Следствие поставило на зеро

«Игорное дело» завершилось ничем?

Следственный комитет России прекратил резонансное «игорное дело», удовлетворив прошение его фигурантов об амнистии. Об этом 15 января сообщило агентство «Росбалт» со ссылкой на свой источник в правоохранительных органах. Получается, организаторы подпольных казино, которые находились под прикрытием высокопоставленных чинов прокуратуры Московской области, избежали ответственности? Правда, как пишет издание, в Генпрокуратуре вряд ли утвердят амнистию: там настаивают и вовсе на отсутствии состава преступления. Но, в любом случае, в настоящий момент практически все замешанные в истории фигуранты находятся на свободе.

Впрочем, это мало кого удивляет. В нашей стране давно образовалась каста неприкасаемых. Следственные органы могут демонстрировать чудеса расторопности, когда это касается, например, «Болотного дела» или «Пусси Райт». Но как только речь заходит о своих, как только становятся ясными масштабы преступлений, - правоохранительная машина дает сбой.

– На мой взгляд, дело прекращают потому, что те прокуроры, которые фигурировали в нем, были только маленьким кусочком айсберга, всплывшим над водой, – говорит заместитель директора российского отделения Центра антикоррупционных исследований «Трансперенси Интернешнл» Андрей Жвирблис. – Видимо, следователи натолкнулись на очень разветвленную коррупционную структуру. И продолжение расследования грозило разоблачениями в прокуратуре, которые знать обществу нежелательно.

«СП»: – Но с подпольных казино вряд ли могли кормиться сотни правоохранителей.

– Почему же? Этот незаконный бизнес был очень большим и приносил хорошие дивиденды.

«СП»: – Как можно изменить ситуацию?

– На этот вопрос я затрудняюсь ответить. В принципе, это под силу нашим силовикам, но не сейчас.

«СП»: – Почему государство не настаивает на проведении полного расследования?

– В случаях с «Пусси Райт» или с «Болотным делом» фигурантами были те, кто выступил против государственной власти. Не в том смысле, как это записано в праве, а так, как это восприняла власть. В случае с «игорным делом» подозреваемыми стали работники государственного ведомства. Группировка монетизировала свои полномочия через нелегальный бизнес. И если по честному всё расследовать, то круг обвиняемых будет очень широким. Это никому не надо.

Председатель Общественной комиссии по борьбе с коррупцией Владимир Мамаевобращает внимание на то, что борьбе с злоупотреблениями должностных лиц мешают не только действия отдельных следователей, но и само российское законодательство:

– Ход «игорного дела» характерен для нашей страны. Все понимают, что это не случайность, а тенденция. Хорошо, что пресса активно освещает происходящее и обращает внимание на несправедливость.

Вот сейчас передо мной лежит письмо из Тверской области. Суд отложил арест для беременной женщины с двумя детьми. Ее начальство заставило поставить подпись на одном документе, а потом само и сдало ее следствию. Никаких личных выгод эта женщина не получила и не могла получить. Но прокурор написал протест на решение суда и потребовал женщину посадить в СИЗО, сейчас она в тюрьме.

А прокуроры Московской области, которые курировали нелегальный бизнес, остались без наказания. И сегодня так получается, что, якобы, и преступлений никаких не было.

«СП»: – Возможно ли изменить ситуацию?

– Конечно возможно. Во-первых, общество не должно молчать. Возмущение среди граждан может заставить правоохранительные органы действовать более настойчиво. Во-вторых, интересная инициатива была недавно озвучена председателем Мосгорсуда Ольгой Егоровой. Она предложила, чтобы за все судебные ошибки, в том числе и финансово, отвечали и судьи.

Мы знаем нашу практику разбирательств: если районный суд вынес приговор, то вышестоящие суды, как правило, одобряют это решение. Многие наши граждане потом выигрывают дела в Европейском суде по правам человека. ЕСПЧ назначает выплатить человеку компенсацию за неправомерный приговор. И платит всегда государство, а надо, чтобы судьи тоже платили. Тогда они будут задумываться, стоит ли выносить решение, противоречащее российскому законодательству.

«СП»: – Почему прокурорам, как и многим высокопоставленным чиновникам, удается уйти от ответственности?

– В этом отчасти и вина законодателей. У нас в Уголовном Кодексе нет раздела о коррупции, не прописано, что это вообще такое. Вся коррупция сводится к получению и даче взятки. Но есть еще «телефонное право», кумовство. В законах некоторых бывших советских республик эти моменты отражены, и это помогает борьбе с коррупцией.

У нас следователям просто не на что опираться. Наше законодательство часто бьет по рукам оставшимся немногочисленным честным следователям. Коррупционеров нельзя привлечь к ответственности, просто потому что нет статей.

«СП»: – Есть надежда на изменение законодательства?

– Первый раз мы предложили внести в УК раздел о коррупции еще в 1997 году. Наше предложение до сих пор находится на рассмотрении, им занимались депутаты разных созывов. Вот так прошло 17 лет, а воз и поныне там. Значит, надежд очень мало. До тех пор, пока в государстве правит личность, а не закон, перемен не будет.

 

Справка «СП»

«Игорное дело» против Ивана Назарова и шестерых его партнеров было заведено весной 2011 года по статье «Незаконное предпринимательство». По версии следователей, Назаров содержал в 15 городах Подмосковья подпольные казино. В «крышевании» подозревали работников прокуратуры региона. Следственный комитет завел на них отдельное дело. Самым высокопоставленным подозреваемым стал бывший зампрокурора Московской области Александр Игнатенко. От следствия он скрывался за границей, но был объявлен в международный розыск и задержан на польском горнолыжном курорте. После почти годового содержания в польской тюрьме, Игнатенко был выдан России, но в июле прошлого года вышел на свободу за истечением предельного срока пребывания перед судом.

http://svpressa.ru/society/article/80570/

Следственный комитет РФ удовлетворил прошение фигурантов так называемого «игорного дела» об амнистии. Об этом 15 января сообщает агентство «Росбалт» со ссылкой на источник в правоохранительных органах.

Как стало известно журналистам, прошение, поданное осенью 2013 года, было удовлетворено перед новогодними праздниками. Амнистированы обвиняемые Иван Назаров, Марат Мамыев, Алла Гусева, Иван Волков, Владимир Хуснутдинов и Владимир Наумкин.

Закрытие дела по амнистии — нереабилитирующее основание, то есть обвиняемые не признаны невиновными в преступлении. По информации «Росбалта», это не удовлетворит Генпрокуратуру РФ, и она не станет утверждать акт амнистии. В прокуратуре продолжат добиваться закрытия дела в связи с отсутствием состава преступления.

Дело в отношении Назарова и его деловых партнеров было возбуждено весной 2011 года, за несколько месяцев до появления отдельной статьи о незаконном игорном бизнесе. Поэтому дело возбудили по статье «незаконное предпринимательство», которая попадает под экономическую амнистию.

По версии следствия, Назаров содержал в 15 городах Московской области нелегальные казино. В покровительстве ему обвиняли сотрудников прокуратуры и милиции. На них завели отдельное дело, самым высокопоставленным фигурантом которого стал зампрокурора Московской области Александр Игнатенко (областного прокурора Александра Мохова просто уволили). Это дело стало знаковым в противостоянии прокуратуры и Следственного комитета, который перестал быть ее подразделением.

К настоящему времени ни один из бывших прокуроров и милиционеров, обвиняемых в покровительстве Назарову, не остался под арестом. По информации источников «Росбалта», дойти до суда может только дело бывшего начальника управления Мособлпрокуратуры Дмитрия Урумова.

http://lenta.ru/news/2014/01/15/igornoe/

15 Января 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro krisis

Архив материалов