Александр Ситников. Без станков и машин российская промышленность устойчиво катится вниз

Подводя экономические итоги прошедшего года, министерство экономического развития делает неутешительные выводы: год 2012 оказался хуже, чем 2011 год. Инфляция 6.5% в нынешнем году превысила прошлогодний индекс на 0.4%, а промышленность, напротив, имела в январе-ноябре более низкие темпы роста.

«Сжатие реальной денежной массы на фоне продолжающегося кризиса доверия между финансовым и реальным сектором, а также нестабильная ситуация на внешних рынках, продолжали оказывать давление на реальный сектор, – пишут составители доклада.

 

- В 2012 году происходило замедление темпов роста промышленного производства относительно динамики прошлого года. Индекс промышленного производства в январе-октябре 2012 г. вырос на 2,8% (5,1% годом ранее), в том числе в добыче полезных ископаемых – на 1,3% (2,1%), в обрабатывающих производствах – на 4,4% (7,0%)».

Одновременно на 15,7% выше уровня предыдущего года растет суммарная задолженность предприятий, которая составила 48,7 трлн. рублей, а также суммарная просроченная задолженность – 1,4 трлн. рублей (рост на 3,7%). В составе оборотных средств по данным за январь – октябрь 2012 г просроченная дебиторская задолженность увеличилась на 6,8 %, что говорит об ухудшении платежной дисциплины в российской экономике.

Судя по статистическим данным, самая драматическая ситуация в машиностроении.

МЭР констатирует резкий спад в производстве механического оборудования и машин и оборудования специального назначения. Так, выпуск газовых турбин упал на 20,4 % по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, производства проходческих комбайнов на – 44,4%, грейдеров – на треть, магистральных пассажирских вагонов – на четверть. В целом же производство механического оборудования в указанном периоде сократилось на 5,8%, а машин и оборудования специального назначения – на 14,1%. Также наблюдается сокращение объемов производства кузнечно-прессовых машин на 18,8%.

Тревожные звоночки связи со вступлением России в ВТО звучат и в производстве российских грузовых автомобилей. Эксперты МЭР фиксируют резкий рост импорта этой продукции в августе-ноябре текущего года и одновременное падение доли наших машин на внутреннем рынке.

Что касается легкового автомобилестроения, здесь ситуация неоднозначна. Так, развитие исключительно сборочных производств в январе-ноябре 2012 г. относительно января-ноября 2011 г. способствовал росту производства легковушек на 14,6%. С другой стороны, флагман отечественного автомобилестроения АвтоВАЗ запутался в долгах и перешел по контроль альянса Renault-Nissan во главе с Карлосом Гоном, юридический адрес которого находится в Нидерландах. Скорей всего, и ему уготовлена роль сборочного производства иномарок, с последующим банкротством по технологической цепочки смежных предприятий.

Судя по всему, участь АвтоВАЗа, который попал под иностранный контроль, ждут и другие предприятия. В частности, Сергей Чемезов, глава Ростехнологий, заявил, что в планах «Ростехнологиями» до 2016-2017 годов провести «IPO семи компаний, это — «Вертолеты России», НПК «Оптические системы и технологии», «Российская электроника», концерн «Авиаприборостроение», концерн «Радиоэлектронные технологии», ОДК и «Биотехпром».

Чтобы разобраться, почему деградирует наша машиностроительная промышленность, особенно, в классе специальной техники, «СП» обратилась к первому заместителю председателя комитета Госдумы по промышленности Валерию Гартунгу.

«Главная проблема в неэффективном менеджменте, – поясняет Валерий Гартунг. – Подобными предприятиями зачастую руководят непрофессионалы, а то и вовсе случайные люди».

«СП»: – Как такое происходит, что у руля заводов и фабрик, от деятельности которых зависит жизнь многих людей, оказываются случайные люди?

- Механизм назначения руководящих кадров непрозрачен. Наша бюрократия представляет собой закрытую систему, и нет никакой реальной возможности повлиять на принимаемые решения. В итоге на место одних неэффективных руководителей назначаются другие непрофессионалы. Понятно, что ждать в этих условиях динамичного развития не приходится.

«СП»: – Какова реальная ситуация в машиностроении в плане конкурентоспособности?

- Конкурентное машиностроение невозможно без качественного национального станкостроения, прежде всего, в части выпуска оборудования, которое предназначено для обработки металла фрезерованием. У нас практически не осталось заводов, которые выпускают такие эти станки, а те, которые еще работают, производят устаревшее оборудование, не способное изготавливать конкурентные товары. Автокомпоненты, двигатели, коробки передач, оси, мосты, колёса – практически всё производится на иностранном оборудовании, немецком или китайском.

«СП»: – Чем это чревато для нашей промышленности?

- Опасно это, прежде всего, нарастающим отставанием нашей страны от развитых экономик мира. «Ноу-хау», благодаря которым Запад выпускает свою продукцию, нам не продают, а это значит, что мы теряем рынки, как товаропроизводитель. Фактически, России уготована роль сырьевого придатка, и никто, кроме нас, не заинтересован в появлении сильной промышленности в нашей стране. Дальше – больше. Наша оборонная промышленность, не имея современного машиностроения, не сможет производить современное оружие. А это уже вопрос национальной безопасности.

«СП»: – Можно ли изменить эту ситуацию?

- В нынешней ситуации – нет. Причина банальна. У нас нет конкуренции. Существующая система госзакупок не гарантирует справедливого рынка. В результате возникает монополизм, явление, способствующее застою, что, собственно, мы сейчас и наблюдаем. Я еще год назад говорил, что к тендерам – на деле, а не на бумаге – необходимо допускать всех российских производителей. И тогда при поддержке российского бюджета в условиях нормальной конкуренции на российском рынке будет развиваться именно российское машиностроение.

«СП»: – Мы обречены и в дальнейшем жить в угасающей стране?

- Конечно, нет! С потерей политической монополии господствующей партии ситуация резко улучшится. Уйдут в прошлое непрозрачные схемы финансирования государственных проектов и нечестные тендеры, также изменится политика назначения управленцев. Одновременно поменяется и кадровая политика контролирующих органов. Мировой опыт показывает, что только там, где нет монополии на власть, действуют эффективные механизмы конкуренции. И только там развивается нормальная промышленност

«СП»: – Что для этого нужно делать?

- Только не революцию, кровавую и беспощадную. Есть механизм выборов. Единая Россия на прошедших выборах получила 49,32%. Ее популярность упала почти на 15% по сравнению с прошлыми выборами. Если бы она на прошедших выборах набрала 44%, монополия ее власти была бы разрушена уже в нынешней Думе.

 

Фото: Павел Лисицын/РИА Новости

Свободная пресса

6 Января 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro krisis

Архив материалов