Журналисты для России и Путина

В четверг президент Владимир Путин направил делегатам съезда Союза журналистов России приветствие, в котором пожелал журналистам быть смелыми и независимыми. «Честное слово журналиста имеет огромный вес. И сегодня, когда растет число средств массовой информации, появляются новые информационные технологии и новые возможности, активная, ответственная позиция СМИ, по-настоящему независимая и смелая журналистика как никогда востребованы, необходимы России для эффективного демократического развития, укрепления гражданского общества, для решения важнейших задач», – сказано в президентском послании.  

Последняя большая пресс-конференция Путина в декабре 2012 года запомнилась невиданным ранее практически столкновением с репортерами. Политологи писали о стихийном митинге сотрудников СМИ. Теперь Slon спросил участников той пресс-конференции, какая журналистика на самом деле нужна России и Путину.

                                         

Андрей Туманов,   
«Ваши шесть соток»   

Много лет подряд пресс-конференцию президента открывал вопрос редактора газеты «Ваши шесть соток» Андрея Туманова, который в 2011 году стал депутатом Госдумы от «Справедливой России». «Карьерюга какой!» – с улыбкой воскликнул Путин, узнав об этом. Туманов спросил (на этот раз традицию нарушили, и его вопрос был не первым), почему вопросы, «допустим, о садоводах, о мелких землевладельцах, вопросы о земле» не решаются годами.

По мнению Туманова, с журналистикой в стране очень плохо. «Несмотря на слова Владимира Владимировича, все у нас делается ровно наоборот – чтобы нормальной журналистики осталось меньше. Нынешнее состояние журналистики – самое плохое за все годы, что я в журналистике, включая советский период. Попытки зарегулировать продолжаются, причем разными путями. Такое впечатление, что государство совсем уже утратило реальный взгляд на вещи... Государство сейчас помогает только своим СМИ, и это обрушивает рынок для всех. Тот, кто сидит на прикорме от бюджета, не может называться настоящим журналистом. Вот я себя считаю нормальным журналистом, допустим, я никогда не делал заказные материалы, у меня, допустим, есть совесть. Вы думаете, я кроме шишек что-то получаю за это? А мои коллеги получали деньги и смеялись надо мной. Сейчас честно жить и работать в журналистике – это быть блаженным».

Путин не понимает, как общаться с прессой и зачем вообще она нужна, полагает Туманов. «Он, скажем так, привык к кагэбэшной вертикали, но он не понимает, что в нормальном государстве свободная пресса, даже если она в чем-то не права, это тот камень в фундаменте, который нельзя выкинуть, заменить. Ее надо просто терпеть», – считает Туманов.

Александр Колесниченко,   
«АиФ» 

Журналист газеты «Аргументы и факты» Александр Колесниченко был вторым человеком, спросившим Путина на той пресс-конференции о «людоедском» «законе Димы Яковлева», и именно на нем у Путина закончилось терпение. «Вы считаете, это нормально? Что же здесь нормального, если вас унижают? Вам это нравится? Вы садомазохист, что ли?» – спрашивал в ответ президент, не обращая внимания на испытующий взгляд журналиста.

По мнению Колесниченко, Путин не вполне прав, говоря о востребованности независимой журналистики: «Я не помню конкретных цифр, но не раз читал о том, что в регионах вообще не осталось изданий, которые финансово не зависят от местных администраций – региональных, муниципальных. Соответственно, там такая журналистика, как я подозреваю, не востребована. В обществе востребована именно смелая и независимая, но в огромном количестве СМИ она не востребована. "Честное слово журналиста имеет огромный вес" – а вот тут давайте с удовольствием согласимся с нашим президентом».

Сергей Лойко,   
«Лос-Анджелес Таймс»

Вопрос-выступление репортера газеты «Лос-Анджелес Таймс» Сергея Лойко стал тогда одним из самых запомнившихся, он тогда напомнил Путину его выражение «у нас не 37-й год» и поинтересовался, почему для Сергея Магнитского наступил тот самый 37-й год. Зал коллег поддержал этот вопрос аплодисментами, что еще сильнее разозлило Путина. «Это что?» – спросил он, жестом передразнив аплодирующую аудиторию. «Поддерживаем вопрос», – пояснил кто-то из журналистов.

Теперь на вопрос, какая журналистика востребована в России, Лойко отвечает: «Смотря кем. Обществом востребована смелая и независимая, что в общем-то одно и то же, – независимая журналистика по определению не может быть трусливой. Путин, скорее всего, это "свое" обращение даже не читал. Путин много говорит, и если относиться к нему как к производителю текстов, то тексты-то очень хорошие! Конечно, не Лев Толстой и не Солженицын, но приличные тексты с хорошими мыслями. Судить-то надо по делам».

По мнению корреспондента «Лос-Анджелес Таймс», Путин ко всем, включая журналистов, относится хорошо до тех пор, пока кто-то не начинает выступать лично против него. «Вы посмотрите: все репрессии Путина – они реактивны. Если бы не было митинга 6 мая, не было бы людей, которые сейчас в тюрьме сидят. Путин, он вообще покладистый, хороший, добрый парень, и если бы мы все не мешали ему править этим государством, он бы нас всех любил и уважал. Так и с журналистами: вы пишите все, что угодно, будьте искренними, но не надо ругать отца народов, руководителя партии, а так, пожалуйста, будьте независимыми».

Мария Соловьенко,     
газета «Народное вече»

Хитом декабрьской пресс-конференции стал диалог Путина с журналистской из Владивостока, редактором газеты «Народное вече» Марией Соловьенко. «Как вас зовут?» – «Мария». – «Маша, садись». – «Спасибо, Вова».

Мария Соловьенко и сейчас продолжает спорить с Путиным. «Независимая журналистика не востребована, она просто мешает этим господам жить комфортно, – сказала она. – Пример с газетой "МК" красноречив. В конце концов, у нас есть неплохой закон о СМИ, где сказано, что если журналист не прав, можно подать на него в суд. Но когда Госдума встает стеной против газеты, против редактора, толком не разобравшись, чтобы просто затоптать, это вопрос очень серьезный и больной. Наш президент, конечно, великий деятель, иногда делает справедливые замечания, но в таких ситуациях он воды в рот набирает, а можно было бы поправить депутатов».

То, как Владимир Путин обходится с журналистами, ей тоже не нравится. «Владимир Владимирович иногда позволяет себе на словах одно, а на деле другое. Если бы он хотел, чтобы у нас была востребована честная журналистика, он бы подсказал тем же депутатам Госдумы принять закон о поддержке всех СМИ, а не прикормленных, то есть ослабить экономическую удавку. Журналистика может быть независимой, когда она экономически свободна, а у нас этого нет. Журналистика будет свободной и честной, когда она не будет побираться с протянутой рукой», – недоумевает журналистка.

Егор Созаев-Гурьев,   
«Известия»

«За 12 лет вы построили довольно жесткий, где-то даже авторитарный режим личной власти. На ваш взгляд, эта система жизнеспособна в новом веке? И не считаете ли вы, что она мешает развитию России?» – неожиданно спросил Путина журналист в общем далеко не оппозиционной газеты «Известия» Егор Созаев-Гурьев. Путин совсем не обиделся на вопрос и ответил, что это называется не авторитаризмом, а стабильностью.

Сейчас Созаев- Гурьев говорит, что в журналистике сегодня востребована не смелость, а связи. «Определенная смелость у журналистов должна быть, и автор критической статьи может чувствовать некоторые опасения, мало ли как на нее отреагируют. Но с другой стороны, сейчас больше нужны журналисты пробивные, со связями. Практика показывает, что преимуществом является эксклюзивная информация, а репортажи, колонки, обзоры каких-то больших открытых мероприятий не так важны, потому что любой участник может написать о них в фейсбук».

По мнению журналиста «Известий», к разным представителям СМИ отношение у президента разное. «Путину, как и любому политику, пресса нужна, чтобы был рейтинг. К разным журналистам он относится по-разному – по нему даже видно, когда он отвечает на вопросы, кто ему нравится, а кто нет. Есть у него свои любимые журналисты, в основном из пула, тот же Колесников, который уже сколько лет с ним ездит. В целом он к нам относится так, средненько, но, как любой политик, он вынужден общаться с журналистами», – считает журналист.

Белкиз Дудаева,     
«Путь Кадырова»

Многие, присутствовавшие на конференции, развеселились, когда одна из журналисток, Белкиз Дудаева, представилась редактором газеты «Путь Кадырова». «Оживление в зале неуместно, смешки неуместны, газета названа в честь старшего Кадырова, который погиб за интересы родины», – сердито одернул их Путин. 

Экс-редактор Белкиз Дудаева сейчас говорит, что востребованы те журналисты, «которые пишут о реальном». «Но, к сожалению, в силу известных нам обстоятельств это не всегда получается, и не все так, как хотелось бы нам. Что значит быть честным журналистом? Это не просто критиковать власть, чиновников, правительство. Для журналиста очень важно быть патриотом, любить свою родину и критиковать так, чтобы эта критика была на пользу и чиновникам, и народу. Чтобы какая-то польза была от критики», – рассуждает она.

По мнению Дудаевой, у Путина с журналистами взаимопонимание. «Я думаю, что Путин очень уважительно относится к журналистам, прислушивается к их мнению, считается с ними. Это было видно по той атмосфере, которая царила на пресс-конференции», – утверждает она.

Олег Кашин,   
независимый журналист

Журналист Олег Кашин, тогда еще сотрудник ИД «Коммерсантъ», хотел попасть на пресс-конференцию Путина, но его вычеркнули из списков. «Журналистика сейчас все-таки востребована любая, причем как никогда, – считает Кашин. – И гражданская, и профессиональная, и ангажированная, и неангажированная, какая угодно. Ситуация умеренных заморозков – чуть ли не лучшее время для журналистики, и мне кажется, что именно сейчас профессия формулирует для себя какие-то важные вещи, которые не были сформулированы раньше».

Как и Сергей Лойко, Кашин сомневается, что Путин сам читал собственное обращение к журналистам. «Я бы не стал делать каких-то специальных выводов из дежурного текста дежурного приветствия. Такие приветствия пишут спичрайтеры, и я не думаю, что Путин свое приветствие даже читал. Как он относится к журналистам – в принципе известно: журналистов он не любит и исходит из презумпции их продажности. Об этом, как мне кажется, свидетельствует и опыт обоих (2001 и 2004) разгонов НТВ, и само поведение Путина на своих пресс-конференциях, и много чего еще. Что касается прогнозов – мы видим, как менялись отношения власти и СМИ в течение последних 13 лет, направление этих перемен оставалось неизменным всегда, и я не думаю, что что-то принципиально изменится при Путине», – полагает он.

Илья Азар,   
Lenta.Ru

Илья Азар спросил Путина про «болотное дело», президент разозлился и перешел на личности. Никому, сказал он, не позволено бить полицейских, иначе полицейская система развалится и некому будет охранять мирных либералов от «представителей крайних националистических движений». «Очки сними и иди туда, и дерись с ними сам», – сказал тогда Путин оторопевшему Азару. А по поводу фигурантов «болотного дела» ответил традиционно: суд разберется. 

«Мне просто совершенно неинтересно, что думает Путин о том, какая журналистика востребована, – говорит Азар. – И я совершенно не знаю, что он думает, так как задал ему в жизни один вопрос. Но не Путину, при котором независимых СМИ осталось наперечет, а смелых журналистов почти всех перебили, и ни одно громкое убийство не раскрыто, высказываться на эту тему и в таком духе», – считает корреспондент Lenta.ru.  

Slon

19 Апреля 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов