Россия воюет в Сирии за сильную, независимую Германию

Идя на риск и жертвы, как 25 лет назад

 

Позиция Германии в отношении России, кажется, становится сочувственнее. Об этом говорят итогипарижского саммита «нормандской четверки» – Владимира Путина, Ангелы Меркель, Франсуа Олланда и Петра Порошенко, – завершившегося поздно вечером в пятницу, а также официальные заявления, сделанные после встречи. Но стоит ли им доверять?

 

По-хорошему не понимают

Российский президент покинул резиденцию французского коллеги, Елисейский дворец, не подойдя к журналистам. Скажем за него: пятничные переговоры закончились определенными успехами нашей дипломатии. Выборы на территории ДНР и ЛНР пройдут по украинскому законодательству, но одновременно с признанием «особого положения» этих регионов. Повстанцев наделят иммунитетом, чтобы они смогли принять участие в выборах, а после – амнистируют. Ради выполнения данных условий самопровозглашенные выборы на востоке Украины, назначенные Донецком и Луганском на октябрь-ноябрь, будут отменены. Сроки реализации основополагающих Минских соглашений перенесут с конца 2015 года на 2016-й. Теперь Москва должна убедить «сепаратистов» соблюдать пятничные договоренности, а Берлину и Парижу предстоит проконтролировать Киев. Но сделать это будет непросто: как показывает практика, он, мягко говоря, склонен интерпретировать договоры в свою пользу и затягивает их исполнение: ведь пока украинский конфликт не урегулируют, с России не снимут тяжелые экономические санкции, а политизированной Украине это на руку. Российская сторона готова на жертвы ради компромиссов на Украине.

 

 

Россия в интересах Китая отбивает Германию у Америки и Британии

 

Главное, что мы видим? На протяжении последних 25 лет, после объединения Германии (юбилей этого события праздновался буквально в субботу, 3 октября) и последовавшего затем развала СССР, Запад, в том числе Европа и Германия, невнимательно и даже пренебрежительно относились к российским интересам: НАТО пришло на территорию не только бывшего соцлагеря, в Польшу, Чехию и Словакию, Венгрию, Румынию, Болгарию, но и в бывшие советские республики в Прибалтике, в Альянс чуть было не подались Грузия и Украина. В военных действиях на Украине и в Сирии наша страна доказала: с Россией необходимо и придется считаться, необходимо и придется вернуть ее в ансамбль ведущих государств мира и учитывать ее интересы.

 

Тем более что наша страна является военным «кулаком» еще большего, евразийского партнерства, экономической базой которого выступает Китай. Будет ли участвовать в партнерстве Европа – первостепенный вопрос для наших стран; вероятно, из-за него мы и ввязываемся в евразийские конфликты, а то и провоцируем их. Альтернативой является дальнейшее сближение Европы и Германии с США. Поэтому симптоматично, что на днях Ангела Меркель заявила: урегулирование в Сирии должно проходить при участии как западных держав, включая, конечно, США, так и России с Башаром Асадом. Тем самым заняв нашу сторону.

 

С другой стороны, Германия, хоть и испытывает традиционное после Второй мировой войны давление Америки, объективно заинтересована в сотрудничестве с Россией. По итогам только 2014 года немецкий бизнес потерял на санкциях против российской экономики 6 млрд евро. С такими тенденциями Германия, идущая к лидерству в Евросоюзе, вряд ли потянет воз европейских проблем.

 

Но это еще что! При нынешних порядках уже в этом веке привычная нам Германия попросту исчезнет. Об этом мы узнаём из знаменитой своей откровенностью книги «Германия: самоликвидация» немецкого политика, бывшего высокопоставленного чиновника Тило Саррацина.

 

Германия - «умирающий дебил»

По мнению Саррацина, самоликвидация – не метафорическое, а буквальное определение происходящего с Германией: немцы самоликвидируются по причине двух встречных явлений – это демографический провал среди коренного населения и наплыв эмигрантов, а вместе с ними – бедности, дремучести и ожесточенности. Но послевоенные, часто надуманные, избыточные, стандарты политкорректности препятствуют не только решению проблем, а даже открытому их общественному обсуждению. По словам Саррацина, «последние 45 лет в Германии, как и во всей Европе, не ведется разумного обсуждения демографического развития. Чтобы не попасть под подозрение в националистической идеологии, политикам не рекомендовано заикаться на такие темы, как падение рождаемости, социальное бремя неуправляемой миграции, потеря народом в целом среднеарифметического интеллекта».

 

 

Из-за накапливающихся диспропорций Германия становится зоной повышенного социального протеста

 

Пока политики играют в свои игры, происходит количественное вымирание немецкой нации: последние четыре десятилетия с каждым новым поколением молодых меньше на треть, а стариков, при долгой продолжительности жизни, все больше. «До 2050 года численность населения в Германии упадёт на 10%, численность работающих в целом – на 30%, а численность работающих в возрасте 20-50 лет и того больше, а именно, на 40%, – сообщает Саррацин. – Численность людей пенсионного возраста, напротив, увеличится на 50%. И если сейчас в Германии на одного пенсионера приходится двое работающих, то к 2050 году ожидается соотношение один к одному».

 

Рождаемость в Германии между 1965 и 2009 годами упала наполовину, а к 2050-му сократится еще вдвое. Это означает, что по чисто демографическим причинам «сегодня рождается лишь половина талантливых умов поколения, рождённого в 1965 году, а ещё через два поколения их родится лишь четверть». К тому же в обществе, где у молодых все больше забирают на содержание стариков, пропадает стимул учиться, «выбиваться в люди», уровень образованности немцев снижается, нарастает «дебилизация» общества. «Как язык науки, немецкий уже давно не играет роли, образованные индийцы и китайцы стремятся в англоязычные страны, в Германию же попадают по остаточному принципу», – свидетельствует Тило Саррацин.

 

Эмигранты ее прикончат

Все тому же способствует миграционная политика германского правительства. Девяносто пять процентов мигрантов прибывают сегодня из Турции, Северной Африки, Среднего и Ближнего Востока, поэтому, если «еще в 1950 году мусульмане практически не жили в Западной Европе, в 1970 – их насчитывалось порядка 2 млн человек, то через 40 лет – их уже 20 миллионов, и число постоянно растет». Они гораздо плодовитее, но при этом, будучи выходцами из архаичных общин, в основной своей массе не желают интегрироваться – живут компактно, немецкий не учат, образования не получают, не трудоустраиваются, живя на пособия (то есть трудоспособные немцы вынуждены «пахать» не только на своих стариков, но и на эмигрантов) и благодаря преступности. А на что способен экстремизм, если его помножить на религиозный фундаментализм, мы знаем по своим террористическим войнам (Чечня, «Норд-Ост», Беслан), а сейчас уже и по ярости ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация).

 

Похоже, что Германия, пока еще выигрывая за счет квалификации и усердия своих трудовых ресурсов, предпринимательского духа, технологического преимущества своих продуктов, в конечном счете подъедает остатки былой славы. Через сто лет, прогнозирует Саррацин, немцы не будут изгнаны из своей земли, но потихоньку самоустранятся из истории.

 

 

До конца года 80-миллионная Германия вынуждена принять от 800 тысяч до 1,5 млн сирийских беженцев

 

Книга «Германия: Самоликвидация» вышла в 2010 году, на русском – в 2012-м (и, кстати, стоила автору членства в совете директоров Немецкого федерального банка). Она еще содержит элементы бодрого духа и «мудрые советы»: разбавлять миграционные потоки более образованными, работящими и адаптивными выходами из Восточной Европы (в том числе из России), а также из Юго-Восточной Азии, а главное – поощрять рождаемость среди коренного населения, воспитывать и обучать следующие поколения собственных специалистов. Но, как видим, за пять лет, прошедшие с выхода книги в свет, прессинг Германии и напряженность в самой Германии лишь усилились: немцам пришлось расхлебывать дефолт Кипра в 2013 году, банкротство Греции в этом, справляться с широким и бурливым потоком сирийских беженцев…

 

«Мы принимаем как неизбежность то, что Германия сокращается и тупеет. Мы не хотим задумываться об этом, а тем более обсуждать это вслух. Но мы задумываемся о том, каким будет мировой климат через 100 или 500 лет. При взгляде на немецкую государственность это совершенно нелогично, ведь при современном демографическом тренде от Германии через 100 лет останется лишь 25 млн, через 200 лет – 8 млн, а через 300 лет – всего 3 млн жителей. С чего бы нам так интересоваться климатом через 500 лет, если немецкое общество запрограммировано на ликвидацию немцев?» –  изумлялся Тило Саррацин пять лет назад.

 

Фактор фрау Меркель 

Предсказуемость сирийской гуманитарной катастрофы (а до нее – североафриканской и иракской, породивших толпы беженцев и ИГИЛ) заставляет задуматься не только о запрограммированности, но и о спланированности происходящего на пользу Великобритании – единственного соперника Германии и ближайшего союзника США в Европе. Как объяснил в интервью Znak.com директор Центра комплексных европейских и международных исследований факультета мировой экономики и мировой политики Высшей школы экономики Тимофей Бордачёв, «Германия и Великобритания остались главными конкурентами, представляющими две модели, две концепции развития ЕС. Великобритания видит Евросоюз зоной свободной торговли, Германия больше – политическим союзом, протогосударством со своим доминированием, под своим “дирижированием”». Политический союз – лишний геополитический «тяжеловес» и соперник, а вот зона свободной торговли – это как раз то самое, чего от Евросоюза добиваются Соединенные Штаты.

 

Помочь Германии, устранив причину, вызывающую потоки эмигрантов, ослабляя таким образом давление Америки и Великобритании, автоматически укрепляя «немецкую альтернативу» в Европе – возможно, одна из задач, которые Владимир Путин решает сегодня в Сирии. Россия снова, как и 25 лет назад, в дни объединения ФРГ и ГДР, рискует и жертвует, чтобы расположить к себе Европу. Видимо, отсюда – и сочувственные интонации Ангелы Меркель.

 

 

Однако воплотятся ли слова в ее реальном курсе – большой вопрос: Меркель, выросшая в социалистической ГДР и не понаслышке знающая ее «прелести»,считается проамериканским политиком, сидящим «под колпаком» спецслужб США. «Думаю, что Путин действительно считает себя европейцем, что он видит будущую Россию ближе к Европе. К сожалению – потому что европейцы его не слышат. Европа сама находится в периоде очень сложной эволюции, осмысления своей роли в мире. Европа понимает, что не сможет в одиночку играть роль серьезного политического игрока на международной арене, и старается прижаться к США. В таких обстоятельствах союз Европы и России – это фантастический сюжет», – считает Тимофей Бордачёв.  

 

Но ведь и канцлер Меркель не вечная, не правда ли? Нравится это кому-то или нет. Значит, результаты борьбы за Германию и Европу не предопределены, и в обозримом будущем мы увидим дальнейшие конфликты противостоящих сторон в разных плоскостях и в разных точках земного шара. 

 

 

Петр Харламов, Александр Задорожный  

5 Октября 2015
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-читай

Архив материалов