«Лучше пусть будут бедными, но послушными»

«Путин панически боится заговора против Кремля»

Эксперт Znak.com – почему Екатеринбургу и другим городам-миллионникам свободы не видать

 
 
 

 
 
 
 


 

Над местным самоуправлением вновь сгущаются тучи. Ответом Евгению Ройзману, предложившему сделать Екатеринбург таким же городом федерального значения, как Москва и Санкт-Петербург, стало молниеносное предложение депутата Госдумы и сопредседателя ОНФ Ольги Тимофеевой «опустить» местное самоуправление в крупных городах на уровень районов. Другой депутат, жириновец Михаил Дегтярев, даже внес законопроект, лишающий жителей городов-миллионников права выбирать себе мэра. Позиция прокремлевских депутатов (кто бы сомневался) объясняется заботой о людях: мол, так власть станет гораздо ближе к ним. На деле речь идет о том, чтобы вместе с выборными органами местной власти «опустить» и оппозиционеров, которые в условиях экономического спада становятся для Кремля все более грозной и опасной силой. Особенно на фоне киевского Майдана. Однако политический эгоизм Центра, его потакание слабым территориям ведет к тому, что Россия в целом неуклонно превращается в страну третьего мира. Об этом – политолог, член Комитета гражданских инициатив Дмитрий Орешкин.

 

«Периферия ненавидит город»

- Дмитрий Борисович, есть стойкое ощущение, что в предложении Ольги Тимофеевой заложен подвох…

 

- Подвох, безусловно, есть. Надо начать с фундаментальной проблемы, которая заключается в том, что город — это воплощение географического неравенства. Это категорически противоречит идеологии марксизма-ленинизма, поэтому большевики пытались приравнять город к деревне. Хотя эта идеология была далека от жизни, а попытки большевиков были безумием, потому что деревня — это деревня, а город — это город. Грань между ними естественна, так как это разные типы устройства жизни. Просто надо устроить нормальную жизнь в городе и нормальную жизнь на селе. Но благодаря большевистской практике у нас на сегодня нет ни нормального города, ни нормального села.

 

- Что значит «нормальный» город?

 

- Естественным в развитии города является принцип концентрации. Город «всасывает» в себя людей и производит продукцию: промышленную, интеллектуальную, культурную – какую угодно. Но чтобы люди там жили, их надо кормить. Поэтому вокруг города всегда располагается село, которое производит хлеб, молоко, мясо – все, что угодно. Это нормальная рыночная ситуация. А ненормальная ситуация - это когда город строят в качестве спального цеха оборонного завода, который производит то, что не является предметом рыночного спроса. Например, пушки или танки. Соответственно, город делает такую продукцию из-под палки. Это ненастоящий город, потому что он развивается не по законам самоуправления, а им руководят сверху. Отсюда псевдоорганизация и все то, что мы видим в наших городах: отсутствие самостоятельности, идей развития и собственных денег, разбитые дороги, убогая архитектура, скучный, серый быт и тому подобное. То есть город живет исключительно по разнарядке, как в эпоху крепостного права.

 

Теперь, после десятилетий такого существования, надо что-то менять. Но как? Например, вы знаете, что около 19 млн городских домохозяйств не имеют даже канализации? Вместо нее деревянный сортир. И на самом деле это уже не город, а просто большая деревня. Конечно, в таких крупных городах, как Екатеринбург, такой экзотики уже, наверное, нет, если только где-то на периферии: вопреки мечтам большевиков, большие города все равно развивались по объективным законам, то есть неравномерно. Но если вы съездите куда-нибудь в Краснотурьинск или Ивдель, то наверняка найдете там деревянные сортиры. Эти города застряли в такой фазе.

 

 

Дмитрий Орешкин

 

- И все идет к отъему ресурсов у, образно говоря, городов с цивилизованной канализацией в пользу территорий с деревянными сортирами, то есть к конфликту этих двух Россий?

 

- Так или иначе, мы уже ушли от командно-административной экономики и перешли в рынок. Городу стало жить полегче: исчезла проблема снабжения по талонам, продовольствия теперь вдоволь, в городе появилось бешеное количество автомобилей, заправок, торговых центров и так далее. С этой точки зрения мы дотянулись до европейских стандартов. И это очень хорошо, потому что город сразу начал производить свой валовый внутренний продукт, огромное количество услуг: сейчас на каждом углу ресторанчик, рекламное агентство, парикмахерская и так далее. На примере Екатеринбурга это хорошо видно. Из гипериндустриализированного он стал постиндустриальным.

 

Таким образом, в крупных городах стала быстро формироваться налоговая база. И деньги для области стал зарабатывать главным образом город. Что это означает? Город, как некое животное, нуждается в новых условиях среды обитания. Как, например, собака должна есть три раза в день, так и городу нужны новые социокультурные и юридические условия. Это и гарантии собственности, и гарантии безопасности, отсутствие пробок, наличие парков и велосипедных дорожек, чистой воды из крана и так далее. То есть город начинает предъявлять претензии к власти, в том числе и городской.

 

Город становится источником «бабла» как для городского, так и для областного бюджетов, но, с другой стороны, он стал источником проблем, что власти не очень приятно. Если у вас ребенок самостоятельный и сам зарабатывает деньги, то он не всегда готов выслушивать отеческие нравоучения и уж тем более не желает, чтобы кто-то распоряжался его деньгами. За такую самостоятельность огромное количество людей с периферии ненавидит город, как многие из регионов ненавидят Москву, а вся Россия ненавидит Америку - за то, что она концентрирует в себе людские, финансовые и другие ресурсы. Но таков объективный закон концентрации.

 

Отсюда наличие конфликта не только между крупными городами и провинцией, но и между Центром и крупными городами. Городу, допустим, нужна инфраструктура, а вертикаль хочет забрать его деньги себе, потому что у нее различные стратегические программы: перевооружение, полеты в космос, создание ГЛОНАСС, дотации национальным республикам, содержание соседних государств и так далее. Конечно, у нее есть деньги от продажи нефти и газа, но и от налогов из Екатеринбурга или любого другого подобного города она отказываться не собирается.

 

Или войдите в положение губернатора, фактически назначенного Кремлем. Дорожную сеть по области надо ремонтировать? Надо. Где взять деньги? Из регионального административного центра. А он отдавать не хочет. Что делать Кремлю? Он постепенно меняет ситуацию, продавливая вертикаль вниз. Если в ельцинские времена налоги между регионами и Центром делились пополам, то сейчас на местах остается только в районе 35%, все остальное уходит в Центр. При этом заметьте: тогда у нас было 20-25 субъектов Федерации - доноров, а сейчас 10-12: сильные регионы посадили на короткий поводок. А города не получилось. В результате такие муниципальные образования, как Екатеринбург, начинают возмущаться. Какого черта: зарабатываем деньги мы, а распоряжается ими Кремль.

 

Проблема усугубляется еще и Конституцией РФ, 12-я статья которой гласит, что местное самоуправление не входит в систему государственной власти, а избирается самими гражданами. Но Кремль такое положение дел не устраивает, потому что он управляет страной, по сути, как армией. В Кремле у нас сидит главнокомандующий, а дальше вниз по иерархии: дивизии, полки и так далее. У Путина в голове советская система, а потому генералы важнее рядовых. На уровне регионов он выстроил вертикаль, а города ей подчиняться не хотят. Государственная власть давит на местную, но последняя пытается как-то выйти из положения, продавить во власть своих. Например, у вас в Екатеринбурге так и произошло, когда мэром стал Ройзман. И не только потому, что он «клёвый парень», просто активная часть горожан, и в том числе сама городская элита, понимает, что им как-то нужно защищать свои интересы и не дать себя нагнуть. И здесь им помогает 12-я статья Конституции. Но Кремль ищет способы, как на кривой козе объехать эту статью.

 

 

"Было 20-25 субъектов федерации-доноров, а сейчас 10-12: сильные регионы посадили на короткий поводок"

 

«Лучше пусть будут бедными, но послушными»

- И как разрешить этот системный конфликт, когда и сильным не позволяют развиваться, и слабым дают денег только на затыкание дыр?

 

- Есть несколько вариантов решения этой проблемы. Первая — объявить город субъектом государственного управления, повысив его до уровня региона, то есть включить в государственную вертикаль. По аналогии с Москвой и Санкт-Петербургом. Но со всеми крупными городами так поступить нельзя, потому что тогда будет слишком много губерний. Кроме этого, губернаторы уже существующих субъектов начнут биться в истерике. Это означает, что Ростов-на-Дону, Нижний Новгород, Екатеринбург, Пермь, Челябинск, Новосибирск и так далее больше не обязаны будут платить налоги региону. У губернаторов закончатся ресурсы. То есть этим путем пойти нельзя.

 

Но можно пойти другим. Самоуправление можно опустить вниз, на уровень городских районов, и пусть они там себе выбирают глав и депутатов. Все равно все они будут без денег и ничего сами решать не смогут. Избранный глава района все равно будет слушаться городского начальника, который назначен губернатором. Здесь ничего нового. Такую систему еще в начале нулевых годов придумал и продвигал депутат Госдумы по фамилии Мокрый. А сейчас для этого есть дамы из ОНФ. Они скажут заведомую брехню - что город станет более самостоятельным, у него будет больше денег. А смысл совсем в другом – лишить города права выбирать себе самостоятельного мэра.

 

Есть еще один вариант – все полномочия по распределению ресурсов передать так называемому сити-менеджеру, который нанимается городской думой и областным законодательным собранием. То есть он тоже продолжение вертикали государственной власти. На сегодня «вертикальное» начальство реализовало именно эту схему. Это как раз та самая ситуация, которая сложилась в Екатеринбурге: есть всенародно избранный мэр Ройзман, но у него нет никаких реальных полномочий и бюджета. То есть он некое украшение, как памятник. Если надо, кому-то цветочки вручит или ленточку разрежет.

 

- Исходя из ваших слов предложение Евгения Ройзмана сделать Екатеринбург самостоятельным субъектом Федерации, городом федерального значения, нереалистично?

 

- Как я уже сказал, в России сложился скрытый конфликт между городами и Центром. Екатеринбург один из таких городов. Поэтому он хотел бы быть повыше статусом. Идея понятна. Но как она может быть претворена на практике? Первый вариант: эту инициативу вертикаль власти обратит в ровно противоположное по содержанию. Они скажут: давайте мы повысим статус Екатеринбурга, но при  этом опустим уровень самоуправления до районов. Такой ответ прозвучал из уст той самой дамы из ОНФ. На самом деле это ловушка для муниципалов.

 

Но, скорее всего, будет второй вариант – никакого повышения статуса. Потому что Кремль очень болезненно реагирует на любое повышение статуса и воспринимает это как признак сепаратизма. Это фундаментальная проблема устройства нашей страны, начиная со времен Ивана Грозного. Почти любая внутренняя политика — это политика региональная, Центру надо выяснять отношения с региональными элитами. С чего начал Путин свое правление? Прежде всего, с разгона Совета Федерации. Потому что Совет – то место, где два представителя от региона могли «снюхаться» с другими представителями и организовать заговор против Кремля. А он этого панически боится. Поэтому сделали Совет, в котором заседает кто угодно, любые халявщики, лишь бы они не представляли интересы регионов. Исходя из этого, создавать лишний региональный центр Кремлю совершенно не нужно. Тем более стоит пойти навстречу Екатеринбургу – и тут же поднимут голову Ростов, Нижний Новгород, Уфа и так далее. То есть перспектив у инициативы Ройзмана нет. Зато инициативу той дамы, о которой вы спрашивали, вполне могут поддержать.

 

 

"Пока совсем не прижмет, Кремль всегда выберет приоритет контроля над территориями в ущерб экономическому росту" 

 

- И реально могут внести поправки в 131-й закон о местном самоуправлении?

 

- Но это только усугубит конфликт. Они понимают, что будет сопротивление со стороны городских элит, которые умеют спускать на тормозах любые инициативы Кремля, мешающие им. Поэтому одно дело разговоры, другое - реальные дела. Кремль, конечно, с удовольствием загнал бы города под свое управление. Но тогда они совсем перестанут функционировать. И начнется реальный кризис и явное отставание от всего мира. Этого Кремлю тоже не нужно. Поэтому он будет вынужден балансировать. Пытаться всех держать на голодном пайке, не допускать, чтобы регионы стали сильными, но в то же время не давать уж совсем зачахнуть территориям, как это было в советское время.

 

В этом фундаментальная проблема развития России. Лучше пусть будут бедными, но послушными, лучше пусть губернатор держит городского главу за глотку, чем там, в городе, будет развитие. Кремль управляет так не потому, что идиот, просто так выстроена его система ценностей. При любых обстоятельствах Кремль всегда выберет приоритет контроля над территориями в ущерб экономическому росту. До тех пор пока уже совсем не прижмет и не станет ясно, что экономический рост остановился. Так и произошло в начале 90-х годов с СССР, когда стало ясно, что без свободы территорий ничего развиваться больше не будет, потому что не было уже никаких ресурсов, чтобы кормить территории. Хотя в республиках Средней Азии до сих пор считают, что Советский Союз их эксплуатировал, на самом деле он их в значительной степени кормил. А недокармливал русские регионы, высасывая из них ресурсы. Как только цены на нефть пошли вниз, сразу не стало денег содержать всю эту структуру.

 

«Россия превращается в страну третьего мира»

- Вы сказали: до тех пор, пока уже совсем не прижмет. Но Минфин РФ на днях сообщил, что с 2017 по 2020 год бюджету страны будет недоставать 10 трлн рублей, а это три Резервных фонда. То есть мы можем проесть Резервный фонд буквально за год, и тогда прижмет так прижмет. Так, может, уже пора ослабить удавку?

 

- Дефицит бюджета будет, и прежде всего потому, что деловая активность в стране сокращается. Если в 90-е годы было много желающих открыть бизнес, то сейчас дураков становится все меньше и меньше. Содержать чиновников никто не хочет. Поэтому ожидать, что даже если вдруг Кремль сделает своим приоритетом экономическое развитие, даже если Екатеринбург станет вольным городом, все равно сразу результаты не появятся. Раньше чем лет через пять ничего не изменится. Богатство городов накапливается десятилетиями и через поколения. Но последние десять лет Владимир Владимирович усиленно душил всякую самостоятельность в городах и регионах. Поэтому даже если краник открыть, все равно по щелчку из рога изобилия блага не повалят. Да и пока есть высокие цены на нефть, никто этот краник ослаблять не будет.

 

Политика не меняется, и это самое главное. Наоборот, мы видим законы и поправки, нацеленные на то, чтобы что-то запретить, ограничить, усилить наказание и так далее. То есть в ближайшие годы гайки будут закручиваться, надеяться на их ослабление не стоит. Будет ограничиваться свобода слова, ухудшение положения горожан будут объяснять происками врагов, а население будет верить. Вспомним Чаушеску: когда его популярность в Бухаресте падала, он притащил в город шахтеров из Тимишоары, чтобы они бухарестских умников поставили на место. Когда Путин начинает проигрывать Москве, он приглашает Нижний Тагил. Все это неизбежно будет, потому что терять контроль они не хотят и будут за него бороться всеми способами.

 

Вот Чечня хотела и получила больше прав, но для этого она прошла горнило войны. Кадыров что хочет, то и говорит и делает, Конституции не подчиняется, у него своя идеология, хотя деньги московские. По сути дела, отношения между Чечней и Кремлем конфедеративные. Но в этой ситуации Путин ничего не может изменить, потому что если Чечня уйдет в самостоятельное плавание, тогда для него это будет катастрофа. Тогда трудящимся будет непонятно, зачем за нее воевали и потратили столько денег на удержание, лучше бы ее сразу отпустили на все четыре стороны. У того же Екатеринбурга не та ситуация. Не пойдет же он воевать с Москвой, как Чечня. А мирно, без боя, Кремль никому ничего не отдаст.

 

Поэтому как выйти из системы «пылесоса», когда Кремль обескровливает территории, но зато строит подводные лодки и летает в космос, я, честно говоря, не очень понимаю. Понятно, что нужно повышать самостоятельность территорий, чтобы в них развивался бизнес, чтобы там росла экономика. Но не пойдет на это Кремль. Я уже ответил, почему. Он панически боится распада единого политико-административного поля страны.

 

 

"Гайки будут закручиваться. Мирно, без боя, Кремль никому ничего не отдаст"

 

- Тогда каков запас прочности такой модели?

 

- Россия в таком положении существует со времен Ивана Грозного, а это 500 лет. И эту проблему все время как-то решали. Здесь нельзя недооценивать эластичность российской социальной системы. Люди жили и при Сталине, с голоду дохли, но выжили. И даже войну выиграли! Правда, демографически страна надорвалась. Но зато держава была великая и могучая, зато Сталин расширял территорию страны. Правда, территории эти были нищими, а расширение шло за счет русского национально-культурного ядра, но это вопрос второстепенный. Так что ресурсов для такой модели еще хватит.

 

- Но ведь она не оторвана от открытой мировой политико-экономической системы. Насколько она в таком случае конкурентоспособна? Или Россия – это страна третьего мира, и с этим просто нужно смириться, а про конкурентоспособность забыть?

 

- Да, Россия — это фактически третий мир. Замечательный пример в этом смысле являет собой Аргентина. До Второй мировой войны она входила в десятку крупнейших стран мира, а потом стала увлекаться этатизмом и социализмом. И чем она стала на сегодня? Там на данный момент даже запрещен обмен валюты, как в Советском Союзе. Аргентина постепенно деградирует. Но люди-то при этом как-то живут. Кто поумнее и понаходчивее, давно уехал. Также и с Россией. Она превращается в страну третьего мира, при этом будут усиливаться разговоры, что при Сталине мы были великими, а при капитализме стало хуже.

 

Понимаете, либерально мыслящие люди в городах недооценивают консервативность всей прочей территории. Например, в Москве на Болотную площадь выходит до 100 тыс. человек, в том числе и я. В Питере уже где-то 30 тысяч, а в Екатеринбурге, я думаю, не более 5 тысяч. Про другие города и говорить не приходится: несколько десятков в лучшем случае. Продвинутая часть городов думает: ну сколько можно, когда это все закончится! Но дело в том, что 80% населения вообще этого не замечает. Помните такой афоризм: Россия делится на две части, первая обсуждает курс доллара, а оставшиеся 90% обсуждают урожай картошки. 

 

 

 

Вопросы - Евгений Сеньшин  

 

10 Декабря 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов