Французский исследователь проблемы неравенства Томас Пикетти, автор прославившей его книги «Капитал в XXI веке», выступил в Москве. Он прочитал две лекции, которые предварил объяснением, почему в книге, продажи которой составили 2 млн экземпляров (из них лишь четверть на английском языке), практически ничего нет о современной России: слишком мало доступных данных, вызывающих доверие автора. Тем не менее перед местной аудиторией Пикетти говорил не только о ситуации в США и Европе. Он также размышлял о глубине неравенства и возможных методах борьбы с ним в России. Вот некоторые из наблюдений экономиста.

Россия – питательная среда для неравенства

В развивающихся странах – от Мексики до России – значительную лепту в процесс накопления и дальнейшего роста крупного капитала вносит приватизация. Известно о происхождении богатства Карлоса Слима, одного из богатейших предпринимателей мира, который выгодно поучаствовал в приватизации национальных телекоммуникационных компаний. Также известно, что российские олигархи стали таковыми после того, как приобрели бывшие советские предприятия в сырьевых отраслях за символические деньги.

С тех самых пор у страны чрезвычайно высокий показатель финансового расслоения. Если в США отношение совокупного капитала миллиардеров к ВВП – 10–15%, в Европе – 5–10%, то у России состояние миллиардеров доходит до четверти валового продукта. Это довольно опасная грань. В то же время пока успехи российского правительства в этой области вызывают сомнения: при профиците торгового баланса до 10% ВВП на протяжении 15 лет (2000–2015) золотовалютные резервы страны составляют всего лишь 30% ВВП. Недостача – это в значительной мере капитал, который выводится их владельцами за границу, в основном в офшоры. Я слышал, что тема налоговых гаваней беспокоит российское правительство, но о каких-либо реальных результатах по возвращению капитала в страну мне неизвестно.

Совокупное благосостояние миллиардеров в % к ВВП, согласно Forbes

Прогрессивный налог и побольше прозрачности

Обеих этих вещей нет в России, при этом обе крайне важны, если страна хочет следовать по пути снижения уровня неравенства, а не его наращивания. России, возможно, больше, чем кому бы то ни было, важно добиться, чтобы миллиардеры платили высокие налоги, а информация о доходах богатейших людей, как и о динамике их доходов, была открытой.

Конечно, 13% подоходного налога – это совсем не то, что я хотел бы предложить России в качестве решения проблема углубления неравенства. Столь низкая ставка означает, что диспропорция в распределении богатства, сконцентрированного в руках владельцев крупного бизнеса, будет лишь усугубляться.

Это также порождает неоправданно высокие доходы топ-менеджеров, сверхэффективность и производительность которых на поверку оказываются мифом. В США в течение пятидесяти лет (1930–1980) максимальная ставка подоходного налога для высших чиновников и управленцев оставалась самой высокой в мире – 82%, порой она доходила до 91%. И вы знаете, американский капитализм не пострадал от такой политики. Напротив, производительность тогда росла быстрее, чем сейчас. Мера позволила предотвратить колоссальный разрыв в уровне благосостояния.

Между тем не стоит питать иллюзий, что тема прогрессивного налога – как и любых других налогов, подтачивающих финансовое могущество богатейших людей – встречает энтузиазм у держателей капитала где-либо на свете. Мощное сопротивление здесь неизбежно. Некоторое время назад, например, я узнал о том, что со мной хотел бы поговорить богатейший человек планеты, глава Microsoft Билл Гейтс. Мы пообщались по скайпу (лететь к нему так далеко я не захотел): «В чем суть вашей книги? – спросил меня Билл. – В введении прогрессивного налога? Но я согласен платить налоги лишь на потребление, а не на основные фонды». Проблема, однако, в том, что потребление миллиардеров отличается от потребления обычных людей. Такие люди могут позволить себе потреблять не только товары, а политиков, целые партии – допустим, правые партии, которые поддерживают законы, позволяющие капиталу и впредь расти опережающими темпами.

Наследники должны делиться с обществом

Когда состояние уже накоплено, имущественная динамика начинает следовать собственной логике, и капитал может продолжать расти устойчивыми темпами в течение десятилетий просто в силу своих размеров. Практика наследования капитала с наизменно растущим доходом – одно из проблемных следствий современного капитализма. Это имеет мало общего с принципами меритократии и приводит, выражаясь языком Черчилля, к появлению класса богатых бездельников: наследница основателей L’Oreal Лилиан Бетанкур никогда не работала, но ее состояние растет так же, как и состояние того же Билла Гейтса (которое, в свою очередь, продолжит увеличиваться и после того, как Гейтс уйдет на покой). Завещанные капиталы могут и должны служить не только наследникам, но и обществу. Отсюда необходимость налога на наследство. Однако, к сожалению, в России пока отсутствует и этот институт.