Новая долларовая любовь

 

Сравниваем кризис 1998-го, принесшего дефолт, и кризис 2014-го

 

Нынешний кризис часто сравнивают с кризисом 1998 года, тяжелейшим в истории страны, который привил населению «любовь к доллару» и приучил делать накопления в валюте. Мы спросили экспертов, какие параллели можно провести между этими кризисами, в чем их сходство и различие, и какова вероятность, что кризис 2014 года может закончиться дефолтом. 

 

«Вы разве не помните, как было в 98-м году?», «Мы все это пережили в 98-м году». Ссылок на сходство сегодняшней ситуации с одним из тяжелейших периодов в жизни страны множество.  

 

Самая очевидная аналогия, это обвальная девальвация рубля, говорит независимый аналитик Виталий Калугин.

 

В этом году девальвация составила уже более 100% – с 32 рублей до 65 рублей. А с учетом пиковых значений на бирже (80 рублей за доллар) и того больше. Кроме того, в 98-м году так же, как и сейчас, падала стоимость нефти. Сейчас падение со 110 до 58 долларов, в 98-ом году падение стоимости было с 18 до 10 долларов за баррель.

 

Оба кризиса связаны со снижением цены нефти.

 

Заместитель председателя правления банка «Резерв» Илья Херсонцев проводит еще одну параллель с событиями 16-летней давности: в обоих случаях до резкой девальвации рубля довольно долго существовал стабильный курс валюты, к которому все привыкли.

 

Совпадает поэтапность событий – падение цен на нефть, обвал рубля. Но пока не совпадают масштабы.

 

Так, рубль в 1998 году девальвировался на 250%, напоминает Виталий Калугин. «Масштабы пока не совпадают, но и времени прошло недостаточно», – предупреждает Илья Херсонцев. «Начало у обоих кризисов размытое. У кризиса 1998 года было две фазы. Первая – кризис 1997 года в Юго-Восточной Азии, который потом перекинулся к нам», – вспоминает эксперт.

 

Отличие между ситуацией в 1998-м и сейчас – это природа кризиса.

 

Об этом говорят все эксперты.  «В 1998 году был огромный госдолг как внутренний, так и внешний, и поэтому все закончилось дефолтом России, то есть отказом правительства платить по долгам. В 2014 долг тоже велик – более 700 млрд долларов, но это в основном долги банков и корпораций (более 200 млрд и 450 млрд долларов соответственно). Кризис августа 98-го никак не был связан с политикой. Тот кризис был всецело обусловлен экономическими причинами – низкой ценой нефти и хроническим дефицитом бюджета. Нынешний кризис носит ярко выраженный политический характер», – считает Виталий Калугин.

 

«Тогда, в 98-м году, не было режима санкций. С другой стороны, у страны нет намерений идти в МВФ за помощью. Золотовалютные резервы пока находятся на приемлемом уровне, а в 98-м году они «закончились», сейчас нет пирамиды ГКО», – приводит различия Илья Херсонцев.

 

Но говорить о том, что в 1998 году обошлось без политики, тоже не совсем верно.

 

Руководитель дирекции финансовых институтов и инвестиционных услуг Уральского банка реконструкции и развития Владимир Зотов рассказывает свою версию событий кризиса 1998 года: «Если говорить про 1998 год, там ситуация с дефолтом по государственным облигациям и с последующим ростом курса доллара была вызвана одной глобальной причиной. Называлась она тогда «комиссия Гор – Черномырдин». Политика государства на рынке госдолга была следующая: для финансирования внутренних проектов, например, перевыборов Бориса Ельцина в 1996 году, занимались средства на рынке ГКО. Нерезиденты с удовольствием покупали бумаги. Но надо понимать, что нерезиденты приходили с валютой, они продавали эту валюту и покупали валютный форвард, то есть заключали договор, за сколько они эту валюту купят назад. Форвард стоил в районе 20-22% годовых, а госбумаги приносили 150-160% годовых. Путем арифметического вычитания получаем доходность для внешнего инвестора 180% годовых в валюте. Печатались новые выпуски облигаций, сумма которых соответствовала сумме погашения. Строилась внутренняя пирамида, за счет которой кормились зарубежные партнеры».

 

Самое важное в этих сопоставлениях, к чему приведет кризис 2014 года. «Долг правительства 57 млрд долларов. Он сравнительно невелик и дефолта государства, как в 98-ом, не будет», – говорит Виталий Калугин.

 

При этом дефолта корпоративного (а не странового) Виталий Калугин не исключает: «Высока вероятность крушения банков и компаний», – считает он.

 

Дефолт государства может быть при отсутствии золотовалютных резервов, говорят эксперты.  Сейчас они существенны, но, как заметил вчера экс-зампред ЦБ Сергей Алексашенко, намерение ЦБ поддержать экономику валютными кредитами ЦБ – это фактически заместить собой внешний долг. «Резервы потеряем», – напомнил он.

 

«Существующий корпоративный долг наши существующие золотовалютные резервы способны поддержать через инструменты, например, рефинансирования, прямой продажи какой-то», – успокаивает Владимир Зотов. Правда, оговаривается, что эти операции должны быть понятны и прозрачны для рынка. А ясности, как, например, со сделкой по кредитованию «Роснефти», нет.

 

После кризиса 1998 года в сознании значительной части населения отложилась ценность валюты как таковой, с этого момента люди старшего поколения доллар и любят. Прежде всего, как средство сбережения, говорит Виталий Калугин. Вероятно, после нынешнего кризиса, чем бы он ни закончился, «долларовая любовь» передастся уже следующему, молодому поколению, не заставшему кризис 1998-го.

 

 

 

Оксана Луткова, Мария Плюснина  

 

http://znak.com/moscow/articles/17-12-18-06/103373.html

 

18 Декабря 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов