Попадет ли Путин в историю

 

 

 

 

 

 

 

Инаугурация Владимира Путина
Инаугурация Владимира Путина
Фото: kremlin.ru

 

 

Единый учебник истории, с легкой руки Владимира Путина вдруг ставший суровой реальностью для чиновников и профессионального сообщества, продуктом консенсуса историков-профессионалов вряд ли станет. Все-таки историческая наука — как и иные гуманитарные сферы — знание специфического характера. Да и единого подхода к тому, чему именно учить школьников, ни в России, ни в мире не существует (хотя единые национальные учебники вполне имеются). Изложить современные концепции, господствующие в исторической науке, или «чистые факты»? И если факты, то как их отбирать? По какому принципу? От ответов на эти «нехитрые» и многие другие такого же плана вопросы во многом зависит то, какой образ истории сложится у будущих поколений школьников.

Еще один спор на тему учебника излагается в свежей публикации «Известий»: различные специалисты, так или иначе вовлеченные в процесс написания концепции учебника. Тема, казалось бы, пустяковая — каким годом закачивать изложение событий отечественной истории 20-го — начала 21-го веков? Опрошенные изданием историки не пришли к единому мнению - то ли остановиться на 2000-м году, когда Владимир Путин пришел к власти, то ли довести учебник до президентских выборов 2012 года, когда Владимир Путин занял президентское кресло в третий раз. Или же до 2000-го излагать события концептуально, с учетом всей массы проведенных специалистами изысканий, а в более поздний период ограничиться изложением фактографии. 

Проблема ясна: период правления Владимира Путина слишком близок по времени к нам. Contemporary history — вообще научный жанр специфический. Собственно истории там не так уж и много, скорее, больше политических, публицистических и политологических оценок, слишком большой «белый шум», слишком многое для исследователей, пользующихся историческим инструментарием, неясно. В силу, скажем, закрытости многих данных, того, что многие из «исторических» персонажей еще влияют на развитие страны в текущий период, незаконченности процессов (потому «современная история» это еще и немного футурология) и так далее. Кажется, специалисты могут сойтись как раз на последнем варианте с изложением лишь фактов, но не интерпретаций, хотя и чистая фактография не гарантирует «объективной картины».

Даже без оценки, по чистой подборке фактов, можно представить школьнику сугубо идеологическую картину. Ну, скажем: можно дать в качестве «объективной» цифры рост ВВП и реальных доходов населения в 2000-е годы, а можно — рост цен на энергоносители. Можно рассказать о крупных терактах 1999-го, 2000-го и так далее годов, а можно о поэтапной борьбе с криминалом. Можно остановиться на разгроме империй Гусинского, Березовского и Ходорковского и увеличении доли государства в экономике, а можно включить в фактографию сведения о росте налоговых отчислений и проведении налоговой реформы.

Можно упомянуть о мерах государства по борьбе с коррупцией и деле «Оборонсервиса», а можно зафиксировать не так давно звучавшую цифру от главы Контрольного управления АП о распиле 20 процентов бюджета на госзакупки. И так далее — фактов много и за каждым уже стоит мифология (хотя все это факты, статистические данные, документы, решения госорганов и так далее), причем формирующая вполне определенную картину мира.

Соображений в пользу такого варианта с «фактографией» может быть несколько. Первое — чисто временное. Учебник будет готов (если он вообще будет и государственный заказ на «единую историю» к тому времени все еще останется актуальным) примерно к 2016 году, вряд ли сильно раньше. А внедрить учебник непосредственно в процесс школьного образования удастся и того позже — называют дату 2020 год, но это еще оптимистичная оценка, с учетом бюрократических процедур и финансовых вопросов.

Что там будет в 2020 году — сказать сложно и вполне можно представить вариант, что правление Владимира Путина к тому периоду либо закончится, либо получит некую более однозначную трактовку от историков, специалистов по современной истории. Что-то — некогда значимое и будоражившее общественность — забудется напрочь, что-то, напротив, может сыграть неожиданную роль.

В остальном — на счет, когда заканчивается история и начинается современность, мнений есть немало. И традиция имеется. В дореволюционных учебных планах, скажем, не предполагалось изучение студентами истории текущего царствования и обычно предыдущего. Та же логика и у нынешних споров на тему «где конец истории». Впрочем, это понятно, и этот вопрос так или иначе решат.

Характерно другое: уже из определения даты «конца истории» возникает вполне понятная картина мира, как она представляется нынешним специалистам. А именно: история (по крайней мере, в том виде, в каком она будет представлена в школьном учебнике) — это история властителей. Это не история смены формаций, доиндустриального, индустриального и постиндустриального общества, не история цивилизаций, не история народа, не некий мировой процесс. Это все равно история войн и государей. «История Государства Российского» в обновленном и дополненном после Карамзина варианте.

Если уж начистоту: а что такого случилось (не в сфере актуальной политики, бизнес-передела и интерпретационных схем текущих событий), что выделило бы дату 2000-й год в качестве начала нового, отличного от предыдущего периода, а сам период в какой-то особый раздел? В России сменился конституционный строй? Были сделаны какие-то кардинальные преобразования? Как-то радикально изменилось общество? Что произошло именно в 2000-м году, чтобы новейшую историю постсоветской и даже перестроечной отчасти России делить на «до 2000-го года» и «после 2000-го»?

Кажется, что случилось только одно — в Кремле сменился хозяин. Въехавший в Кремль под Новый 2000-й год Владимир Путин при этом еще не считался ни кровавым палачом, ни национальным лидером, он вообще никем не считался еще почти полтора года. Очередной преемник Ельцина — Бог знает, продержится ли год у власти. Да, молодой, инициативный, женщинам нравится и вообще бывший чекист, а не завлаб.

Это такая ретроспектива, будто никаких иных сценариев, кроме того, который осуществился в 2000-м году, не было. Или что это вообще некое судьбоносное событие — смена Ельцина на Путина, которое заслуживает отдельного раздела, ибо как интерпретировать пока непонятно. Хотя, вероятно, другого принципа построения материала в учебнике для школьников и не предложишь. Или это будет совсем другая история.

Где, например, роль политики ОПЕК в 70-е-80-е будет играть не меньшую роль, нежели горбачевская «разрядка», ускорение и перестройка. А кризис в Латинской Америке конца 90-х будет не меньше влиять на приход к власти Владимира Путина, ежели разборки кланов и условная «Семья». Или еще как-то: представить толком сложно. Быть может, и нет никакой «отечественной истории», а есть просто «история». Только вот как объяснять это школьникам — пока неясно. Да и стоит ли — тоже однозначно не ответишь. Так что покамест у нас будет история правителей, войн и чуть-чуть культуры и зодчества по вкусу. И конечно, в такой рамке Путину вполне полагается отдельный раздел в новом учебнике.

http://polit.ru/article/2013/09/23/history/

 

23 Сентября 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов