Между Нигерией и Камеруном

 

Фотография: Илья Питалев/ТАСС

 | 

 

В рейтинге восприятия коррупции Transparency International Россия стоит на одной строчке с Нигерией

восприятия коррупции в России в 2014 году по сравнению с прошлогодним показателем вырос на один балл. В нынешнем докладе международного движения по противодействию коррупции Transparency International Россия оказалась на одной строчке с Нигерией, Ливаном, Ираном, Киргизией и Камеруном.  

В рейтинге Transparency International страны мира ранжируются по шкале от 0 до 100 баллов, где ноль обозначает самый высокий уровень восприятия коррупции, а 100 - самый низкий.

«В 2014 году Россия получила 27 баллов, на один балл меньше, чем в 2013 году, и заняла 136-е место, поделив его с Нигерией, Ливаном, Киргизией, Ираном и Камеруном», - говорится в докладе организации. Таким образом, Россия заняла 127-е место, набрав 28 баллов.

Среди стран бывшего СССР наивысший балл набрала Грузия (52), наименьший — Туркменистан (17 баллов). Армения получила 37 баллов, Молдавия — 35, Белоруссия — 31, Азербайджан и Казахстан — по 28, Киргизия — 27, Украина — 26, Таджикистан — 23, Узбекистан — 18.

Самые худшие результаты вообще показали Сомали и Северная Корея. А вот победителями стали Дания (92 балла), Новая Зеландия (91) и Финляндия (89).

TI регулярно представляет Индекс восприятия коррупции с 1995 года. Россия вошла в список в 1996 году: тогда он состоял из 54 государств, и наша страна получила 2,6 балла, встав на 46-47 место наравне с Индией. В 2012 году методология подсчета индекса изменилась, а сам индекс стал рассчитываться по 100-бальной системе. Все это время Россия стабильно занимает нижние строчки рейтинга.

Страны, получившие нелестные для себя оценки, часто обвиняют рейтинг в предвзятости.

Основная претензия предъявляется к методике подсчета. TI измеряют не уровень коррупции как таковой, а степень ее восприятия предпринимателями, аналитиками по оценке коммерческих рисков и специалистами из различных международных организаций.

Для включения страны в ИВК правозащитники ищут минимум три источника информации: независимые экспертные организации, которая анализируют госуправление и бизнес-климат. Эксперты Transparency International проверяют методологию источников на соответствие своим стандартам качества.

Многие эксперты, в частности в авторитетном globalanticorruptionblog.com, критикуя индекс за условность методологии, признают:

он действительно измеряет уровень коррупции, и страны в конце списка без сомнения более коррумпированны, чем страны в начале. Но при этом эксперты полагают, что индекс не очень чувствителен: то есть, например, можно согласится, что Россия точно коррумпированей Дании, но отличить Украину от России (даже если одна из стран выше в рейтинге, чем другая) достаточно проблематично.

Среди других слабых сторон рейтинга - он не умеет отслеживать динамику во времени и создает порочные круги. Например одна из самых цитируемых статей про коррупцию в мире — работа Паоло Мауро «Коррупция и рост» — показывает, что коррупция приводит к меньшему экономическому росту через падение прямых иностранных инвестиций. Однако решение о прямых иностранных инвестициях принимается на основе рейтинга TI, таким образом ситуация закольцовывается.

Кроме того, индекс может слабо соотноситься с уровнем бытовой коррупции или ее восприятием. Как отмечают социологи, респонденты не всегда готовы честно ответить на вопрос, были ли у них коррупционные сделки за последний год, а с другой стороны склонны отвечать «да, все вокруг коррумпированы» с увеличением общего недовольства правительством.

Несмотря на все недостатки, специалист по изучению коррупции Ричард Мессик, например, считает, что рейтинг выполняет важную социальную миссию. Слабое положение страны в списке оказывает огромное давление на политиков и побуждает их принимать новые меры по борьбе с коррупцией, а доступная форма подачи в виде наглядных таблиц привлекает большое внимание СМИ и рядовых граждан.

Коррупция в России
Согласно осенним исследованиям социологов Левада-центра, положение России в последних строчках рейтинг TI соотносится с восприятием проблемы россиянами. Более трети опрошенных уверены, что справиться с коррупцией в России невозможно. Чаще всего респонденты называют коррупционерами сотрудников ГИБДД (43%), полиции (39%) и таможни (35%). Основная форма коррупции в России, по мнению 45% респондентов, — это взяточничество. Каждый третий (33%) говорит о распространенности «блата», 31% указывает на «семейственность, кумовство».

Увидеть картину целиком вряд ли представляется возможным, но о многом можно судить по ее частям. В 2010 году, например, тогда еще президент Дмитрий Медведевзаявил на совещании по исполнению поручений главы государства, что в ходе госзакупок ежегодно расхищается не менее 1 трлн. рублей, или около 10% выделенных средств.

После громкого дела главы Минобороны Анатолия Сердюкова о хищениях в «Рособоронсервисе» в 2012 году российские власти снова объявили крестовый поход коррупции. Эта тема неоднократно звучала в речах президента и высокопоставленных чиновников. Впрочем, высокое положение, похоже, страхует от многих рисков. По коррупционным делам о миллиардных хищениях арестов избежали: экс-директор ФСИН Александр Реймер, глава Минсельхоза Елена Скрынник, затих и процесс «Рособоронсервиса».

В 2013 году Счетная палата провела плановую «Проверку эффективности мер по обеспечению закупок товаров (работ, услуг) для государственных нужд по контрактам на сумму свыше 1 млрд рублей, подлежащих финансированию за счет средств федерального бюджета».

Выяснилось, что 70% контрактов (в количественном и стоимостном выражениях) заключается и реализуется по «серым» схемам.

В этом же году в администрации президента создали антикоррупционное управление под руководством Олега Плохого, однако о конкретных громких расследования управления пока не известно. Судя по информации в СМИ, до сих пор управление занималось консультационной деятельностью.

Одним из самых громких уголовных дел в сфере борьбы с коррупцией в этом году стал арест руководителя Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД Дениса Сугробова. Генерал и другие сотрудники ГУЭБиПК являются фигурантами уголовного дела о превышении должностных полномочий, создании преступного сообщества и провокации взятки. По данным следствия, оперативники и руководители главка пытались подставить сотрудника ФСБ – планировали выдать себя за бизнесменов и предложить взять их «под крышу» за $10 тыс. в месяц.

В июне 2014 года погиб заместитель Сугробова Колесников. Находясь в СИЗО, Колесников при пока невыясненных обстоятельствах получил перелом лобной и теменной костей свода черепа, а после этого выпал с балкона Следственного комитета и разбился насмерть.

На этом фоне российские власти пытаются разнообразить меры пресечения. В конце ноября 2014 года президент Владимир Путин внес в Думу закон об исправительных работах за незначительные коррупционные преступления. В текущем варианте закона предусмотрено наказание за коррупцию только в виде штрафа или лишения свободы, если преступник не может заплатить штраф.

Помимо введения исправительных работ, предлагается снизить минимальную кратность штрафа за взятки и ввести штраф в фиксированном размере с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью до трех лет. Кроме того, законопроект предусматривает введение в УПК возможность ареста имущества подозреваемого или обвиняемого на случай, если коррупционер не сможет заплатить штраф.

http://www.gazeta.ru/politics/2014/12/03_a_6326177.shtml

3 Декабря 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro Родину

Архив материалов