Российская государственность в зеркале экономического совещания при Президенте

Юрий Болдырев о подмене системообразующих институтов

 

Бывает такое: что-то не так, но что именно — непонятно. В воздухе висит, но никем не формулируется.

Попробуем разобраться.

К экономическому совещанию при Президенте готовились, его ждали. Совещание было анонсировано как важная веха на пути преодоления нынешних социально-экономических проблем, как развилка при выборе пути нашего дальнейшего развития.

Совещание прошло. И к чему пришли, что выбрали?

Этого толком так никто и не понял. Кроме уверенного: «Суверенитетом торговать не будем». Притом, что существенная часть суверенитета сдана в ВТО еще четыре года назад, и никаких подвижек в части официального признания этого решения пагубным и отказа от дальнейшего участия в ничего, кроме прямого вреда, не приносящем нам объединении так и нет…

Раз содержательно совещание так ничего (пока) не принесло, стоит обратить внимание на другое. А именно: почему мы (во всяком случае, господствующие в информационном поле СМИ) от этого совещания вообще чего-то ждали?

В развитие темы — три вопроса.

Кто с кем совещался?

Вопрос первый: а кто — субъект принятия решения?

Вопрос риторический: очевидно — Президент, при котором, собственно, и учреждено совещание. Вот только почему такое совещание возникло именно при Президенте, какой его функции оно соответствует?

По Конституции всем, что касается экономического регулирования (экономическая политика, бюджет, налоги, управление федеральной собственностью), у нас ведает Правительство — оно за это отвечает. Плюс Центральный банк — обеспечение устойчивости рубля. Казалось бы, им — и карты в руки?

Конечно, Президент выдвигает кандидатуры Премьера и Председателя ЦБ, отправляет Правительство в отставку. То есть, должен отвечать за своих назначенцев. Значит, естественным было бы совещание по вопросу о том, как Правительство и ЦБ справляются со своими обязанностями.

Правда, есть две зацепки в статье 80 Конституции:

— Президент «обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти» — но тогда логично было бы совещание проводить по обеспечению координации действий Правительства и ЦБ;

— Президент «определяет основные направления внутренней и внешней политики государства».

Но и с последним — загвоздка. В основах конституционного строя (первая глава Конституции), которым не может противоречить ничто в Конституции, — разделение властей. Значит, для кого эти «основные направления» обязательны? Не для Парламента, не для независимых от Президента законодателей, которых граждане выберут всего через три месяца — это уж точно. Остается — для своей «вертикали».

Чтобы для «вертикали» определять основные направления экономической политики (как единую позицию Президента и Правительства), надо с кем-то советоваться. С кем? Это Президент определяет сам, здесь мы ему не указ. Но вот чьи предложения официально рассматривать, кого заслушивать на таких совещаниях, да еще и предварительно распиаренных как важная веха, как фундаментальная развилка? Здесь хотелось бы видеть логику какую-то системную. Государственную логику — отличающую такое совещание не только от частных посиделок, но и от научных конференций, где каждый ученый выступает сам от себя, со своей научной концепцией.

Итак, кто у нас основные субъекты экономического регулирования (пока рассматриваем в рамках «вертикали», то есть, среди институтов, прямо зависимых от Президента)? Повторим: Правительство и Центральный банк. Последний — не просто (как положено по Конституции) институт денежной эмиссии и обеспечения устойчивости национальной валюты, но теперь еще и «мегарегулятор».

Но услышали ли мы что-либо об официальных предложениях Правительства и Центрального банка, были ли они — как системные государственные институты — главными разработчиками вариантов стратегии и основными докладчиками на совещании? Как известно, нет.

Даже если предположить, что позицию Правительства представлял министр экономического развития Улюкаев, то, тем не менее, а Председатель Правительства-то где? Ведь основные вопросы, рассматривавшиеся на совещании — отнюдь не вопросы отдельного министерства, но вопросы компетенции всего Правительства. Не может Премьер — так ведь есть его заместители? Казалось бы, для того они и есть, чтобы, в том числе, представлять Правительство и его позицию тогда, когда сам Премьер по каким-либо причинам не может?

Кто-то мне возразит: мол, Президент у нас — не формалист, слушает и оценивает людей не по их формальным должностям, но по квалификации и деловым качествам. Охотно верю. Правда, тогда представляется логичным по этим критериям их не только слушать и оценивать, но и расставлять по соответствующим должностям.

Мне опять возразят: мол, на этом совещании оценивались не официальные утвержденные стратегии органов власти, а лишь предложения, в том числе, общественных институтов. К сожалению, с системной точки зрения, и здесь все представляется, скажем мягко, странноватым.

«Столыпинский клуб» — круче РАН или ТПП?

Итак, вопрос второй: общественные и общественно-государственные институты — какие из них у нас являются системообразующими и известны как разработчики программ и стратегий? Соответственно, к чьему мнению было бы естественно прислушаться Президенту? Подчеркиваю: не обязательно соглашаться. Но заслушать — на созываемом лишь раз в пару лет экономическом совещании?

Заостряю вопрос: неужто «Столыпинский клуб» или отдельно лично гражданин Кудрин, с точки зрения выработки экономической стратегии, — самые ключевые в стране общественные и общественно-государственные институты?

Полностью - http://svpressa.ru/economy/article/149704/

1 Июня 2016
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro krisis

Архив материалов