Друзья на новый срок. Что ждет соратников Путина после 2018 года?

Пять правил для государственного олигархата

Заявление Владимира Путина о готовности баллотироваться на пост президента стало очередным толчком для дискуссий о будущем составе правительства, раскладах сил, предвыборной программе фаворита президентской гонки. Однако за всеми этими безусловно очень интересными вопросами скрывается еще один, гораздо менее обсуждаемый: что ожидает в рамках будущего четвертого срока путинских друзей? Третий срок не для всех окончился благополучно: Владимир Якунин, Андрей Бельянинов, Евгений Муров, Сергей Иванов (последний, правда, еще может показать себя) – далеко не полный перечень потерь среди президентских «бойцов». Новый срок не обещает быть проще: правила игры постепенно меняются, а конкуренция за ресурсы нарастает.

По итогам завершающегося третьего срока Путина можно приблизительно обозначить свод негласных ограничителей, которые российский лидер обрисовывает для своих соратников, с каждым годом накапливающих все более значительные ресурсы.

 

Правило первое – не воруй. Да, наверное, это выглядит смешно, но и у коррупции в понимании Путина есть свои лимиты. Кейс-стади снятого в 2016 году с поста главы Федеральной таможенной службы Андрея Бельянинова – яркий тому пример. Деньги в коробках из-под обуви, хранящиеся дома, подозрение в крышевании незаконных таможенных сделок, да и вообще тяжелая ситуация на таможне – все это сыграло роковую роль в судьбе некогда одного из самых влиятельных руководителей. Под суд Бельянинов не пошел (очевидно, за него заступился сам Путин, и расследование было спущено на тормозах), отделавшись легким испугом. А спустя полтора года ему удалось даже пристроиться главой Евразийского банка развития. Вероятно, не обошлось без обвинений в сомнительных связях увольнение главы Федеральной службы охраны Евгения Мурова, еще одного «политического монстра»: правда, в его случае наказанием стала не отставка (она и так давно готовилась), а полное отстранение от возможности участвовать в выборе своего преемника и переформатировании команды ФСО.

Как Путин относится к коррупционерам, достаточно хорошо известно: воруй, да не заворовывайся. Это относится не только к соратникам, но и ко всем значимым фигурам внутри власти. Однако друзья, в отличие от остальных, часто воспринимаются главой государства не с точки зрения их фактической «честности», а в комплексе – в балансе с той часто неофициальной ответственностью, которая на них возлагается. Каждый в той или иной степени имеет перед Путиным определенный набор «заслуг», «выстраданных», как кажется Путину, в нелегких условиях. Прежде всего речь идет о тех, кто попал под санкции и при этом взялся за реализацию рискованных, трудоемких проектов – будь то Крымский мост или стадионы к чемпионату мира по футболу. Отношение президента к пострадавшим априори будет более снисходительным. Можно предположить, что одним из ключевых механизмов функционирования отношений Путина и его соратников во время четвертого срока будет следующее: чем больше ты взял на себя политически значимых обязательств и чем сильнее пострадал от внешнего давления, тем больше всепрощения можно заслужить в глазах «главного».

Правило второе – «расширяться» можно, но осторожно. Об этом Путин сам заявил 7 декабря, выступая на мероприятии, посвященном десятилетию госкорпорации «Ростех». «Нельзя расширяться бесконечно, бесконтрольно, и нужно точно понимать, для чего корпорация создана, куда она должна двигаться, в каких параметрах она должна функционировать, с тем чтобы ее работа была оптимальной и максимально эффективной, конкурентоспособной», – сказал президент. Тут, конечно, сразу возникает масса вопросов: во-первых, а кто остановит? Тот же «Ростех» за последние годы вобрал в себя столько, что превратился в неповоротливого промышленного монстра, с трудом переваривающего все новые и новые активы. Только одно из последних потенциальных приобретений – Объединенная авиастроительная корпорация. Во-вторых, а как же «Роснефть»? Относится ли оговорка Путина только к Сергею Чемезову или ко всем соратникам с большим аппетитом? Связано ли это с концептуальным пониманием опасности «бесконтрольного расширения», или Путин тем самым отреагировал на конкретный (неизвестный) эпизод, связанный с «Ростехом»?

Представляется, что реальностью четвертого срока станет значительная объективная, независимо от того, чего хочет Путин, ограниченность возможностей для расширения. В прежние годы экспансия получалась за счет активов, создаваемых на базе прежде кризисных производств (машиностроение, медицина, авиа- и судостроение и т.д.), а также за счет активной промышленной политики, дирижизма, государственных вливаний. Теперь расти некуда, если не посматривать на добро соседа. История «Роснефти» яркий тому пример: покупка «Башнефти», затем странная продажа собственных 19% акций, слухи об интересе к «Лукойлу» и в завершение – суды против АФК «Система». Процесс, при котором одни игроки «отжимают» активы у других игроков, называется просто – «передел собственности». Именно этим займутся соратники Путина на будущем его сроке, учитывая, что завладеть государственными или «плохо лежащими активами» все сложнее, а вот попробовать замахнуться на частное – более чем реально. Именно сейчас наступает период, когда выращенный при Путине государственный олигархат начнет активно интересоваться собственностью, накопленной в 1990-е годы бывшими ельцинскими олигархами. Что на это скажет Путин, предположить нетрудно. Общая абстрактная санкция будет дана при соблюдении двух ключевых условий: избегать слишком острого конфликта (не отнимать, а перекупить) и не рассчитывать на помощь государства. Вероятно, именно последнее и напрягает Путина в расширении «Ростеха» – корпорация банально забирает активы у государства и складирует в свои закрома, встречая регулярное сопротивление (а это ведет к бесконечной эмиссии папок с компроматом, ложащихся на стол президента).

Правило третье: «Интересы компании – это важно, но есть еще интересы всей экономики». Развитие развитием, а бюджетные доходы по расписанию. Именно это не понял в свое время Владимир Якунин, продолжавший из года в год требовать для РЖД все новых субсидий. Зато ошибки коллеги учел Игорь Сечин, тоже пытавшийся просить все больше и больше ресурсов и льгот и через какое-то время столкнувшийся с прямой критикой президента. С тех пор руководство «Роснефти» поняло, что играть нужно иначе, продвигая не корпоративные, а национальные интересы (точнее, корпоративные как национальные). Покупка «Башнефти» и последующая организация приватизации самой себя – следствие активной эксплуатации Сечиным тезиса, как «Роснефть» спасет бюджет страны от дефицита, бюджетников от задержек зарплаты, армию от недофинансирования, оборону и безопасность от финансового истощения. Подчеркнутое акцентирование того факта, что «Роснефть» формирует львиную часть бюджета, – главное политическое послание Сечина Путину по итогам третьего срока.

Правда, выдавать корпоративные интересы за национальные во время четвертого срока будет все сложнее: главным вызовом в этом контексте станет борьба правительства и госкомпаний за дивиденды. Развитие компании или развитие страны – непростая дилемма для соратников Путина, доказывающих президенту, что одно неотделимо от второго. С кого брать деньги, становится одной из самых сложных бюджетных проблем государства. В 2016 году удалось продать «Башнефть» и пакет акций «Роснефти». В 2018-м и последующих годах приватизационные планы сопоставимых масштабов отсутствуют, да и опыт Алексея Улюкаева, кажется, надолго отобьет у чиновников желание продвигать рыночные приватизационные сделки. А значит, институциональный конфликт между правительством, желающим получить свои дивиденды, и госкомпаниями, не желающими ими делиться, обострится.

Правило четвертое – «разбирайтесь сами». Третий срок Путина очень четко показал общее дистанцирование президента от межклановых разборок и конфликтов. До президента трудно достучаться, а достучавшись, вовлечь в споры в качестве арбитра. Конфликтов все больше, а Путина все меньше: президент не утруждает себя необходимостью тратить свое время и силы на то, чтобы вникать в земные проблемы высокопоставленных чиновников, соратников и друзей. Это общее свойство текущей ситуации: глава государства все меньше погружается в дела, напрямую не связанные с геополитической повесткой. Все более самостоятельно действует ФСБ, инициативу проявляют госкорпорации (предлагая передать им то один, то второй актив), судьбы вершит «Роснефть» (атакуя «Систему» и сажая Улюкаева). Сечин ссорится с Евтушенковым, Улюкаевым, Токаревым, Кадыровым; Кадыров – с ФСБ, ФСБ – с Росгвардией, Росгвардия – с МВД, и т.д. Помимо этого, более года страна жила при конкуренции внутриполитических демиургов (кириенковские против володинских), почти шесть лет – при конкуренции правительства и Совета безопасности, правительства и Администрации президента.

При четвертом сроке Путина его арбитражная роль продолжит девальвироваться: президент окружает себя технократами, военными и «гарантами безопасности», воспитывая и взращивая новое путинское поколение, перехватывающее инициативу в текущих государственных буднях у политических тяжеловесов. Накачанные же активами старые соратники, столкнувшись с более жесткой конкуренцией и деполитизацией своего статуса, неизбежно будут обречены на более ожесточенную и бескомпромиссную войну за свое выживание.

Наконец, правило пятое – будьте патриотами. Антизападничество и антиамериканизм останутся способом самоидентификации в системе координат путинской России. Логика осажденной крепости, вялотекущий геополитический кризис, риски растущего давления на российскую элиту на Западе, сохраняющиеся изоляционистские тренды – все это будет требовать от путинских соратников регулярного встраивания в общий напряженный контекст на стороне России и против враждебного окружения. Пока нет никаких оснований надеяться на то, что геополитическая напряженность во время четвертого срока Путина будет снижаться. Скорее напротив: украинский кризис далек от разрешения (и ситуация скорее медленно деградирует), отношения с США – худшие за десятилетия, стратегические контакты с Европой заморожены. За три года репутация России в мире катастрофически ухудшилась, информационные войны проиграны.

Четвертый срок потребует от путинских соратников быть скорее патриотами, чем бизнесменами, встраиваться в общегосударственные приоритеты, а не искать ресурсы для развития. Да и какое развитие в условиях дефицита дешевой валюты и ограниченных возможностей бюджета? Денег нет, а держаться надо. Все это в совокупности будет вести к тому, что общее положение друзей Путина окажется более динамичным, более конфликтным, а поведение – агрессивным и искусственно политизированным.

Главным сигналом к тому, что что-то внутри системы пошло не так, как прежде, станет появление первых политических инвестиций, когда крупные игроки, отчаявшиеся решить вопросы через Путина, начнут активно вкладывать в министров, депутатов, сенаторов и губернаторов. Оторвавшись от власти в 2000-е годы и пройдя свой круг становления в условиях максимального политического и экономического благоприятствования, новый государственный олигархат вернется к стратегии политических «завоеваний» в том вакууме, который постепенно вокруг себя будет формировать Путин в политически пустой технократической вертикали.

 

Руководитель аналитического департамента Центра политических технологий
 

https://republic.ru/posts/88304?code=eeb208420873494f30f84ef2e0078f1a

12 Декабря 2017
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов