Диссертационные планы

 

Владимир Филиппов
Владимир Филиппов

Если судить по выступлению председателя Высшей аттестационной комиссии, ректора РУДН Владимира Филиппова, ведущие научные учреждения и вузы получат больше прав при организации защит диссертаций, но грядет сокращение рядов тех, кто эти защиты сможет проводить.

 «Сокращение числа диссоветов легко реализовать. Надо заменить четверку на двойку. Сейчас один ученый может состоять не более чем в четырех советах одновременно, а мы уменьшим этот параметр в два раза, и у нас сразу закроются сотни диссоветов. Но мы пойдем не только этим количественным путем, но и качественным. Будем предъявлять более высокие научные требования к членам диссертационных советов и к организациям, которые хотят их у себя создать», – проанонсировал будущие шаги Филиппов на пресс-конференции в «Вечерней Москве».

Одна из проблем, поднятых в ходе пресс-конференции, касалась того, что члены диссертационных советов часто халатно подходят к своим обязанностям по проверке диссертаций, а кто-то просто не может оценить диссертацию, так как не является специалистом в данной области. «Есть предложение включения в трудовые договоры с докторами наук и профессорами пунктов об их обязанностях по работе в диссертационных советах. Повысится ответственность официальных оппонентов… Предлагается еще одна идея. В мае уже состоится защита в СПбГУ по схеме, которую мы собираемся апробировать для всех вузов. Они будут сами на конкурсной основе формировать совет под конкретную диссертацию, который будет состоять из 7-9 человек профессионалов в узкой области, по которой защищается диссертация. И голосовать они будут не тайно, а под роспись».

Вообще ВАК будет стремиться к большой публичности процесса защиты. Организация, в которой будет проводиться защита, должна будет размещать не только автореферат диссертации, но и ее полный текст, отзывы оппонентов и консультантов на своем сайте. По мнению Филипова, это даст возможность собирать мнения по научной работе «в режиме форума со всей страны».

ВАК также займется процессом самореформирования: «В ближайшие месяцы от нас ждут нормативно-правовые акты, вплоть до поправок в законодательство с тем, чтобы до лета сформировать новые экспертные советы ВАК, а с сентября уже новым составом экспертных советов решать вопросы оптимизации диссертационных советов».

Каковы будут новые требования к членам новых экспертных советов? «Обсуждается введение запрета для членов экспертного совета ВАК выступать официальными оппонентами и рецензентами диссертаций, выполнять функции руководителей диссертационных советов». Вообще в эти советы теперь будут попадать на основе «конкретных критериев эффективности ученых».

Корреспондент «Полит.ру» задал председателю ВАК ряд вопросов в развитие темы. Первый из них касался целесообразности сохранения в России государственной системы степеней. Ведь в конце концов, авторитет степени может просто быть производным от авторитета того центра, который ее присвоил.

Филиппов считает, что общество этого не хочет: «Есть разные системы высшего образования и в том числе разные системы присвоение степеней. В США в принципе отсутствует система государственного высшего образования. Ну, если мы так ставим вопрос, давайте поставим вопрос. Второе, в США не существует государственной системы школьного образования. Все школы находятся на уровне муниципалитетов. Тогда давайте так поставим вопрос, но тогда у нас будет другая идеология в стране, большинство в обществе  за государственное образование. Американские «state university» –  это не государственные университеты. Это университеты штатов. Давайте отдадим университеты субъектам федерации, но у нас общество не говорит об этом.

Оно хочет, чтобы государство отвечало за качество и доступность нашего образования… Мы должны рассуждать в рамках парадигмы, имеющейся в нашей стране. Изменится парадигма, предложат приватизировать все университеты? Давайте приватизируем. Давайте сделаем их частными. Абсолютное большинство университетов в мировых рейтингах  частные, большинство самых сильных университетов в США - это частные университеты. Ставите вопрос так, давайте. Но в РФ другая парадигма». Из ответа, правда, сталось неясным, какое отношение система присуждения научных степеней имеет к статусу той или иной части высших учебных заведений, а тем более - школ.

Аналогично ответил глава ВАКа и на вопрос о целесообразности сохранения списков ВАК для публикаций. Мы исходили в вопросе из того, что специалисты в данной области науки и без ВАКа разберутся с тем, доступна ли публикация профессиональному сообществу и прошла ли она серьезное рецензирование, а если они не способны разобраться в этом, то уж заведомо не должны иметь права участвовать в присуждении степени. По мнению, Филиппова, «если не будет критериев, то нам принесут самые тиражируемую публикацию, из журналов с самым высоким индексом, например, из «Мурзилки». Чтобы такого не было, мы и вводим критерии. Как вы говорите: все в принципе знают, какие хорошие журналы, этот хороший вроде, это неплохой. Но у нас настолько много разных научных школ, какой-нибудь химический факультет в Благовещенском университете имеет свою школу и свой журнал. Учитывать его или нет? И здесь не должно быть никакого волюнтаризма от кого-то, что кто-то знает этот журнал, а кто-то не знает… Сейчас у нас очень слабые критерии. И ВАК вынужден был включить 2800 журналов в свои списки, потому что они подходят по критериям».

Однако Филиппов сказал, что в чем-то согласен с постановкой вопроса: «Ученые сами знают, какие журналы хорошие. Возьмем 10 журналов по органике, 10 по неорганике и т.д. Достаточно этого стране будет. Так и будем делать».

Глава ВАКа проаносировал, что в ближайшее время ожидается исчезновение степени кандидата наук. Она будет трансформирована в доктора какой-то области, а выше него будет стоять уже степень доктора наук. Это станет более понятным соответствием международным степеням (впрочем, в мире преимущественно представлена одноступенчатая система научных степеней).

Есть еще одна проблема, связанная со степенями для получения адекватной позиции во многих российских вузах человеку с иностранной степенью приходится пройти процедуру нострификации – вместо того, чтобы руководство вуза изначально ориентировалось на реальный авторитет университета, в котором степень защищена. В ответ на наш вопрос выяснилось, что и тут ничего менять не планируют: «Это вопрос в какой-то степени вопрос гарантии защиты рынка труда. Потому что пока у нас действует государственная система высшего образования, работодатели доверяют гарантированным дипломам. Привез кто-то диплом замбийского колледжа, но откуда они знают, что это значит?

Ну, или возьмем Китай. Как мы узнаем в Борисоглебском педагогическом институте, чему он учился? Даже с Европой сейчас проблема. Мы ввели в рамках Болонского процесса систему четыре плюс два. Европейские коллеги сейчас локти кусают, что так не сделали. У них по болонской системе часто три плюс два. Три года бакалавриата дают недоучек. А цель еще стоит - 50% выпускать на работу. Они не знают, куда девать трехлетних бакалавров. Мы не знаем, как принимать студента из Сорбонны в магистратуру. У нас-то после четырех лет их принимают. А они приезжают с трехлетним бакалавриатом. Вопрос не решен. Надо сопоставить то, чему учили у них и у нас. Это все вопрос защиты рынка труда».

В разговоре с корреспондентом «Полит.ру» Филиппов упомянул и конкретные санкции, которые обсуждаются для недобросовестных участников диссертационного процесса: «Поступили предложения: если научный руководитель допустил нечистоплотность, лишать его права научного руководства. Что касается ведущих организаций, то тоже поступили предложения, если они раза два дали некачественное заключение, такое, что ВАК отказал, надо принимать решение по этой организации, чтобы она не имеет право быть ведущей. Что же касается оппонентов, то решили в большей степени  идти путем репутационной ответственности».

Но нельзя, по мнению Филиппова, целиком полагаться и на критические отзывы оппонентов, что отчасти связано с современным состоянием нашего научного сообщества: «Когда оппонент пишет отзыв, это его личное мнение. Всегда найдутся два человека из разных школ и с разным мнением. Могу привести  пример моего проректора, сильнейшего математика. Не хотел диссертацию защищать, хотя у него много публикаций за рубежом, но только в 60 лет он согласился. И вот, когда его работа поступила в ВАК, на нее написал отрицательное заключение завкафедрой МГУ, академик РАН. Я попросил разобраться других академиков, так как был уверен в диссертации. Он сказал им: «Знаете, это такая сложная тема, такая сложная вещь, я читал и ничего не разобрал - и со злости написал отрицательный отзыв». Такова сейчас наука». Полит.ру

6 Апреля 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов