Правительство России не понимает природу развития

Программа проводится радиостанцией "Эхо Москвы" совместно с международной телекомпанией RTVi и идет одновременно в прямом радио- и телевизионном эфире. Благодаря этому еe слушает и смотрит не только российская аудитория, но и русскоязычные телезрители в Европе, США и Израиле. Время выхода передачи - вечерний прайм-тайм. Это позволяет обсуждать с заинтересованными слушателями наиболее важные события уходящего дня. Эфир не ограничивается одной темой, затрагиваются все интересующие аудиторию вопросы. Программу представляют авторитетные журналисты радиостанции "Эхо Москвы". Участники программы отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, смс, интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.


экономика, санкции, правительство, путин, украина, цены, бизнес, капитал

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, добрый день, это программа «Особое мнение». У микрофона Ольга Бычкова, с «Особым мнением» Константин Ремчуков, главный редактор «Независимой газеты», добрый вечер. 

У нас очередной пакет санкций, который готовит Евросоюз, вроде бы сегодня должны были объявить, возможно, объявят завтра, в любом случае, в ближайшее время, что-то еще мы узнаем? Уже «Уолл-Стрит Джорнал», другие СМИ пишут о том, что там может быть. Прежде всего, все обращают внимание на то , что «Газпромнефть», «Транснефть» и «Роснефть» затронуты этими санкциями, они могут получить новые ограничения для своих финансовых заимствований, плюс еще неизвестные пока 25 физических лиц. И еще ряд компаний оборонного комплекса и финансовых структур. Это значит что, что предыдущие санкции не подействовали, или наоборот, что предыдущие оказались эффективными и надо продолжать использовать этот механизм, считает ЕС? 

К.РЕМЧУКОВ: Я внимательно слушал Обаму, когда он выступал в Таллине перед началом саммита НАТО. В своей речи он программно изложил стратегию Запада в отношении России, и заявил о том, что в эту стратегию ключевым элементом будет входить политика, которая целенаправленно будет воздействовать на уменьшение доходов от нефтяного и газового сектора РФ с тем, чтобы уменьшить возможности Путина, - как сказал Обама, - проводить свой агрессивный курс. Для меня это не неожиданность, а просто декларируемая вещь. 

А за несколько недель до этого его помощник выступал с перечислением мер, которые с их точки зрения приводят к успеху, - к вопросу об оценке эффективности этих санкций. Американцы абсолютно убеждены, называют цифры, что Центробанк уже потратил 37 млрд. долларов на поддержание курса валюты. А 37 миллиардов это запасы, это большая сумма денег. Поэтому либо у тебя валюта совсем падает – я сегодня смотрел по «Блумбергу» - несколько аналитиков считали, что если рубль будет 41-42 долларов, то это та психологическая черта, за которой утрачивается доверие к национальной валюте. 

О.БЫЧКОВА: Уже близко. 

К.РЕМЧУКОВ: Получается, что либо у тебя падает валюта, либо ты не даешь ей падать, ее поддерживаешь – по любому им кажется, что они делают чувствительной эту политику. 

О.БЫЧКОВА: А они правда ее делают? 

К.РЕМЧУКОВ: Ну, безусловно делают. Думаю, что любые разрозненная информация, которую мы берем – сегодня утром ты можешь узнать о том, что москвичи потратили на 20% меньше в супермаркетах накануне 1 сентября. А в 15.15 появляется информация о том, что за последние месяцы произошло падение продаж автомобилей на 25,6%. 

О.БЫЧКОВА: А в 15.30 – что свинина подорожала. 

К.РЕМЧУКОВ: Да. И это существенно опять - не 2-3%, плавно, а резко и скачкообразно. Скачкообразно, как известно, процессы начинаются после того, как тенденция идет-идет плавно и незаметно, а потом люди уже начинают понимать, что эта тенденция зафиксировала себя как тенденция. И здесь происходит падение. Когда что-то падает на 20-25% в экономике, это относится к категории рисковых изменений каких-то показателей. Поэтому я считаю, что, конечно, сказывается. 

Но главное не в этом. Главное в том, что улетучивается доверие. Причем это доверие не то, что западные финансовые институты утрачивают доверие к нашим. А что внутри российских субъектов экономической деятельности улетучивается доверие. Если вы послушаете банкиров, то они вам скажут, что межбанковские заимствования резко уменьшаются, потому что никто не знает, что с этим банком – вдруг он попадет в санкции, вдруг у него не то, что мы думаем? Поэтому банки в 2,5 раза увеличивали заимствования у Центробанка. Он выполняет свою функцию последнего заемщика. 

С этой точи зрения для экономики отсутствие доверия является фактором инвестиционной политики. Поэтому удар наносится именно по инвестиционной политике России. А с учетом того, что наши власти не очень, в силу своего происхождения, понимают важность частного капитала как источника развития. 

О.БЫЧКОВА: Какого происхождения? 

К.РЕМЧУКОВ: С одной стороны, питерского, с другой стороны юридического, - это все юристы у нас из петербургского университета они, чувствуется, большие государственники – они этого не понимают. Сегодня в интервью «Ведомостям» - там много было замечательных моментов у Дмитрия Медведева, но на один я обратил внимание, потому что он поразил своей естественной, питерской простотой. Он говорит: ну, нет, налоги мы, наверное, не будем трогать, но может быть, изменим ставку налога на дивиденды, чтобы было справедливо. Типа подоходный налог 13%, а на дивиденды меньше. Ну, разве это справедливо? Давайте поднимем, чтобы было справедливо. Вот здесь и есть непонимание природы частного капитала. Потому что налог на дивиденды если ниже, стимулирует инвестиции в капитал. У нас нет финансового рынка. 

Что такое инвестиция в капитал. В акции? Это значит возможность финансировать свою деятельность компаниям и корпорациям за счет собственной деятельности, за счет этих ценных бумаг. И у тебя есть альтернатива: пойти потратить деньги на потребительские вещи, еще что-то сделать либо вложиться в акции компании, повышая их стоимость, то есть, повышать спрос на эти акции. 

Вот когда он говорит «ради справедливости давайте поднимем», - значит, он не понимает, что эти льготы по налогу на дивиденды имеют совершенно другой смысл. 

О.БЫЧКОВА: Среди многих тоже пассажей в этом интервью Медведева мне понравилось про продовольственные анти-санкции, где он объяснял, почему нельзя было давать слишком большой срок для того, чтобы дошли все те грузы, которые были уже оплачены. Он говорит: мы могли бы дать и год, и больше времени, но тогда он бы год ехали – типа мы знаем наш народ, который всегда извернется. И сразу возникает вопрос, против кого эти санкции применялись. И в связи с этим вопрос – Медведев сказал в этом интервью, что нынешние трудности временные и они полезны, и что наша экономика, наше производство, наше все станет еще краше прежнего. Вы верите в то, что есть шанс обернуть сейчас российской экономике и всем экономическим субъектам эту ситуацию себе на пользу? 

К.РЕМЧУКОВ: Шанс был бы, если бы руководство страны и правительство понимало природу развития. Если бы оно понимало, что речь идет о капитале в сложной форме. Капитал, - у меня такое ощущение, что многие руководители страны понимают исключительно как деньги. Поэтому когда речь идет об ограничениях заимствований на рынке капитала. Всем кажется, что это просто деньги. А у нас есть резервы, мы к резервам обратимся. Капитал это сложная вещь. Капитал в современном понимании это деньги, это технологии, это управленческие решения, новый персонал и новые методы управления и, наконец, это технологии доступа к рынку. 

Капитал для чего нужен? – для того, чтобы ты купил все пять функций. Если у тебя они все есть, то ты начинаешь развиваться. В связи с тем, что я ни от одного человека выше себя, или ниже себя ростом не слышал ничего такого, то у меня очень сильные сомнения, что они понимают природу. И когда по наивности душевной сравнивается с Китаем после санкций 1989 г., то мне хочется всплеснуть руками и сказать: да вы что, ребята? С 1989 по 1999 г. средний годовой приток иностранных прямых инвестиций в Китай, - а под прямыми иностранными инвестициями в Китай мы понимаем инвестиции в той форме, в которой я сказал, а это именно покупка контрольного пакета акций компаний с влиянием на управление, производство, продажи, - это не портфельные инвестиции, - равнялся от 35 до 50-60 млрд. долларов в год. 

И говорить о том, что у нас с Китаем аналогичная ситуация это значит не понимать природу. Потому что китайцы создали эти зоны и американский капитал пришел туда с тем, чтобы экспортировать, пользуясь более дешевым фактором производства в виде рабочей силы, продукцию в свою же собственную страну. Это первое. 

Второе. Мне кажется, что вообще, поскольку частный капитал не является уважаемым субъектом хозяйственной деятельности в глазах нашей власти, и тот кусок из интервью Медведева, о котором вы сказали, он это подтверждает. Он не о народе сказал, что он «извернется», а именно о бизнесменах, которые хитреньким образом заключат сделки задним числом, как если бы они все были заключены до объявления Путиным санкций. О.БЫЧКОВА: И надо их обязательно ущучить. 

К.РЕМЧУКОВ: Да. Но я-то думаю, это какой бизнес был там у людей, - что такое завозить любые продукты питания, что такое объем на 10-12 млрд. долларов, умноженный на 30-360, - сейчас курс другой. 400 млрд. рублей, бизнес людей по импорту вдруг можно так, - хоп, и сказать, - ну ладно, пока плывет. Пусть доплывет это судно, больше у нас не будет льгот. Никто даже не извинился перед этими бизнесменами. 

О.БЫЧКОВА: Кстати, да. 

К.РЕМЧУКОВ: А у них - кто-то взял ипотеку, кто-то – кредит, кто-то планировал купить квартиру, кто-то – жениться или развестись. 

О.БЫЧКОВА: А кто-то начал строить новый магазин. 

К.РЕМЧУКОВ: Да. А там все – хоп, и хлопнулось. Поэтому вот без понимания природы основного двигателя перемен в стране в лице частного капитала, ничего невозможно. 

О.БЫЧКОВА: А нефть сегодняшняя, которая грохнулась ниже 100 долларов за баррель – это сигнал? 

К.РЕМЧУКОВ: Знаете, нефть такая политизированная вещь, слишком много корреляций между курсом валют и ценами на нефть, - потому что ты должен следить за ценой на нефть, поскольку большинство контрактов в долларах, и за ценой доллара. Если доллар меняется по отношению к основным валютам, а сегодня доллар начал сильно укрепляться, например, по отношению к фунту стерлингов – из-за сообщений о том, что шотландцы могут отделиться. Тогда происходит просто переориентация инвестиций. Плюс политика любая: как будет вести себя иракская «Айсис», контртеррористическое государство. Будет ли война, кто будет участвовать, какие поставки. Не думаю, что нефть сейчас является главным параметром. 

Другим параметром является то, что наши компании будут удорожать заимствования для рефинансирования своей деятельности. Потому что традиционные кредиты – это серьезно. Ты не можешь сильно планировать, потому что нефтяной сектор является специфическим сектором с очень долгим циклом производства, - от момента инвестиций до момента получения продукции. Когда ты сможешь отбивать деньги, иногда проходит 10-12, а то и 15 лет. 

И то, что мы хотим, допустим, развивать что-то в Арктическом шельфе, между инвестициями и добыче нефти, за которую ты начинаешь получать деньги и отбивать их, может пройти 10-15 лет. Поэтому пересаживать этот бизнес на краткосрочные… 

О.БЫЧКОВА: То есть, 30 дней для такого дела один миг, ничто. 

К.РЕМЧУКОВ: Просто цена. Это совершенно другой проект. У вас для того, чтобы осуществить проект, должен быть бизнес-план. В бизнес-плане внутри есть финансовый план, там все параметры: какова цена денег, на какой срок. Там рушится все в один момент, вся ваша матрица, - вдруг выясняется, что вы отобьете эти деньги не через 25 лет, а через 94. Поэтому как искать? Это же сложно. 

О.БЫЧКОВА: Вот у меня вопрос, можете вы на него ответить? – за что мы страдаем на самом деле? Или будем страдать, или должны страдать? Вам понятно до конца, какой план Путина по отношению к этой самой «Новороссии»? Он что хочет в действительности кроме того, чтобы создать еще одно Приднестровье и еще одну горячую точку? 

К.РЕМЧУКОВ: Первое. К вопросу о страданиях. Давайте не обойдем этот вопрос. 

О.БЫЧКОВА: Давайте. Главное, чтобы они нас обошли, по возможности. 

К.РЕМЧУКОВ: Поскольку 83% граждан горячо и сердечно поддерживают планы Путина... 

О.БЫЧКОВА: Верите? 

К.РЕМЧУКОВ: Верю, что значительная часть. Ну, не 80, а 75, не 75, а 70. Но 7 из 10 поддерживают. Поэтому с этой точки зрения он обретает легитимность творить, что хочет. Потому что 70% нравится то, что он делает. Поэтому говорить о том, что 70% радуется, а 30 страдают – ну, это не демократично. 

О.БЫЧКОВА: Вне зависимости от того, что люди думают о планах Путина, у них есть еще собственные мысли по поводу собственного кошелька. Можно не связывать одно с другим, тем не менее, кошелек уже начал страдать, как мы понимаем. 

К.РЕМЧУКОВ: Вам на это ответят о том, что не все можно променять за колбасу, есть еще человеческое достоинство. 

О.БЫЧКОВА: Ну, хорошо. 

К.РЕМЧУКОВ: Оля, я серьезно говорю. В прошлом эфире я коротко сказал, что некоторые из людей, и я многих из них знаю, которые вхожи в тот круг, который формирует нынешнюю идеологию власти, - принципиально убеждены, что российский народ идеократичен, для него идея важнее права, в том числе и индивидуального права. Что западная цивилизация это цивилизация правового государства. Мы ненавидим правовое государство, потому что оно противоречит нашей фундаментальной русской душе. 

Поэтому когда вы говорите: у нас не будет картошки или яблока из Польши – нужно накопиться, какое-то время, чтобы эта идея начала усыхать, - радость от «крымнаш». 

О.БЫЧКОВА: Я про другое спросила. Как вы считаете, какой конечный план всей этой затеи? Ну вот, «Новороссия», Донецк и Луганск, что дальше? 

К.РЕМЧУКОВ: Я к вам сейчас ехал и смотрел новости Первого канала, - первые новости за последние полгода, которые в должное время начались и в должное время закончились, с правильной структурой, - минут 5 на это, а потом идет вся жизнь, - школа, какие-то вещи. То есть, не было бесконечного рассказал об этих «фашистах». Поэтому это вернейший индикатор того, что если Первый канал с сегодняшнего дня, с понедельника, начал новую жизнь, и он показывает новости без ужасов этой военщины, значит, получено недвусмысленное указание: перестаем шельмовать Порошенко и начинаем выполнять планы, которые набросал Путин. 

Кстати, само то, что он набросал в полете в самолете говорит о том, что не работают даже эти институты, типа Совета безопасности, - такой значимости план, где Россия, страшно страдает, - я имею в виду противостояние всему миру, - чтобы президент набрасывал, пока он летит в самолете, а не туча очкариков, головастиков и яйцеголовых написала ему каждое слово. Выверяя этот план. 

Значит, даже не было поставлено задачи: а давайте проведём Совет безопасности, - помните, мы говорили, что у нас был заранее проведён Совет безопасности с вопросом, кто угрожает территориальной целостности? 

О.БЫЧКОВА: Да. И все это ради чего? 

К.РЕМЧУКОВ: Просто такой кошмар, который был наведен в течение этих месяцев на востоке Украины, и если этот кошмар не будет продолжаться, то… 

О.БЫЧКОВА: Про Крым все забудут. 

К.РЕМЧУКОВ: Нет, не забудут, но это будет вялотекущий кошмар. 

О.БЫЧКОВА: Так все это ради того, чтобы оттенить Крым? 

К.РЕМЧУКОВ: Знаете, сначала думали, что слегка побалуются, а потом вышло из-под контроля, я считаю. Хотя оно все контролировалось, безусловно, - у нас нельзя границу бесконтрольно перейти, поэтому я считаю, что это все с личного распоряжения и Путина и ФСБ. И более того, для меня, - я, когда думаю на эту тему, смотрю статью УК, которая запрещает незаконные вооруженные формирования российским гражданам, в том числе, воюющим на чужой территории, территории других государств, если это не в интересах России. У нас статья УК фактически говорит, что наши граждане в составе незаконных вооружённых формирований могут находиться на территории государства другого, если это в интересах России. 

Поскольку мне неизвестен ни один случай возбуждения уголовного дела по поводу человека с ружьем, который перешел в виде добровольца, - тем самым его можно считать челном незаконного вооружённого формирования - на чужую территорию, против которого было бы возбуждено уголовное дело. И это является косвенным доказательством того, что кто-то подал сигнал о том, что это в интересах России. В противном случае пограничники должны были схватить человека и тащить его на допрос. Раз этого не происходило, и потом нам историки, наверное, расскажут, - был, наверное, какой-то секретный приказ, - все равно все по приказу действуют, не могут по телефону. 

О.БЫЧКОВА: Ну да, люди попали, конечно. Очень попали. 

К.РЕМЧУКОВ: То есть, сама статья УК является доказательством того, что, скорее всего, было принято решение, что это в интересах России – участие добровольцев в этих военных действиях. 

О.БЫЧКОВА: Чтобы держать всех в подвешенном состоянии? 

К.РЕМЧУКОВ: Показали, что мы можем сделать. Как Папанов говорил. 

О.БЫЧКОВА: А теперь уже остановились? 

К.РЕМЧУКОВ: Все. Путин понял, что дальше не надо. 

О.БЫЧКОВА: А нам дальше надо. Русская православная церковь предлагает увеличить объем преподавания «Основ православной культуры». Сейчас он идет в 4 классе по одному часу в неделю, и глава Синодального отдела религиозного образования, митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий сказал, что этого недостаточно, что нужно расширить именно основы православной культуры, а не все остальные модули, которые присутствуют в этой схем е- с 2 по 10-й класс школы. То есть, почти всю школу детей учить основам православной культуры. Вы как к этому относитесь, это надо? 

К.РЕМЧУКОВ: Мне кажется, это ошибочное решение. Начинать так рано, - во-первых, ошибочно. Я сейчас очень много читаю про православную культуру, про православие, наше старые книги. Это очень интересно, сложно, - письма Вассиана, или Иосифа Волоцкого, Иван III, - это серьезные вещи. Я читаю, пытаюсь разобраться. А как детям, чтобы это не превращалось в профанацию? Мы же и коммунизму учили легко, и октябрята были. 

Мне кажется, что более взрослые дети в школе с более развитым интеллектом, душой, нравственностью, способностью сопоставлять, должны обязательно иметь предмет, который знакомит их со всеми религиозными течениями мира. Потому что это очень важно для современного общества, которое состоит из православных, католиков и протестантов, - если говорить о христианстве. Из мусульман, иудеев, буддистов. И для жизни государства очень важно, чтобы терпимость и отсутствие страха перед иноверцем воспитывалось разумно и внимательно, чтобы дети могли задавать содержательные вопросы и получать ответы. Знание этого первично. Потому что если человек воспитывается в православной традиции, то, скорее всего, он будет воспитываться в православной традиции в семье – там есть иконы, родители ходят в церковь. 

Поэтому для общества надо понимать – церковь заботится о вечном, о душе. А государство заботиться о сегодняшней текущей жизни граждан. Совершенно две разные вещи. Поэтому в истории эволюции общества патриархи сначала были вровень с царями. А потом, после раскола 17-го века, началось разделение, когда царь, - он долгое время был главой церкви фактически, - все это разделилось. 

И это не случайно. Там люди были сильно православные в то время. И то они понимали, что нужно отделять интересы церкви и вообще места религии в системе мировоззрения граждан от нормальной жизни в светском обществе, где церковь отделена от государства – для того, чтобы люди могли нормально взаимодействовать и сосуществовать, принадлежа к разным вероисповеданиям. 

О.БЫЧКОВА: Но митрополит Меркурий в интервью журналу «Фома» как раз сетует, что светская этика наоборот, очень часто выбирается родителями, или, особенно, выбирается по умолчанию школами взамен основ православной культуры, а нужно, чтобы было наоборот. Это же выбор нам предлагается. 

К.РЕМЧУКОВ: Если митрополит Меркурий будет учить родителей и школу, то он ошибся адресом. Это они у себя в православных приходах, в академии, в семинарии, воскресных школах, - там абсолютно его право навязывать. А общество оно и есть общество. Поэтому конституционная норма отделения церкви от государства должна последовательно придерживаться. Именно для того, чтобы обеспечить нормальную нашу жизнь в городах, которые по факту независимы от того, что говорит митрополит, - они состоят из конфессиональных отдельных групп населения. Хотя все рядом, плечо к плечу, и мы не знаем, бывают они в мечетях или храмах, ходят они в синагогу, или нет. А вести себя должны нормально, доброжелательно, толерантно. 

О.БЫЧКОВА: По общим правилам. 

К.РЕМЧУКОВ: Да. Поэтому тут даже вопросов нет. Это какое-то навязывание. 

О.БЫЧКОВА: А что это за скандальная история с ЕГЭ, штрафами и наказаниями школьников? 

К.РЕМЧУКОВ: У нас вышел материал - Иван Родин написал. Суть в следующем: Верховный суд РФ настаивает на применение ст.19.30 Кодекса об административных нарушениях, к ученикам, нарушающим правила проведения экзаменов, - например, государственная итоговая аттестация, сдаваемая после 9 класса. 

О.БЫЧКОВА: Которые списывают? 

К.РЕМЧУКОВ: Да. Списывают, пользуются телефоном, переговариваются с товарищами, - там все способы перечислены. Пункт 4 этой статьи говорит о штрафе в 3-5 тысяч рублей для граждан, достигших 16 лет. Верховный суд объяснил всем судам, что просто так, без серьёзных оснований, от ответственности никого освобождать нельзя. Вот это принципиальная вещь. Воспитывали-воспитывали в школе детей, наступает время сдать экзамен после 9 класса. Не воспитали ни понятия о честности, ни о порядочности, ни о репутации. Тогда говорят: все, КОАП начинает действовать. Верховный суд довольно жесток. 

О.БЫЧКОВА: Но это справедливо, наверное? 

К.РЕМЧУКОВ: Смотрите: в постановлении о прекращении производства – если вдруг завуч смилостивился, а дело уже пошло, - ну, давайте прекратим дело, у него характеристика хорошая, он в общественной жизни участвовал, - верховный суд указывает: в постановлении о прекращении производства по такому делу должны быть отражены мотивы, по которым административное правонарушение признано мало значительным, с приведением исследованных в процессе рассмотрения дела доказательств, оценка которых позволила прийти к выводу о возможности освободить лицо от административной ответственности и ограничиться устным замечанием. 

При этом, - указывает верховный совет, - такие обстоятельства, как личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, не являются обстоятельствами, характеризующими малозначительность правонарушений. Вот это я хотел сказать: «личность» - то есть, характеристика отметается, что он хороший. И «имущественное положение» - что он из бедной семьи, папа-алкоголик, денег нет, - 5 тысяч на бочку. 

Мы когда-то говорили о том, что огромное количество вещей, связанных с взаимоотношением гражданина и государства – политические взаимоотношения, - все более утрачивают признаки общения, как мы думали, через института гражданского общества. Они все больше опосредуются Следственным комитетом, прокуратурой, - по-существу, Уголовным кодексом. И это является серьезным искажением нормальности. 

Так вот если сейчас, после 9 класса, ты с телефона списал, - это плохо. Но что школа делала, она же должна была воспитывать эти этические нормы – не списывать так вот нужно КОВП использовать и верховный суд сказал: никаких поблажек. Поблажки должны быть очень серьезные и веские основания. А когда верховный суд дает такие определения, очень сложно в судах более низкого уровня пойти на это объяснение, потому что всегда будет подозреваться, что кто-то взял взятку чтобы закрыть административное дело. 

О.БЫЧКОВА: То есть, никаких оснований. 

К.РЕМЧУКОВ: Вот это еще один провал системы, за которую несет ответственность государство, - у нас преимущественно государственная система образования, дети списывают, ЕГЭ вообще кошмар, о котором мы знаем, когда целые регионы отличников у нас. 

О.БЫЧКОВА: Но говорят, что в этом году что-то удалось отрегулировать. 

К.РЕМЧУКОВ: Если не уголовное – то административное законодательство будет применяться. Мне кажется, это очень серьезный признак нездоровья. Есть сферы, в которых традиционно считается, что авторитет учителей и воспитательная работа учителей, - они должны привести к тому, что ребенок осознанно понимает. Ты можешь списать, но тебя другие дети не поймут, потому что они дают клятву честности. И если ты списываешь, потому что преподаватель уходит з аудитории. 

О.БЫЧКОВА: Ну, это позорно и не практикуется. 

К.РЕМЧУКОВ: Позорно, потому что репутация разрушается. 

О.БЫЧКОВА: Это то же самое, что и основы православной культуры именно в школе, а не где-то еще, не в воскресной школе, не в кружке, не в общине. Потому что над всем должно висеть государство и все должно контролировать. И это, и другое, и пятое и десятое. 

К.РЕМЧУКОВ: Это и к вопросу об экономике тоже. Государство редуцирует источники развития исключительно из госбюджета. И возможности дать компании полтора триллиона, или не дать, будет она из-за этого жить, или не будет. Все другие, кто не подключен к государственному кранику, могут с грустью подвести итоги. 

О.БЫЧКОВА: Хочу вас спросить по поводу новых предложений Минсвязи и массовых коммуникации о крупны штрафах для редакций за материалы, которые содержат публичные призывы к терроризму, порнографии, насилию, жестокости, экстремизму и все прочее. 

К.РЕМЧУКОВ: Перешли последовательно в своей системе мер, которую вводили по штрафам, по закрытию блогов, - перешли, наконец, эти наказания уже на юридических лиц. Фактически это решение большими штрафами наказывать юридические лица. 

О.БЫЧКОВА: Разорять газеты. 

К.РЕМЧУКОВ: Ну, конечно, Вы 10 раз по миллиону проиграете и все, можете закрывать лавочку. И вроде бы как бы никто лицензию не отзывает. 

О.БЫЧКОВА: Это будет применяться? 

К.РЕМЧУКОВ: Почему – нет? Мне кажется, все движение в эту сторону идет: регулирование СМИ. СМИ боятся очень сильно, поэтому обложили со всех сторон. 

О.БЫЧКОВА: Так уже все отрегулировали, что можно? 

К.РЕМЧУКОВ: Не все, как вы видите. Если приносится идея, что давайте штрафовать как юридические лица. Уже мало того, что автор, который опубликовал. 

О.БЫЧКОВА: Автор само собой, никуда не денется. 

К.РЕМЧУКОВ: А теперь – юридические лица. 

О.БЫЧКОВА: И это неотменяемо, задам я дурацкий вопрос? В ближайшее время – нет. Спасибо большое Константину Ремчукову. 

http://www.ng.ru/economics/2014-09-09/100_echo080914.html

9 Сентября 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов