Смогут ли армии стран Средней Азии дать отпор Китаю и талибам

В Средней Азии готовятся к войне всех против всех, полагает заместитель директора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин

 

Из пяти стран Центральной Азии наиболее сильной и стабильной в военном отношении является Казахстан. Его вооруженные силы (ВС) делятся на 4 командования («Астана», «Восток», «Запад» и «Юг»). Сухопутные войска включают десять механизированных, четыре десантно-штурмовые, одну ракетную, семь артиллерийских, две реактивно-артиллерийские, две противотанковые, три инженерно-саперные, одну береговой обороны, одну миротворческую бригаду. На вооружении состоит до 1 тысячи танков (Т-80, Т-72 и Т-62), несколько БМПТ (Казахстан стал первой и пока единственной страной, купившей эту машину), до 2 тысяч БМП и БТР, до 250 САУ, до 700 буксируемых артиллерийских орудий, до 400 РСЗО «Ураган» и «Град».

Казахстан даст отпор узбекским агрессорам

В составе казахстанских ВВС и ПВО 10 авиационных и зенитно-ракетных полков. Они включают 15 бомбардировщиков и 12 разведчиков Су-24, более 25 истребителей Су-27 и 40 МиГ-29, более 40 перехватчиков МиГ-31 (Казахстан является единственной в мире страной, кроме России, эксплуатирующей этот очень мощный и очень сложный самолет) и 15 их предшественников МиГ-25, несколько истребителей-бомбардировщиков МиГ-27 (эти самолеты устарели и выводятся из состава ВВС), до 15 штурмовиков Су-25, до 40 транспортных самолетов, 90 вертолетов, в т.ч. не менее 40 ударных Ми-24 и 12 тяжелых транспортных Ми-26, несколько десятков ЗРК различных типов, в том числе С-300П.

ВМС Казахстана состоят из полутора десятков сторожевых катеров российской, южнокорейской, американской, немецкой и собственной (по российским проектам) постройки. Планируется начать строительство ракетных катеров. Уровень подготовки военнослужащих весьма высок, очень большое внимание, в частности, уделяется сержантскому составу.

Астана стремится ни от кого слишком сильно не зависеть в плане развития ВС, стараясь импортировать вооружение и технику из разных стран, а также создавать собственный ВПК, причем технологически также завязанный на разные страны. В Казахстане будет организовано (либо уже начато) производство турецких бронеавтомобилей «Кобра», европейских многоцелевых вертолетов ЕС-145, закуплены восемь европейских транспортных самолетов С-295 вместо устаревших Ан-26. На вооружении имеются американские «Хаммеры» и британские «Лендроверы». Тем не менее пока сохраняется преимущественная ориентация на Россию.

Казахстан гораздо более европеизирован и гораздо более экономически благополучен, чем его южные соседи. Кроме того, здесь гораздо выше доля славянского населения, да и сами казахи гораздо менее исламизированы, чем жители других стран Центральной Азии. Тем не менее определенная «ползучая» исламизация все же происходит. Этот процесс будет развиваться, видимо, не очень быстро, но неуклонно. Он может существенно ускориться после ухода войск США и НАТО из Афганистана, после чего будет очень высока вероятность экспансии талибов на север.

Казахский военнослужащий поясняет на схеме эпизод во время танковых учений на полигоне «Оймаша» в Казахстане. Фото: Алексей Куденко / РИА Новости

Казахский военнослужащий поясняет на схеме эпизод во время танковых учений на полигоне «Оймаша». Фото: Алексей Куденко / РИА Новости

«Классическими» военными угрозами для Казахстана являются, во-первых, Узбекистан, во-вторых, в относительно отдаленном будущем, Китай. Вариант войны между Казахстаном и Узбекистаном (не в случае, если в Узбекистане происходит исламская революция, а нынешним, светским) кажется откровенно сюрреалистическим, но в Астане к нему относятся всерьез. Демографический потенциал Узбекистана почти вдвое выше, чем у Казахстана, а социальное напряжение очень велико. Для тоталитарных режимов (типа режима Каримова) в некоторых случаях внешняя агрессия оказывается вариантом более предпочтительным, чем гражданская война. Если же к власти в Узбекистане приходят исламисты, война становится почти неизбежной.

Что касается Китая, то для него Казахстан является идеальным направлением экспансии, поскольку эта страна имеет очень большую территорию при небольшом населении, а также огромное количество природных ресурсов. Кроме того, взяв под контроль Казахстан, Пекин ставит геополитический «мат» Москве. При этом ясно, что оказать серьезного сопротивления НОАК вооруженные силы Казахстана в одиночку не смогут. В связи с этим возникает чрезвычайно интересный вопрос: придет ли Москва на помощь Астане в случае китайской агрессии? К сожалению, ответить «да» со стопроцентной уверенностью не получается. В связи с этим Казахстан пытается развивать связи с НАТО, видя в нем дополнительную антикитайскую страховку. Здесь Астана делает грубую ошибку (хотя распространенную). Если на вопрос, придет ли на помощь Россия, нельзя с уверенностью ответить «да», то на аналогичный вопрос применительно к НАТО можно с 1000-процентной уверенностью ответить «нет». На постсоветском пространстве никак не могут осознать, что на самом деле представляет собой сегодняшнее НАТО. В частности, никто не сделал выводов из августовской войны 2008 годы, когда альянс не пришел на помощь истово прогибавшейся перед ним Грузии.

Узбекистан опасен в любом виде

Узбекистан обладает вторыми по мощи ВС в Центральной Азии, при этом граничит со всеми остальными странами региона. ВС Узбекистана включают 4 военных округа (Северо-Западный, Центральный, Восточный и Юго-Западный), а также Оперативное командование (отвечает за оборону Ташкента). В их составе одиннадцать мотострелковых, одна танковая, одна реактивно-артиллерийская, одна спецназа, одна горная, одна воздушно-десантная, три воздушно-штурмовые, пять инженерных бригад. На вооружении состоит 340 танков (из них половина — устаревшие Т-62; на хранении, по-видимому, находится еще до 2 тысяч танков), 400 БМП и БМД, более 500 БТР, до 140 САУ, не менее 200 буксируемых орудий, более 100 РСЗО, включая полсотни «Ураганов». В ВВС числится до 30 бомбардировщиков и разведчиков Су-24, 20 штурмовиков Су-25 (а также до 30 устаревших Су-17), 30 истребителей МиГ-29 и 25 Су-27, не менее 40 транспортных самолетов, от 30 до 50 ударных вертолетов Ми-24, до 90 транспортных и многоцелевых вертолетов. Далеко не вся техника находится в боеспособном состоянии. Например, истребителей Су-27 боеспособно всего шесть-семь единиц.

Общая численность личного состава — около 70 тысяч человек, еще не менее 20 тысяч — в других силовых структурах. Уровень боевой подготовки считается достаточно высоким, офицеры проходят подготовку в учебных заведениях как стран СНГ, так и на Западе. Впрочем, это относится в основном к элитным частям. В отличие от Казахстана, Узбекистан не способен производить вооружение и технику (даже по иностранным лицензиям). Единственное серьезное предприятие ВПК, доставшееся от СССР, Ташкентский авиазавод, производивший транспортные Ил-76, был уничтожен.

В стране установлен жесткий авторитарный режим, очень высок уровень коррупции. Светская демократическая оппозиция Каримову полностью задавлена и зачищена, поэтому единственной реальной оппозицией ташкентскому режиму являются радикальные исламисты. В первую очередь — хорошо известная панисламистская организация «Хизб-ут-Тахрир». Хотя основана она была еще в 1953 году в Иерусалиме, в настоящее время именно Узбекистан стал одним из основных ее оплотов. Не менее знаменито «Исламское движение Узбекистана». Из представителей народов бывшего СССР именно узбеки и чеченцы больше всех «отметились» в горячих точках, активно воюя в рядах талибов в Афганистане и среди боевиков «Аль-Каиды» в Ираке. Поэтому страна очень уязвима от возможной в будущем талибской экспансии.

СУ-24 ВВС Узбекистана. Фото: defenseimagery.mil (http://www.defenseimagery.mil)

СУ-24 ВВС Узбекистана. Фото: defenseimagery.mil

Бишкек, Душанбе и Астана с большим подозрением относятся к амбициям Ташкента. А Ферганская долина, граничащая и с Казахстаном, и с Киргизией, и с Таджикистаном, является «пороховым погребом» Центральной Азии. Здесь имеет место высочайшая плотность населения, высокий уровень безработицы, в первую очередь среди молодежи. Это делает население долины очень уязвимым для пропаганды исламских радикалов. А поскольку рядом соседние страны, где имеются весьма значительные узбекские общины, то крупный мятеж в Ферганской долине взорвет не только сам Узбекистан, но и три соседние страны. Причем если большой и мощный Казахстан такой взрыв пережить сможет, то для маленьких несостоявшихся Киргизии и Таджикистана это будет поистине смерти подобно.

С другой стороны, благодаря своему экономическому, демографическому и военному потенциалу, географическому положению и наличию узбекских общин в соседних странах, Узбекистан имеет возможность активно воздействовать на все остальные страны Центральной Азии, добиваясь своего доминирования в регионе. То есть для соседей опасен и Узбекистан мощный и стабильный, и Узбекистан, впавший в хаос. И в том, и в другом случае существует угроза военного конфликта.

У Киргизии и Таджикистана от армии осталось только название

Несостоявшиеся государства Киргизия и Таджикистан крайне уязвимы и от узбекской, и от талибской угрозы, а про китайскую угрозу даже нет смысла говорить, настолько легко при желании раздавит Китай обе эти страны. ВС этих двух стран очень слабы.

В составе ВС Киргизии имеется одна мотострелковая дивизия, одна горная, две спецназа, две ПВО бригады, ряд других частей и подразделений. На вооружении — от 150 до 200 танков, примерно 450 БМП и БТР, до 250 артсистем (в том числе по 20 САУ и РСЗО), около 30 устаревших истребителей МиГ-21 (не факт, что хотя бы один из них способен подняться в воздух), 10 ударных вертолетов Ми-24, более 20 транспортных Ми-8. Численность личного состава ВС — 11 тысяч человек, еще примерно столько же — в других силовых структурах.

На территории Киргизии находится 999-я авиабаза ВВС РФ и ряд других российских военных объектов.

В составе ВС Таджикистана — две мотострелковые, одна десантно-штурмовая, одна артиллерийская бригада. На вооружении таджикской армии — около 40 танков, до 100 БМП и БТР, около 30 артсистем (включая несколько «Градов»), около двух десятков вертолетов Ми-24 и Ми-8. Численность личного состава всех силовых структур не достигает 20 тысяч человек.

На территории Таджикистана находится российская 201-я военная база, чей боевой потенциал выше, чем у всех ВС Таджикистана. Как и 999-я авиабаза в Киргизии, она организационно входит в состав ЦВО РФ. Только эти базы в реальности и обеспечивают безопасность обеих стран. В связи с этим, как минимум, странно выглядит ситуация, когда Бишкек или Душанбе начинают шантажировать базами Москву. Вдвойне удивительно, что Москва регулярно ведется на этот шантаж, как будто нам базы нужны больше, чем Киргизии и Таджикистану.

Военнослужащие частей специального назначения Киргизии. Фото: Владимир Пирогов / РИА Новости

Военнослужащие частей специального назначения Киргизии. Фото: Владимир Пирогов / РИА Новости

Уровень боевой и морально-психологической подготовки в обеих армиях весьма низок. В обеих странах имеют место острые внутренние конфликты, этнические, социальные и конфессиональные. В Таджикистане основным является конфликт между властью и исламской оппозицией, в Киргизии — между Севером и Югом и между киргизами и узбеками. Поэтому армии не только слабы, но и не отличаются внутренним единством.

Нейтральная армия Туркмении

Не входящая в ОДКБ и чисто формально числящаяся в СНГ Туркмения живет в некоем «параллельном пространстве». Политический и военный нейтралитет здесь возведен в абсолют (например, главная государственная русскоязычная газета страны называется «Нейтральный Туркменистан»). Хотя откровенный сюрреализм эпохи «Туркменбаши Великого», то есть Сапармурада Ниязова при новом президенте Гурбангулы Бердымухамедове ушел в прошлое, ничьим союзником и противником эта страна действительно быть не собирается. Кстати, можно вспомнить, что когда Афганистан на 90 % контролировался талибами, Ашхабад прекрасно находил с Кабулом общий язык. Что, впрочем, отнюдь не гарантирует стране отсутствие талибской экспансии на ее новом этапе. В 2002 году у Туркмении возник пограничный конфликт с Узбекистаном по поводу дележа газовых месторождений, но в войну он не перерос.

ВС Туркмении насчитывают в сухопутных войсках 3 мотострелковые дивизии, по 2 ПВО и мотострелковые, артиллерийскую и ракетную бригады. На вооружении 700 танков (в том числе 10 Т-90С), от 700 до 1000 БМП, более 800 БТР, около 600 артсистем (в том числе 130 РСЗО, из них 60 «Ураганов» и 6 «Смерчей»). В ВВС — более 20 истребителей МиГ-29, до 100 штурмовиков Су-17 и Су-25, 10 ударных вертолетов Ми-24.

Туркменский флот кроме десятка российских, украинских, американских и турецких сторожевых катеров с символическим вооружением имеет 2 ракетных катера пр. 12418, каждый из которых несет по 16 ПКР «Уран». Численность личного состава ВС — около 20 тысяч человек. Благодаря очень высоким нефтегазовым доходам при небольшой численности населения Ашхабад в последние годы начал закупки в России новейших вооружений (танки Т-90С, РСЗО «Смерч», ракетные катера). Пока, правда, всего этого приобретается немного. Тем не менее теоретически Туркмения способна по своему военному потенциалу обойти Узбекистан, где особого развития ВС пока не наблюдается.

http://rusplt.ru/world/srednaja_asia.html

Таким образом, в регионе Центральной Азии имеется множество внутригосударственных и межгосударственных латентных конфликтов, а также внешние угрозы со стороны талибов (и, возможно, стоящего за ними Пакистана) и Китая (который, кстати, является основным стратегическим союзником Пакистана). До сих пор эти конфликты проявлялись относительно ограниченно. Однако почти неизбежная экспансия талибов на север после 2014 года станет сильнейшим катализатором для всех этих конфликтов с совершенно непредсказуемыми последствиями. Кроме того, горячими точками в любой момент могут стать Киргизия и Таджикистан из-за их перманентных социальных проблем.

 

28 Ноября 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов