкуренции он уже через год-два - уверовавший в свою исключительность полубог. Уж какая тут самоирония.

 

 

«Нет у нас никакой единой России, кроме той, что неспроста пишется в кавычках»

 

- Один из самых известных ваших телепроектов – «Хребет России», об Урале. Как вы формулируете самую яркую, характерную черту уральцев?

 

- Не будь большого писателя Алексея Иванова, мы бы «Хребет России» не снимали. Сколько мы с ним вокруг да около Чусовой объехали - незабываемый опыт!Для приезжего, конечно, старые заводы с деревеньками при них интереснее всего: смотришь на них как на неразгаданный завет. 

 

Мы облекали в телеформат открытые Ивановым смыслы. Я согласен с теорией так называемой «уральской матрицы»: есть некий общий код, проявляющийся в самые разные времена. И крутой замес крестьянства из центральной России с финно-уграми на севере, татарами и башкирами к востоку и здешний культ Мастера, заводского человека, с железом работающего - такого нигде больше в России нет.

 

- Леонид Геннадьевич, пятого октября у вас – творческая встреча с екатеринбуржцами во Дворце молодежи. О чем вы будете рассказывать своим зрителям?

 

- О чем они захотят поговорить - я ж не лекцию читать буду. Представлю книжный проект «Намедни» - шестой его том я на Урал еще не привозил. Покажу эпизоды последних фильмов, расскажу о том, что делаю сейчас. Автограф-сессия запланирована. Я больше всего на диалог рассчитываю - это и мне интереснее и, я надеюсь, публике. До встречи!

 

 

 


Вопросы – Александр Задорожный  

http://www.znak.com/urfo/articles/27-09-18-55/101262.html

27 Сентября 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов