Резьба сорвалась

Рынок фальшивых социальных статусов и коррупция являются условием существования режима

 

Понятен смысл грозной отповеди Владимира Путина премьеру Дмитрию Медведеву, осмелившемуся возроптать против наделения Следственного комитета новыми репрессивными полномочиями. Следственный комитет, прокуратура, МВД и ФСБ — это, собственно, сегодня и есть вся скукожившаяся «вертикаль власти», несущая флаг «хозяйственных репрессий». В то время как прочие, гражданские системы управления, в том числе — правительство, являются, в сущности, фикцией и декорацией...

Читая новости любого дня, не успеваешь возмущаться. Новости преимущественно бывают двух типов: про то, как кому-нибудь из друзей и родственников друзей президента дали какой-нибудь подряд, бюджетное финансирование, право на управление чем-то или просто хорошую должность, или про то, что гражданам что-нибудь запретили, ввели уголовную ответственность и ужесточили наказание. Новости второго типа подкрепляются сводками возбужденных уголовных дел.

«Репрессивные» новости выглядят даже более выразительно. Сначала охватывает недоумение: а это зачем? Зачем, например, вводить драконовские запреты на курение на остановках, возле вокзалов и метро в сильно курящей стране? Возникает ощущение, что режим нарочно работает на снижение собственной популярности.

Но все встает на свои места, если рассматривать два ряда новостей в совокупности. В то время как новости первого ряда в целом раскрывают картину разложения государственности, новости второго типа призваны сублимировать впечатление ее торжества. Драматизм коллизии усугубляется тем, что идеологически власть пытается сформировать у граждан представление о себе как о единственном источнике и гаранте Порядка, ограждающем их от наступающего и неизбежного в качестве альтернативы Хаоса.

Дальше — простая арифметика: на каждую новость, что где-то что-то своровали или растратили, должна приходиться хотя бы одна новость про то, что где-то что-то запретили, то есть как бы «навели порядок». И наоборот: если вам попалась на глаза новость про то, что еще что-то запретили и за что-то ужесточили наказание, имеет смысл пролистать назад, чтобы понять, что опять неприглядного в государственном хозяйстве приключилось.

За изящной симметрией проступает нарастающая разбалансированность социального порядка: резьба сорвалась.

Вот пример, как бы мелочный. Удивительно, но факт: мы живем в стране победившего плагиата. В схватке плагиаторов и противников плагиата в науке плагиаторы победили. Чиновников, поддержавших борьбу с плагиатом, уволили, а борьбу с антиплагиаторами ведет теперь (в духе смелых антиутопий) Министерство науки и образования.

Если мысленно воспарить, отодвинуться от того, чем мы теперь ежедневно дышим, то мы осознаем, что это совершенно нетривиальное явление: страна победившего плагиата. Есть авторитарные страны, которые бывают экономически успешны, а бывают не очень. Есть нефтяные государства и даже монархии, где рента и права перераспределения национального богатства сосредоточены в руках узкой группы лиц. Но, как правило, такие режимы, оградив политическую сферу забором, стараются поддерживать относительно работающие институты, регулирующие обыденный порядок в различных сферах жизни социума.

Если же проблема фальшивых диссертаций становится политическим вопросом, угрожающим существованию режима, это значит, что он не способен поддерживать в функциональном состоянии такие институты, не способен поддерживать балансы интересов, а напротив — генерирует неразрешимые конфликты, дисфункциональность и институциональную деградацию. Да, конечно: рынок фальшивых диссертаций существует уже лет двадцать. Но новость в том, что режим не просто не способен отрегулировать эту ситуацию, оказавшуюся в фокусе общественного внимания, но вынужден встать на защиту аномалии, обнаружив тем самым, что рынок фальшивых социальных статусов и коррупция в широком смысле слова являются условием его существования.

Режим сеет хаос, прикрывая это обстоятельство репрессивной экзальтацией. Наиболее яркими эпизодами последнего времени, обнажившими этот фронтальный управленческий срыв, стали, конечно, изъятие пенсионных накоплений граждан из негосударственных фондов и «реформа» Академии наук.

Про первый случай вроде все уже сказано. Здесь дело не только в мотиве (в бюджете этого года не оказалось дополнительных доходов, из которых предполагалось покрыть запрограммированные дефолты так называемых «частных инвесторов» олимпийских строек), но и в механизме исполнения: не существует законного юридического порядка изъятия пенсионных средств граждан из негосударственных пенсионных фондов. Это экспроприация. Но какое это имеет значение, если деньги понадобились. Порядок придумаем задним числом или просто посадим кого-нибудь за нецелевое использование. Чтоб не хотелось спрашивать.

В отношении второго случая аналитики и академическая общественность убеждены, что «реформа» является местью за обструкцию, которую устраивали академики РАН брату друга и доверенного лица Владимира Путина, миллиардера Юрия Ковальчука, Михаилу (является директором Курчатовского института и метил в президенты Академии). Но дело не в гипотезах, а в факте. Жестоко и стремительно продавленная, несмотря на сопротивление академиков и общественности, «реформа» оказалась фикцией в чисто бюрократическом и управленческом смысле. Выяснилось, что нет ни нормативных документов, ни даже концепции управления наукой в новом формате. Все свелось к передаче имущественных и распорядительных полномочий от Академии к (почему-то) заместителю министра финансов. И как дальше должно все это функционировать в самом житейском ежедневном смысле слова, никто не знает.

Казалось бы, неминуем управленческий коллапс и массовый выход сотрудников Академии на улицы. Но в Кремле уверены, что этого удастся избежать. Теперь, после перехвата управления, на сцену должны выйти сотрудники прокуратуры и Следственного комитета, угрожающие академикам и директорам институтов «нецелевым использованием». И директорам с академиками ничего не останется, как, задрав штаны, бежать за комсомолом.

Опять мы наблюдаем эту замечательную связь управленческого коллапса и репрессивного экстаза. Если бы не угроза тюрьмы, то кто бы стал участвовать в этом празднике самодурства?

Отсюда понятен и смысл грозной отповеди Владимира Путина премьеру Дмитрию Медведеву, осмелившемуся возроптать против наделения Следственного комитета новыми репрессивными полномочиями. Следственный комитет, прокуратура, МВД и ФСБ — это, собственно, сегодня и есть вся скукожившаяся «вертикаль власти», несущая флаг «хозяйственных репрессий». В то время как прочие, гражданские системы управления, в том числе — правительство, являются, в сущности, фикцией и декорацией.

Под знаменем «порядка» система в реальности несет хаос, подавляя с помощью страха способность общества наступлению этого хаоса сопротивляться. Посмотрим, чем это кончится? Интересно?

В общем, следите за новостями. Сегодня это сводки о ходе течения болезни.

Автор: Кирилл Рогов

 

Постоянный адрес страницы: http://www.novayagazeta.ru/politics/60985.html

17 Ноября 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов