Эксперты зафиксировали в политической жизни России безрадостные тренды

Выборов меньше, ограничений больше

 

 

«Стигматизация» иностранных агентов, нападения на наблюдателей, отмена прямых выборов мэров, возвращение к смешанной системе выборов, переход муниципалитетов под контроль региональных властей. Такие тренды накануне избирательной кампании 2015 фиксируют эксперты Комитета гражданских инициатив, опубликовавшие новый доклад.

 

Эксперты Комитета гражданских инициатив, возглавляемого бывшим министром финансов Алексеем Кудриным, представили первый доклад, посвященный выборам, которые состоятся осенью 2015 года. В докладе, авторами которого стали Александр Кынев, Аркадий Любарев и Андрей Максимов, проанализированы изменения в выборном законодательстве и составах избирательных комиссий, а также нарезка избирательных округов в тех субъектах, где будут проходить выборы – от губернаторских до муниципальных. Эксперты приходят к неутешительным выводам: в 2015 году радикальных изменений законодательства не было, однако в полной мере проявились последствия трендов предыдущих лет — отмена прямых выборов мэров и наличие «фильтров» для участия в выбора политических партий (что приводит к сокращению их активности), ужесточение законодательства в регионах, где намерены выдвигаться сильные оппозиционные кандидаты, а также продолжение борьбы с «иностранными агентами».

 

Эксперты отмечают также, что власть пока не научилась адекватным образом реагировать на возникающие в ходе выборов ЧП и скандалы. В качестве примера приводятся местные выборы в Балашихе, где наблюдателей, пытавшихся пресечь вброс, избили при полном невмешательстве полиции, а глава подмосковного избиркома Ирек Вильданов заявил, что нарушения организовали сами наблюдатели. Никаких санкций за подобные заявления не последовало, результаты выборов отменять никто не стал.

 

«Стигматизация» без перемен

 

В докладе отмечается, что за последний год изменения в федеральное законодательство, связанное с выборами, вносились пять раз – немного по сравнению с предыдущими годами. Новые изменения лишь закрепляют существующие тренды.

 

Так, осенью 2014 года были приняты поправки в закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме», запрещающие любое участие организаций, признанных «иностранными агентами», в выборных процессах, к которым можно отнести и наблюдение за выборами. Также эти организации не могут делать пожертвования политическим партиям и кандидатами, хотя, отмечают авторы доклада, данные о том, что НКО с иностранным финансированием когда-либо делали пожертвования партиям и кандидатам, нет.

 

«Можно констатировать, что данные изменения ничего не меняют в фактической ситуации с финансированием партий и кандидатов, запрещая то, чего и так никогда не было. Однако данные поправки очевидно носят символический характер и направлены на дальнейшую стигматизацию независимых общественных организаций, как взаимодействующих с иностранными и международными партнерами, так и получающих благотворительную и финансовую помощь от бизнес-структур, многие из которых, даже являясь собственностью граждан РФ, формально могут быть зарегистрированы вне российской юрисдикции», — отмечают авторы доклада.

 

Еще один негативный тренд – увеличение перечня регионов, где отменены прямые выборы губернаторов, в частности, за счет ХМАО и ЯНАО, водящих в состав «тюменской матрешки». Авторы доклада напоминают, что, когда закон о выборах губернаторов принимался в 2012 году, то власть неоднократно публично заявляла, что непрямые выборы будут применяться только в этнически сложносоставных регионах – например, на Кавказе.

 

«Никакой внятной мотивации отмены выборности губернаторов автономных округов заявлено не было: рассуждения о риске проведения выборов в нефтегазовых округах из-за сложных международных условий не выдерживают критики, так как ХМАО и ЯНАО никогда не отличались сильным протестным голосованием, наличием сильных оппозиционных партий и независимой прессы. В них доминируют административные и корпоративные нефтегазовые вертикали. Более того, ЯНАО традиционно считается одним из самых электорально управляемых регионов страны, многие эксперты относят его к группе регионов «электоральной аномалии» как по явке, так и по голосованию за партию-лидера», — отмечают авторы доклада.

 

Наконец, еще один тренд прошлых лет, получивший развитие в 2015 году, – курс на отмену прямых выборов мэров крупных городов.

 

Этот год станет первым, когда в единый день голосования не пройдет ни одних выборов главы региональной столицы.

 

Во многих городах до последнего времени сохранялось несколько моделей, так или иначе допускавших хоть какую-то выборность глав муниципальных образований: избрание мэра напрямую, избрание мэра из числа муниципальных депутатов одновременно с назначением сити-менеджера, избрание мэра напрямую и назначение сити-менеджера (такая модель действует в Екатеринбурге). Однако теперь нанятые сити-менеджеры получили право исполнять также и полномочия глав муниципальных образований, в то время как спикеры представительных органов остаются только председателями дум. Авторы доклада отмечают, что эту модель начали массово применять в регионах, отменяя прямые выборы мэра и ставя глав муниципальных образований под контроль губернаторов.

 

Партии замедляются

 

Процесс бурного роста и активной деятельности политических партий периода 2012-2013 фактически остановился, ряд партий по сути прекратил свою деятельность, другие заметно снизили активность. Это связано как с «фильтрами» для участия новых партий в выборах, так и с другими причинами, включая внутрипартийные конфликты.

 

«В докладах о ходе избирательной кампании 2014 года мы уже отмечали, что изменение порядка регистрации кандидатов и партийных списков, введенное с мая 2014 года в виде лишения их льгот при регистрации на выборах, а также уменьшение числа выборов, в которых могут участвовать партии (уменьшение числа выборов по партспискам, массовые отмены выборов мэров населением и введение в ряде муниципалитетов косвенных схем формирования органов власти путем делегирования), очевидно, создаст препятствия появлению и развитию новых политических партий.

 

Возникает ситуация замкнутого круга для многих оппозиционных партий: чтобы участвовать в выборах, нужно иметь льготы при регистрации, но чтобы иметь льготы, нужно до этого успешно участвовать в выборах.

 

Многие партии, активно участвовавшие в выборах 2013 года, к выборам 2014 года уже резко свернули свою активность. Снизилось общее число выдвинутых и зарегистрированных партийных списков и кандидатов», — пишут авторы доклада.

 

В нынешних выборах имеют право участвовать 74 партии, причем во главе большинства новых партий стоят совершенно неизвестные лица, активность в регионах они не ведут. Зато, к примеру, «Партия Прогресса» Алексея Навального, играющая действительно значительную роль в политической жизни страны, регистрации так и не добилась.

 

Сворачивают свою активность и парламентские партии. Авторы доклада фиксируют снижение деятельности «Справедливой России» в Дагестане, Иркутской, Калужской, Костромской, Пензенской и некоторых других областях (при активизации в Ивановской, Курганской, Рязанской областях). Также малозаметна в большинстве регионов ЛДПР, если не считать фонового размещения рекламных щитов с логотипом партии. Деятельность партии сводится к участию в общепартийных пиар-акциях (агитпоезд ЛДПР, митинги против сети «Макдональдс» и т.д.).

 

«Даже в отношении КПРФ региональные эксперты отмечают снижение активности партии в таких регионах как Калининградская, Курганская области и ряд других», — говорится в докладе.

 

Резко снизилась в регионах политическая активность ранее одной из наиболее заметных новых партий – «Гражданской платформы». Это стало заметно после неудачи на выборах в Мосгордуму и раскола в партии из-за «крымского вопроса». После ухода Ирины Прохоровой партия с политической площадки фактически исчезла.

 

На активность партий влияет и повсеместный возврат к смешанной системе выборов (в конце нулевых, в основном, использовалась пропорциональная система).

 

Авторы доклада отмечают, что к полной ликвидации выборов по партийным спискам регионы не стремятся, хотя с ноября 2013 года они получили возможность сократить обязательную долю «списочников» до 25% вместо 50%. Но пока регионы этой возможностью не воспользовались.

 

Однако на уровне ниже региональных центров отмена выборов по партспискам продолжается, несмотря на протест оппозиции  (в качестве примера приводится Владимирская область). Одновременно в преддверии местных выборов в уставы большинства муниципальных образований области вносятся изменения, касающиеся отмены платных должностей в советах народных депутатов. После сентябрьской кампании в таких советах все без исключения народные избранники будут работать на общественных началах, отмечают эксперты КГИ.

 

В ряде регионов заметен обратный тренд: вводится смешанная система вместо обычной мажоритарной. В таких случаях для того, чтобы не терять контроль над округами, регионы часто идут на увеличение общего количества депутатов.

 

«При введении партийных списков на выборах в Совет депутатов Новосибирска несогласие выразил ряд депутатов от партии «Единая Россия», так как она в Новосибирске по спискам набирает существенно меньше 50%, но побеждает в большинстве одномандатных округов. Однако руководство партии в лице секретаря генсовета Сергея Неверова настояло на данном предложении. В результате была сохранена прежняя численность одномандатников (осталось 40) и к ним добавили 10 «списочников». В Костроме численность депутатов гордумы увеличена с 35 до 38 человек. При этом 28 депутатов будут избираться, как прежде, по одномандатным округам, а 10 – по спискам. Таким образом число одномандатных округов уменьшится не так радикально, как могло бы: с 35 до 28», — приводят авторы доклада пример подобных нововведений.

 

Оппозиции добавят трудностей

 

Авторы доклада отмечают, что в преддверии выборов региональные власти продолжают готовиться к ним так, чтобы сделать их максимально затруднительными для оппозиции.

 

К примеру, внимание экспертов обратила на себя ставшая уже неоднократной практика, когда председатель региональной избирательной комиссии переходит на работу в администрацию региона на должность, прямо связанную с организацией и проведением выборов, что создает ситуацию дополнительной неформальной зависимости избиркома от администрации. В качестве примеров приведены Хакасия, Калиниградская, Орловская области.

 

«Стоит отметить традиционное негативное явление, препятствующее развитию нормальной политической конкуренции, – почти в половине регионов окончательная редакция закона о выборах была принята менее чем за месяц до начала избирательной кампании, что, очевидно, создает дополнительные сложности для участников избирательного процесса (в первую очередь оппозиции)», — отмечают авторы доклада.

 

В некоторые региональные законы перед выборы внесены нормы, усложняющие процесс сбора подписей и создающие дополнительные проблемы для регистрации оппозиционных кандидатов.

 

Так, в статью 82 Избирательного кодекса Костромской области 18 мая 2015 года было добавлено положение, что при сборе подписей кандидат или избирательное объединение обязаны не просто составить и представить список лиц, осуществлявших сбор подписей избирателей, но и нотариально удостоверить сведения о лицах, осуществлявших сбор подписей, и подписи этих лиц. Костромские независимые СМИ окрестили эту поправку «Закон по борьбе с Навальным», так как Костромская область вместе с Калужской и Новосибирской областями вошла в число трех регионов, объявленных на данных выборах приоритетными РПР-ПАРНАС, на базе которой формируются объединенные списки демократической оппозиции (в Калужской и Новосибирской областях были приняты аналогичные поправки).

 

Авторы отмечают и чуть не единственную позитивную новость: в Костромской области по инициативе прокуратуры был принят законопроект, вносящий изменения в региональный избирательные кодекс, который ранее ограничивал права журналистов, освещающих ход выборов и референдумов в регионе. Поводом для законодательной инициативы стали итоги прокурорской проверки, проведенной по жалобе наблюдателей на выборах. Местные журналисты, которые планировали участвовать в наблюдении за ходом голосования в Костромском районе, столкнулись с тем, что члены территориальных избирательных комиссий начали требовать у них дополнительные документы, помимо редакционных удостоверений, – бумагу от главного редактора с именем, номером избирательных участков, на которые отправляется журналист, и номером его удостоверения. Прокуратура стала на сторону журналистов, так как закон о СМИ не предусматривает подобных дополнительных требований для освещения корреспондентом избирательного процесса.

 

Самым интересным фактором, который может повлиять на результаты муниципальных выборов, является возвращение строки «Против всех», напоминают эксперты. Такой пункт возвращается в бюллетени с 2015 года, причем только на муниципальные выборы и только в тех регионах, где этого пожелают региональные законодатели. Анализ законов о муниципальных выборах всех субъектов РФ показал, что пока строка «против всех» легализована лишь в шести регионах. Это Республика Карелия, Республика Саха (Якутия), Белгородская, Вологодская, Калужская и Тверская области. При этом в Карелии соответствующий закон был принят лишь 26 мая 2015 года.

 

Наконец, двум городам России в 2015 году не повезло: они вообще лишились прямых выборов в городские парламенты, это Самара и Махачкала. Эти нововведения были проведены под давлением из федерального центра, поясняется в докладе.

 

 

 

Екатерина Винокурова

 

 

http://znak.com/moscow/articles/01-07-09-56/104122.html

1 Июля 2015
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов