Субъективные заметки о разном безобразном от Минобрнауки.

У работников российского Министерства образования и науки идей до черта, чтобы выпускать из школы недоучек, а то и вовсе дебилов. Горе-реформаторы решили, например, «подредактировать» школьную программу по литературе: кое-что из Пушкина убрать, кое-что — из Чехова, Шолохова «укоротить» и так далее… Умно? А еще — тех на этих поменять (речь, понятно, о писателях. — В.А.). И тут ситуация, как говорится, туши свет! В новой программе не оказалось Николая Лескова, Александра Куприна, Алексея Толстого… Зато есть там — Виктор Пелевин, Людмила Улицкая, Владимир Маканин, Асар Эппель (здесь поберегите ладони для аплодисментов. — В.А.) 

Мне почему-то всегда казалось, что у школы одна задача, по крайней мере что касается литературы: научить ребят читать, любить хорошую книгу, русский язык, понимать прекрасное, думать, размышлять, а еще — С ПОМОЩЬЮ КНИГИ ПОЛЮБИТЬ РОДИНУ. А какой писатель или поэт ближе, они потом, повзрослев, сами разберутся — это уже результат индивидуальности личности. А начинать «образование души и сердца» надо с классиков, что делалось во все времена. То есть с тех, чьи книги выдержали испытание временем. Пушкина и Льва Толстого, Чехова и Гоголя, Тютчева и Фета, Лермонтова и Блока, Бунина и Куприна…

«Времена не выбирают, в них живут и умирают…» — философски заметил однажды удивительный поэт Юрий Левитанский. Я благодарю судьбу за то, что мои школьные, мои детские годы не пришлись на начало XXI века. Нет, я просто счастлив от того, что именно так все сложилось, а не иначе. Почему? Сегодняшняя школа, бестолковая, непознавательная, школа, которую бы сразу я возненавидел, в чем ни секунды не сомневаюсь, просто сгубила бы меня, да и многих людей моего поколения… Да, послевоенные годы — это непростые годы. Но время, что говорить, было интересное, чистое. Мы читали хорошие книжки, смотрели хорошее кино, занимались спортом… Нам давали знания, учили понимать прекрасное, и с помощью спорта мы развивались физически, закаляли себя. Разве это не главное в детстве?

Теперь мы с гордостью показываем по телевидению выдающихся ученых, в том числе и лауреатов Нобелевской премии, которые окончили советские школы и вузы, но давно работают в зарубежных научных лабораториях. А мы с пафосом восклицаем: «Знай наших!». О каких наших идет речь? Впрочем, ничего ведь другого нам не остается. Хоть так порадуемся. Только зачем продолжаем гробить школу, так много давшую стране и всему миру, и разрушать науку, которая давно уже и так стоит на коленях? 

Глупость становится нормой…

 

«Но все, что раньше было диким, теперь естественно вполне…» Сегодняшними учебниками, иезуитским ЕГЭ малышей можно пугать, как Бармалеем или Карабасом-Барабасом — это в лучшем случае…Что нынешний букварь в сравнении с тем, НАСТОЯЩИМ?! А все остальные сегодняшние учебники, в которых, простите, сам черт ногу сломит? Но когда я открыл книгу, чтобы познакомиться с творчеством одного из писателей, оказавшегося в списке авторов, рекомендованных для изучения в школе, которая, как известно, переходит к так называемым новым стандартам, я не поверил глазам своим… Тут и мороз по коже, и волосы дыбом — все сразу. Такое и взрослым читать ни к чему — стыдно!

Простите, но это как же прикажете понимать, так вашу мать?! Депутаты принимают проект закона, который предусматривает наказание за нецензурную брань: штрафовать всех нещадно — таково резюме… А в это же самое время школьникам предлагают чтиво, где мат, нецензурные выражения на каждой странице и без всяких там многоточий: сказали как сказали… Но разве за этим надо идти в школу? Перед школой, если, конечно, не ошибаюсь, всегда стояли другие задачи. Как там говорил Владимир Ильич Ленин? «УЧИТЬСЯ, УЧИТЬСЯ И ЕЩЕ РАЗ УЧИТЬСЯ!» А с ругательствами все просто. Можно гулять по улице, можно у телевизора посидеть и все получить в полном объеме. Но, видимо, кто-то посчитал, что этого мало: школа тоже пусть внесет свой вклад — все-таки век модернизации, инноваций там всяких… У нас, как вы знаете, с этим не строго. Можно, например, запросто в бордель превратить «Евгения Онегина» и ставить на сцене знаменитого театра… Законов наиздавали, крестиков понаставили — и порядок… Клоунада!

…На филфаке ЛГУ ходила шутка: «Обидеть Довлатова легко, понять трудно». Но Довлатов — это Довлатов… А вот когда министры, политики, депутаты и прочие чиновники надувают щеки и встают в позу обиженных и оскорбленных после очередной критики, как, например, в истории с «Московским комсомольцем» (а не пора ли дать по рукам этим журналистам, совсем распоясавшимся на волне демократии и свободы слова), становится грустно и смешно…

Проблема выеденного яйца не стоит, как говорят в таких случаях.Так вы не делайте глупостей, следите за своим языком(иногда лучше его держать за зубами. — В.А.), за своими поступками, и никто вас не станет называть нехорошими словами. «Распроклятый тот карась поливал меня вчерась».

Вынуждаете, однако… И если уж кому давать по рукам, так это министрам и депутатам в первую очередь. Что, например, должен думать народ о людях из министерства труда, которые вышли с предложением совершенно невероятным: гражданам, достигшим пенсионного возраста, ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ПЕНСИИ НА ПЯТЬ ЛЕТ, а потом, по истечении этого срока, получать пенсию большего размера (?!). Знаете, лучше вы умрите сегодня, а я завтра — так в народе говорят.

А вообще-то, ребята, позвольте вас спросить: вы Конституцию читали? Вы поживите-ка на те гроши, что получают пенсионеры, может, тогда и поймете, почему они пытаются устроиться на службу. Не хватает деньжат, чтобы платить больше? Так воровать надо меньше — тогда на все хватит.

А как вам такой вариант: работающий пенсионер может получать что-то одно: или пенсию — или зарплату? Простите, но это грабеж! Наглый, бессовестный! Пенсия — это то, что мы зарабатываем себе на старость своим трудом на благо страны. Это, как говорится, святое — не прикасайтесь! На это нет права ни юридического, ни морального. А за то, что человек может еще приносить пользу, — так в пояс ему поклонитесь. А вы обобрать стариков норовите. Здесь может быть лишь два варианта: или мозгов в голове нет у кого-то, или совесть упрятана так глубоко, что пользоваться ею невозможно. Но ведь недопустимо, невыносимо и то и другое, тем более для чиновников столь высокого ранга… 

ЕГЭ — государственная экзекуция 

А уж Министерство образования и науки давно стало притчей во языцех. За последнее время эти ребята столько дров наломали, что на выправление ситуации понадобятся десятилетия. И ведь не останавливаются. Прямо-таки дровосеки-стахановцы!

…ЕГЭ. Единая государственная экзекуция. Борюсь (и, к счастью, не я один). Толку — не то чтобы даже ноль, а минус. В том смысле, что теперь вместе с ЕГЭ появились еще три веселые буквы: ГИА (государственная итоговая аттестация. — В.А.).

ГИА наши дети будут сдавать после девятого класса. Суть та же, что ЕГЭ: ставить правильные крестики в правильных местах. Не сдал ГИА — не перешел в десятый класс. В этом — суть. У нас переизбыток людей, которые хотят получить высшее образование только потому, что это престижно. Они идут в вузы из простой логики: куда же еще идти после школы? Им не помогли найти призвание и теперь с этим борются.

ГИА, как я понимаю, должна уменьшить количество людей, попадающих в старшие классы, а следовательно, в вузы. Кому-то искренне кажется, что чем больше у нас будет людей со средним образованием, тем больше будет у нас специалистов? А то, что непопадание в старший класс искалечит судьбы ребят, которые уже совершили свой выбор и, скажем, будучи ярко выраженными гуманитариями, не смогут «аттестоваться» по математике, — это нормально?

Да и вообще правильно ли: принимать столь серьезные решения, не посоветовавшись С ОБЩЕСТВОМ? О каком гражданском обществе можно говорить, если решения, касающиеся детей, принимаются без их родителей?

…Это цитата из колонки в «Российской газете» писателя, члена Академии российского телевидения Андрея Максимова. Вы можете что-нибудь возразить? Я — нет, могу только добавить. Ребята, не справившиеся с ГИА, по существу будут выброшены на улицу. У них перед носом захлопывают дверь, ставят крест на их праве получить полное среднее образование… Как же быть? Специальности нет — что делать подростку в 16 лет, куда податься? И кто может гарантировать, что среди тех, кто завалил ГИА по русскому языку, нет возможного лауреата Нобелевской премии по физике? Я уже не говорю о моральном состоянии ребенка, которого лишили возможности получить аттестат зрелости… 

Какие Толстой и Куприн? Даешь Эппеля и Пелевина!

Впрочем, у работников российского Министерства образования и науки идей до черта, чтобы выпускать из школы недоучек, а то и вовсе дебилов. Горе-реформаторы решили, например, «подредактировать» школьную программу по литературе: кое-что из Пушкина убрать, кое-что — из Чехова, Шолохова «укоротить» и так далее… Умно? А еще — тех на этих поменять (речь, понятно, о писателях. — В.А.). И тут ситуация, как говорится, туши свет! В новой программе не оказалось Николая Лескова, Александра Куприна, Алексея Толстого… Зато есть там — Виктор Пелевин, Людмила Улицкая, Владимир Маканин, Асар Эппель (здесь поберегите ладони для аплодисментов. — В.А.)…

Мне почему-то всегда казалось, что у школы одна задача, по крайней мере что касается литературы: научить ребят читать, любить хорошую книгу, русский язык, понимать прекрасное, думать, размышлять, а еще — С ПОМОЩЬЮ КНИГИ ПОЛЮБИТЬ РОДИНУ. А какой писатель или поэт ближе, они потом, повзрослев, сами разберутся — это уже результат индивидуальности личности. А начинать «образование души и сердца» надо с классиков, что делалось во все времена. То есть с тех, чьи книги выдержали испытание временем. Пушкина и Льва Толстого, Чехова и Гоголя, Тютчева и Фета, Лермонтова и Блока, Бунина и Куприна…

А что есть любовь к Родине?

Пелевин же, или Улицкая, или Маканин, при всем уважении к ним, пока тут ни при чем. Не доросли ни по одному параметру и, думаю, вряд ли дорастут когда-нибудь. Не о том пишут, не тем языком. Еще бы Дарью Донцову в список внесли. А что — такими тиражами издают! По мне так один вроде как незамысловатый рассказ Константина Паустовского «Бакенщик» стоит всего творчества отдельных ныне популярных писателей, вместе взятых. Думаю, вполне уместно привести в данной ситуации небольшой отрывок из этого рассказа.

«А что это есть — любовь к родине? — задается вопросом бакенщик Семен, — растолкуйте мне, старику», — обращается он к мальчишкам, которых надо перевезти на другой берег реки. «Все вы правильно говорите, — сказал Семен, выслушав ответы ребят. — Только мне этого мало… И свобода, и города, и, скажем, богатые заводы, и школы, и люди. Так не за одно это мы родную землю любим. Ведь не за одно?..». И бакенщик советует своим юным собеседникам присмотреться к тому, что окружает их вокруг, замечать каждую травку, каждый цветок… «Вот, к примеру, клевер. Кашкой вы его называете. Ты его нарви, понюхай — он пчелой пахнет. От этого запаха злой человек и тот улыбнется…» 

Так сейчас не пишут, об этом не говорят… 

А теперь вынимайте руки из карманов! Пришло время для оваций. И поживее: речь об Эппеле пойдет. О новоиспеченном «классике» отечественной литературы. Писатель Александр Кабаков с восхищением говорит о стилистической изощренности эппелевской прозы. Вот один примеров этой изощренности:

«…Летняя улица светла и солнечна, а за другим сараем мальчишки спаривают кроликов. Девочки нарочито толпятся вдали, но все же видят, как кролик, сосредоточенно щипавший травку рядом с крольчихой, в какую-то секунду на крольчиху воздвигается, кто-то из ушастых зверьков резко взвизгивает, и оба, пошевелив носами, тотчас принимаются кормиться. Мальчишки то и дело констатируют, что кролики е... Девочки, поглядывающие издали, тоже знают, чем занимаются кролики, но слово е… не употребляют. Наглые мальчишки, желая обратить внимание девочек, делают из двух пальцев левой руки кольцо и, просунув в это кольцо указательный палец правой руки, двигают им взад-вперед…».

Впечатляет, не правда ли?

Как видите, просто кладезь русского языка и изощренность стиля, которой так восхищался Кабаков, — все на виду. Наслаждайтесь, ребята! Заметьте, многоточия в нецензурных словах — мои, в книге — все прямым текстом…

КОГО такой «литературой» воспитывать будем?!

Матюгаться — так всем классом

— Радостно

Книгу возьмите

И — в класс!

Вооружись учебником — книгой!

С детства мозги

Развивай и двигай!

Помни про школу —

Только с ней

Станешь

Строителем

Радостных дней!

Конечно, Владимир Маяковский подразумевал в своем стихотворении настоящие книги. А творения Эппеля — это разврат, растление детской души. Интересно, кому пришла мысль дать Эппелю премию Юрия Казакова — выдающегося мастера русской прозы? Но ведь дали же (2002 г.)! Думаю, узнав об этом, Юрий Павлович, ушедший из жизни в 1982-м, от стыда в гробу бы перевернулся.

Известный писатель Юрий Поляков по поводу новых образовательных стандартов по литературе в старших классах заметил следующее:

«Сама идея введения в программу современных авторов разумна. Но, добавляя новые имена, нужно учитывать три важных условия. Первое: в школе надо изучать классику… Эппеля даже в Доме литераторов мало кто знает. Второе: проблематика книг должна соответствовать возрасту учащихся. Не думаю, что тема расширения сознания с помощью мухоморов, волнующая Виктора Пелевина, актуальна для старшеклассников… Третье: но не все произведения, даже талантливо написанные, обладают воспитательными качествами. Однако тексты Пелевина, насыщенные матерщиной, приказано «проходить»! Зачем? Как? Классом, что ли, матюги скандировать?

…Большинство современных «классиков», вбитых в программу, лет через десять, думаю, читать не будут из-за бедности языка, профессиональной неряшливости и лютого антисоветизма, уже сейчас неактуального. Во-вторых, вопросы, которые их волнуют, не соответствуют школьному возрасту. Готовы ли старшеклассницы разделить озабоченность Улицкой проблемой абортов, ее иудео-христианские метания?.. А тот факт, что часы для «назначенных классиков» освобождают за счет Лескова, Куприна, Алексея Толстого, — это, по-моему, самое настоящее гуманитарное ПРЕСТУПЛЕНИЕ… Скажу как бывший учитель: по «Гранатовому браслету» Куприна я могу провести урок о жертвенной любви, по «Левше» Лескова — о русском национальном характере… «Хождение по мукам» — лучшая книга о революции и Гражданской войне для юношества. А какой урок можно дать по Улицкой, Аксенову, Гладилину? О том, как документы для выезда на ПМЖ оформлять?» 

Вы это специально или нарочно?! 

То, о чем говорит Поляков, — очевидные вещи, которых не могут не понимать Борис Ланин, начальник лаборатории дидактики литературы Российской академии образования (именно он является непосредственным автором программы по литературе. — В.А.), и, разумеется, министр образования и науки Российской Федерации Дмитрий Ливанов. Но если понимают, тогда почему сделали это? Ладно Ланин — тут удивлять может только одно: кто решил, что этот человек «наше все» в отечественном образовании, и доверил ему такое важное дело, как составление списка авторов для изучения в школе? Но Ливанов… «Мы кого будем воспитывать на уроках литературы — граждан России или чемоданных страдальцев, соображающих, куда выгоднее отвалить из Отечества? Так и хочется спросить: господин Ливанов, вы это специально или нарочно?» — восклицает Юрий Поляков. Вместо ответа — гнетущая тишина…

Правда, сам министр, наловчившийся обходить острые углы, как и многие его коллеги, настроен оптимистично и уверен: система школьного образования в России полностью соответствует уровню развитых стран мира, о чем Дмитрий Викторович и оповестил с телеэкрана всю Россию. Мол, не беспокойтесь: всё под контролем!

Что под этим «всё» подразумевает министр? Если он имеет в виду уничтожение русского духа, осознания патриотизма в сердцах и головах наших детей и внуков, то тогда действительно беспокоиться не о чем.

Познакомившись с новыми отечественными «классиками», я невольно вспомнил шуточную песню американских диверсантов. Есть там такие слова: «Ну так что, покажем этим русским, как американцы умеют умирать. Сэр Антонио, как это по-русски — «Бедный мой мать?».

Грубовато, конечно. Но зато в духе новых стандартов образования. Да и какие мысли могут прийти в голову после чтения Эппеля и Пелевина? Не знаю, как американцы умеют умирать, но «убивать» морально Россию они научились. Классно все делают и, увы, с нашей помощью. «Ложимся» мы под Запад с необыкновенной легкостью. Вот Ливанов с Ланиным подсуетились. А потом мы удивляемся, что нас можно взять голыми руками. Чего удивляться: почву-то сами подготавливаем…


Школа — мой кинематограф? 

Многие почему-то считают, что ШКОЛА — это БЕЗМЕРНОЕ ПОЛЕ ДЛЯ ЭКСПЕРИМЕНТОВ. И чем больше взвалить на ее плечи, тем лучше. Вот решили внести свой вклад в образование учащихся знаменитый кинорежиссер Никита Михалков, а вместе с ним и министр культуры Владимир Мединский. Одному пришла в голову мысль ввести в школьную программу курс истории мирового кино, другой поддержал. На мой взгляд, идея насколько хороша, настолько же и безумна. Вопросов без ответа — уйма. Где отыскать время в школьной программе, и без того перегруженной, для просмотра лучших кинофильмов и их обсуждения? Где взять столько квалифицированных преподавателей, которые смогли бы вести этот курс? Вы знаете, сколько в стране школ? Эта задача — непосильное бремя даже для больших городов, а как быть на периферии?

И потом — какие сто фильмов смотреть? В списке Мединского — только советские и российские киноленты, в «сотке», предложенной популярными режиссерами, актерами, писателями и телеведущими, отсутствуют замечательные фильмы о школьной жизни. Такие, например, как «Доживем до понедельника», «Розыгрыш», «Ключ без права передачи», «Вам и не снилось», «Звонят, откройте дверь!»…

А главное — все это неосуществимо по причинам, о которых я уже говорил. И потом, скажите на милость, если есть сто фильмов, то почему не должно быть сто лучших театральных спектаклей, сто книг, сто памятников архитектуры, сто картин выдающихся мастеров живописи, и так далее и тому подобное? Может быть, это менее важно?

На днях узнал о том, что глава Федеральной налоговой службы Михаил Мишустин считает: РСН (Российский союз налогоплательщиков) может добиться от Министерства образования, чтобы вопросы налогообложения были введены в школьную программу!

Кто следующий, какое еще министерство начнет ломиться в школьную дверь? Давайте уроки менеджмента введем, бухучета, садоводства и животноводства… Смеетесь? Плакать нужно!

Может, хватит? Над кем экспериментируем? Ведь это же наши дети!

И закончить я хочу еще одной цитатой из Андрея Максимова: «Пора объявить мораторий на всякие эксперименты в области образования. Покажите мне того человека (если он, конечно, не работает в Министерстве образования и науки), который скажет, что от всех этих экспериментов жизнь стала лучше…».


Лучше — нет, хуже — да. Значительно хуже! 

Юрий ПОЛЯКОВ: …Большинство современных «классиков», вбитых в программу, лет через десять, думаю, читать не будут из-за бедности языка, профессиональной неряшливости и лютого антисоветизма, уже сейчас неактуального. Во-вторых, вопросы, которые их волнуют, не соответствуют школьному возрасту. Готовы ли старшеклассницы разделить озабоченность Улицкой проблемой абортов, ее иудео-христианские метания?.. А тот факт, что часы для «назначенных классиков» освобождают за счет Лескова, Куприна, Алексея Толстого, — это, по-моему, самое настоящее гуманитарное преступление… Скажу как бывший учитель: по «Гранатовому браслету» Куприна я могу провести урок о жертвенной любви, по «Левше» Лескова — о русском национальном характере… «Хождение по мукам» — лучшая книга о революции и Гражданской войне для юношества. А какой урок можно дать по Улицкой, Аксенову, Гладилину? О том, как документы для выезда на ПМЖ оформлять?

P.S Еще одна новость из Министерства образования и науки. Оно предложило ввести паспорт школьника. Господи, зачем? Только этого ему и не хватало, все остальное у него есть. Вот уж, право, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало!

…Нет, справедливо все же заметил известный публицист Александр Поспелов: «Налицо два разных кризиса… Есть кризис образования, есть кризис управления образованием, и как ни остер первый, второй гораздо острее…».

Рыба гниет с головы… А Ливанову загубленной школы уже мало. Решил министр взяться и за Российскую академию наук (РАН). Дмитрий Викторович недвусмысленно дал понять, что организация Российской академии наук «не соответствует мировым стандартам» и в ближайшее время «мы создадим совет по науке, где будем обсуждать программу исследований и ход реформ. Этот совет станет голосом российской науки…».

В общем, бац-бац — и от РАН только рожки да ножки остались. Нобелевский лауреат Жорес Алферов немедленно отреагировал на фельдфебельские штучки министра — покинул пост председателя Общественного совета Минобрнауки. Хлопнул дверью и академик Владимир Форматов, еще один ученый с мировым именем.

— Традиции эффективного сотрудничества Российской академии наук и вузов нашей страны сохраняются столетиями и развиваются Академией наук все эти годы. К сожалению, господин Ливанов либо не понимает этого, либо, что еще хуже, сознательно пытается разорвать науку и образование, — заявил Алферов.

Вы обратили внимание? Именно так ставит вопрос и писатель Юрий Поляков, говоря о школьном образовании… Ответьте народу, господин Ливанов: вы это нарочно или специально все делаете? 

Виктор Анфиногенов.ВК Пресс

11 Апреля 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов