Глеб ПАВЛОВСКИЙ: Кризис не перевалил через пик

«Надо честно признаться, перемирие не нужно ни одной из сторон»

 

Путину урегулирование конфликта сегодня не нужно. Ему нужно участвовать в урегулировании, ему нужен процесс урегулирования, который будет длиться достаточное время, для того чтобы ополченцы смогли расширить свою территорию и укрепиться — стать стороной переговоров


Фото: EPA

Первым важным итогом встречи Путина и Порошенко является то, что был найден, по-видимому, единственный формат, при котором она могла состояться. А именно — встреча двух объединений Европейского союза. Это та самая встреча, которой почти год добивалась Москва. От нее в свое время гордо отказались Евросоюз и Янукович, который хотел затянуть партию в покер, рассчитывая, что переиграет всех. Встреча состоялась, но страшной ценой: сотни погибших и полуразваленное государство Украина. Еще год назад было ясно, что встреча ничего не сможет решить. Кроме учета обеспокоенности разных сторон.

Второй важный результат встречи — это то, что на ней не было подписано очередное, десятое соглашение о мире. До сих пор все подобные соглашения нарушались на следующий день: людей гибло не меньше, а больше. Дело в том, что подготовленной формулы соглашения не существует. И надо честно признаться, она не нужна ни одной из сторон.

У Порошенко через два месяца выборы, в ходе которых на него обрушатся не только политики, но и стоящие за ними олигархические группы. Полномочия правительства и президента, согласно украинской Конституции, равномерно распределены. Следовательно, если украинцы выберут состав парламента, который будет враждебно настроен к Порошенко, он не сможет управлять страной. Его главная карта — так называемый мирный план Порошенко, который включает в себя довольно безжалостное наступление на восток Украины. Ему сейчас нужна военная ситуация, а не мирная. Если он не вернется в Киев с победой, то превратится в хромую утку уже на первом году своего президентства.

Путину тоже урегулирование конфликта сегодня не нужно. Ему нужно участвовать в урегулировании, ему нужен процесс урегулирования, который будет длиться достаточное время, для того чтобы ополченцы востока Украины смогли расширить свою территорию и укрепиться — стать стороной переговоров. Сейчас они таковой быть не могут.

Ополченцы сильны, пока воюют. При разоружении и перемирии от них не останется никаких политических структур. Поэтому необходимо территориальное расширение. Чем меньше территория, занимаемая ополченцами, тем больше соблазна и шансов у Киева применить особо жесткие средства и добить их. Если территория расширяется, то растет граница соприкосновения «Новороссии» и России, и, соответственно, у ополченцев увеличивается мощный тыл. Их нельзя отрезать, разгромить без применения экстраординарной военной силы.

Кроме жителей Донецка и Луганска, которые живут без света и воды, сегодня мир никому не нужен. Тем не менее есть определенные микроскопические шаги в этом направлении. Во-первых, полезно, что в этот процесс втянулись Казахстан и Белоруссия. До сих пор они старались держаться обычной для них позиции, то есть получать выгоду от любых кризисов, но не участвовать в их урегулировании. Теперь им придется в этом как-то участвовать. Это хорошо. Кризис затянулся, в частности, из-за того что мало кому нужно было его завершить — список переговорщиков слишком короткий. В этом смысле сегодня даже Лукашенко скорее плюс, чем минус.

Переговоры в Минске показывают, что ни у одной из сторон на самом деле нет контроля даже за собственными силовыми структурами. Москва влияет на ополченцев (военно-технически, кадрово и финансово), но не контролирует их. Там все еще нет единого руководства. Киев тоже влияет на Национальную гвардию довольно условно. Там воюют не за государственные деньги, а за свои — за деньги спонсоров. По сути, мы имеем дело с полевыми командирами, у которых своя политика. Например, им не удается добиться договоренности в таком простом вопросе, как обмен пленными и заложниками. Им просто это не нужно. Пленные для них валюта. Причем необязательно в денежном смысле. Они за это получают оружие, паузы в ведении огня или возможность перегруппировки.

Парадоксом является то, что Украина требует от России установления контроля над своей границей. Она не может самостоятельно контролировать свою границу. Это военное обстоятельство, но это одновременно и чудовищная слабость государства.

Сегодня стороны загнали друг друга, в том числе с помощью массмедиа, в клетку пропагандистских определений, которые мешают вести переговоры. С точки зрения Киева, на востоке нет ополченцев, а есть террористы, подлежащие уничтожению. Москва считает, что в Киеве сидят фашисты, с которыми тоже не положено договариваться. Именно поэтому для всех было большим шоком рукопожатие Порошенко и Путина. В этой войне нет достоверной информации. Кроме трупов.

Я думаю, что будет серия разного уровня встреч Путина с Порошенко. И чем менее публичны они будут, тем большего результата удастся достигнуть. Не может быть сейчас генерального урегулирования. Возможны только договоренности по отдельным вопросам: беженцы, пленные, ограничение каких-то видов применяемой военной техники. Нам предстоит длинный путь. Кризис еще не перевалил через свой пик.

Автор: Глеб Павловский

 

Постоянный адрес страницы: http://www.novayagazeta.ru/politics/65018.html

 

.

 

28 Августа 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Анапа Сатирика

Архив материалов