Лишь каждый четвертый волгоградец желает жить в городе Сталина

Лишь каждый четвертый волгоградец желает жить в городе Сталина Разговоры о переименовании города-героя идут давно. Фото Reuters

Тема Сталинграда не является выигрышной для Путина

Ставшее очередной информационной сенсацией заявление Владимира Путина в Нормандии о готовности вернуть Волгограду имя Сталинград, если за это выскажутся волгоградцы на общегородском референдуме, мало кого заинтересовало в городе-герое.

«К заявлениям на «сталинградскую» тему в Волгограде давно привыкли, – говорит политолог Андрей Миронов. – Переименовать Волгоград в Сталинград требуют несколько раз в год, поэтому интерес к теме сохраняется, но уже не имеет остроты». Чем больше о переименовании в Сталинград говорят, тем меньше верится в то, что это произойдет, отмечает эксперт.

Озвученная президентом формула «Сталинград будет, если за это выскажутся горожане на референдуме» на самом деле была придумана вовсе не им. Впервые этот тезис озвучил еще Борис Ельцин на Мамаевом кургане в мае 1996 года. Тогда, во время предвыборного тура, Ельцин впервые обратился к собравшимся на главной высоте России волгоградцам со словами «дорогие сталинградцы» и возложил президентский венок к могиле маршала Василия Чуйкова. Отвечая на вопрос группы горожан по поводу возвращения Волгограду имени Сталинград, Ельцин заявил: «Если будет на то воля волгоградцев, я ее поддержу». На том и расстались.

Повторив спустя 18 лет слова Ельцина, Путин подал сигнал о том, что лично он не является сторонником возвращения Сталинграда на карту России. По информации «НГ», 2 февраля 2013 года, когда Путин прибыл в Волгоград на празднование 70-летия победы под Сталинградом, он заявил тогдашнему губернатору Сергею Боженову во время беседы без телекамер, что не видит необходимости переименования города. После отъезда Путина в кулуарах местной власти появился слух, что «вождю больше нравится Царицын». А 7 февраля 2013 года пресс-секретарь президента Дмитрий Песков публично заявил, что «вопрос о переименовании Волгограда в Сталинград в политической повестке Кремля не стоит».

«Если бы Путин действительно хотел вернуть название Сталинград, он сделал бы это президентским указом, – считает политический эксперт Алексей Крымин. – Путин никогда не упускает выигрышные пиаровские темы. Значит, тему Сталинграда он таковой пока не считает».

Почти 20-летние игры в «сталинградскую забаву» дают основание предполагать, что они будут продолжаться. «Тема переименования Волгограда является одним из инструментов быстрого и резонансного воздействия на общественное мнение, причем в масштабах всей страны. Если переименование на самом деле допустить, то, значит, лишиться такого «всепогодного» механизма общественного влияния. Ведь переименовать город в Сталинград можно только раз», – считает политический эксперт Евгений Калинин. Впрочем, допускает эксперт, после переименования в Сталинград вполне может начаться уже «реверсная кампания» – за возвращение имени Волгоград, а то и Царицын: «И тогда шоу будет продолжаться».

Игровой характер путинского заявления в Нормандии, похоже, уловила волгоградская бюрократия. Спустя почти три дня после президентского «быть может» ни один из городских или региональных чиновников и депутатов даже словом не обмолвился на тему референдума, не высказал своего отношения к идее переименования. Промолчали пока даже волгоградские коммунисты, которые давно занимаются политическими спекуляциями на сталинградской теме.

По состоянию на 8 июня с.г. лишь члены Клуба экспертов Волгограда – неформального сообщества политических экспертов, социологов, журналистов, а также директор мемориального комплекса на Мамаевом кургане Алексей Васин публично высказались за возвращение Сталинграда.

«Я однозначно за Сталинград, – сказал Васин. – Сталинград, а не Волгоград знают во всем мире. Только в Париже именем Сталинграда названы шесть объектов. Переименование само по себе вызовет резонанс и всплеск интереса к Сталинграду, даст толчок развитию города. Кроме того, переименование будет лучшим подарком ветеранам к 70-летию Великой Победы».

Сторонники возвращения Сталинграда уверены, что референдум для этого не нужен. Как утверждают местные историки, переименование Сталинграда в Волгоград в 1961 году было осуществлено с нарушением законодательства. Решения местных властей о смене названия города-героя на Волге не было: несмотря на давление Москвы и лично Никиты Хрущева, члены Сталинградского обкома КПСС отказались подписывать документ о переименовании. В итоге только двое обкомовских функционеров поставили под ним свои подписи. После этого Сталинград был переименован в Волгоград волюнтаристским решением тогдашних хозяев Кремля.

«Кремль поменял имя Сталинград на Волгоград, Кремлю же следует провести обратную процедуру. Ссылка на местный референдум – это уход руководства страны от политической ответственности», – считает политолог Александр Стризое.

Как показывают социологические опросы, проводимые в Волгограде последние 15 лет, лишь около 25% горожан поддерживают идею возвращения Сталинграда. Большинство же привыкло к нынешнему названию города и считает его родным для себя и своих детей, которые также родились в Волгограде.

Волгоград

http://www.ng.ru/regions/2014-06-09/3_volgograd.html

Вернем Сталинград!  А потом и сталинщину? На праздновании в Нормандии главными действующими лицами были ветераны. Фото Reuters

 

Заигрывание с желаниями ветеранов лицемерно и опасно для будущего страны

На недавней встрече с ветеранами Второй мировой войны президент Владимир Путин счел возможным переименование Волгограда в Сталинград. Добавив, что вопрос должен быть решен на референдуме. Эксперты видят в происходящем попытку реванша сталинизма. Вчера идею референдума поддержала РПЦ. Глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин, говоря о сталинских репрессиях, заявил, что Священное Писание не возбраняет «христианам применять силу к внешним и внутренним врагам своего Отечества».

На встрече в Нормандии Владимир Путин, отвечая на вопрос одного из российских ветеранов насчет переименования, порекомендовал решить этот вопрос населению региона: «В данном случае жители должны провести референдум, определиться. Как жители скажут, так и сделаем». «Это не я отменял название Сталинград», – шутливо добавил президент. И пообещал: «Подумаем, как это можно сделать».

Если с фактического одобрения Владимира Путина референдум в Волгограде состоится и к 70-летию Победы город переименуют в Сталинград, станет совершенно очевидно, что власть окончательно встала на путь возврата в политический соцреализм. Крым – наш, Сталинград – наш, Гимн – наш, Государство – база и конечная цель и ценность развития, культурная политика – самовыражение без толерантности.

Надо отметить, что возврат в советское прошлое – это не возврат вообще в социализм как таковой, а конкретно в эпоху сталинизма. Ведь при Хрущеве были приняты политические решения по разоблачению культа личности Сталина с обоснованием мотивов переименования Сталинграда в Волгоград и выносом тела Сталина из Мавзолея.

Трудно отделаться от впечатления, что шаги по реставрации сталинизма являются, с одной стороны, искренними, а с другой – вынужденными. Поддерживать рейтинг на уровне тоталитарной (авторитарной) нормы – дело хлопотное.

Отсутствие энтузиазма у официальной идеологии в освещении фактов кровавых преступлений Иосифа Сталина создает впечатление некоей политической заданности. Чтобы выбор граждан был сознательным и осознанным, важно показать всю нечеловеческую сущность сталинизма, главным дисциплинирующим инструментом которого были репрессии. Ошибочная концепция активизации врагов народа по мере успехов в строительстве социализма, осужденная в СССР в 50–60-е годы, вновь завладевает умами современников. «Враги России» – те, кто не согласен с властями. Упрощенное отношение к дискуссии с немедленным желанием переломать ноги идущим не строем пробуждает в обществе звериные инстинкты. Сколько судеб было сломано, сколько людей в СССР было уничтожено – только за то, что они критически относились к методам коллективизации и индустриализации, практике военного строительства!

Население серьезно подзабыло ужасы сталинизма. Федеральные телеканалы балуют людей бесконечными сериалами, где героические чекисты разоблачают и уничтожают врагов народа.

Телевидение уже многие годы не ведет вдумчивый разговор о судьбах государства, ввергнутого в «строительство социализма» в глубоко крестьянской стране. 

Строительство – через колено, вопреки всем Марксовым гипотезам о том, что это под силу лишь наиболее развитым капиталистическим экономикам. Что, собственно, и подтверждает современная Западная Европа.

Мобилизационная модель Сталина была возможна на основе яркой и разделяемой массами идеологии, образа внешнего и внутреннего врага, экспроприации частной собственности, концентрации власти в одних руках.

Большинство из заклейменных как «враги трудового народа» лишь через четверть века были реабилитированы. Большинство посмертно. А репрессированные народы? Любой, кто сомневался в вине целых народов, оказывался репрессированным. И что же? Уже в этом году мы слышали много пафосных слов об ошибках прошлого в отношении, например, крымских татар.

Возвращение Волгограду имени Сталина, если таковое состоится, будет означать четкий сигнал: Россия, Путин твердо стали на путь, ведущий в исторический тупик. И не надо иллюзий, мол, мы слышим ветеранов. Никто их не слышит, когда «сталинские соколы» призывают национализировать сырьевые компании и отменить раздражающую их рекламу на телевидении.

Подталкивание Владимира Путина к реабилитации Сталина и сталинизма, изоляционизму, опоре на собственные силы и централизации государственной воли вокруг госбюджета – проявление живучести реваншистских настроений, бытующих в среде военно-чекистской номенклатуры.

Стать заложником грез и чаяний сталинистов можно лишь по собственному желанию. Потому что в имени Сталина сосредоточено больше социально-политических смыслов, чем победа в одной конкретной битве.

Сталинизм – бесчеловечная система установления общественно-экономического порядка на основе классовой и социальной ненависти, предельной централизации и концентрации власти и процессов принятия решений. Это система уничтожения священников всех конфессий, разрушения храмов, человека как свободной и высшей сущности мироздания.

России в XXI веке не по пути ни со Сталиным, ни со сталинистами.

Как бы там ни было, случившийся на торжествах в Нормандии диалог вдохновил коммунистов. В партии этот диалог приравняли к появлению в учебнике истории характеристики Сталина как эффективного менеджера. 

Вчера выяснилось, что и в РПЦ не видят причин, почему люди не могли бы высказаться по вопросу о переименовании Волгограда. Протоиерей Всеволод Чаплин напомнил, что «в последние годы жизни Сталина наши Патриарх и Синод высказывались о нем с уважением». Если спросить священнослужителей, монашествующих и активных мирян, добавил Чаплин, то среди них будет немало тех, кто видит и положительные моменты в деятельности Сталина. Признав, что «Сталин был гонителем Церкви», протоиерей осторожно произнес, что осуществлявшиеся при нем репрессии «в значительной своей части были несправедливыми». То есть – не целиком, а только «в части», хотя и «значительной».

Зачем власти реанимировать давнюю коммунистическую мечту? Ответ может содержаться в одном из высказываний Чаплина насчет референдума. Тему Сталина и его гонений против Церкви, заявил протоиерей, «пытаются использовать для того, чтобы жестко продавить ультралиберальную позицию в вопросе, может ли христианин применять силу к внешним и внутренним врагам своего Отечества». «Если мы не будем пытаться переписать Писание и Предание, то ответ очевиден: может. Более того – подчас должен».

В КПРФ «НГ» заверили, что волгоградские товарищи давно готовы к проведению референдума. Они много раз предлагали его осуществить и всегда наталкивались на бюрократические препоны, сетует юрист КПРФ, депутат Вадим Соловьев. Необходимые для референдума 30 тыс. подписей для коммунистов не проблема, заверил «НГ» Соловьев. Вся процедура вместе с рассмотрением документов в местном избиркоме и Заксобрании может занять от силы три месяца, полагает собеседник «НГ», и обойдется в 2–3 млн руб.: «Мы очень надеемся, что в связи с 70-летием Победы это будет сделано». Насколько популярны в стране персона Сталина и идея переименования? На протяжении последних пяти лет, сказал «НГ» замдиректора Левада-Центра Алексей Гражданкин, наблюдается рост расположения к Сталину: «Около 50% респондентов населения страны оценивает его как положительную фигуру в истории, и только около трети – как отрицательную. При этом сумма положительных оценок, от восхищения к симпатии, – растет, а сумма отрицательных (от неприязни до отвращения) – падает». В отношении переименования цифры несколько другие, говорит Гражданкин: «Число россиян, которые поддерживают эту идею, на протяжении последних 15 лет колеблется в рамках 17–23%. Количество людей, которые против этой идеи, стабильно более 50%».

Президент фонда «Эффективная политика» Глеб Павловский расценивает высказывание Путина как «понятный политический маневр в рамках символической политики»: «Проводя менее агрессивную линию в отношении Украины, взяв курс на деэскалацию этого европейского конфликта, Путину приходится чем-то кормить ожидания нового крымского большинства, ориентированного на имперский дискурс, которое хочет побед и триумфов. Переименование Волгограда в Сталинград – компенсация за несостоявшуюся Новороссию».

Раскормленные телевидением массовые ожидания делают президента заложником телепропаганды, утверждает эксперт: «Телевидение, которое когда-то было предельно управляемым, теперь само управляет поведением власти. Мы вернулись в ситуацию конца 90-х, когда ТВ было рычагом давления на власть. Ситуация повторилась, но уже по другой причине. Власть спустила пса с поводка и натравила его на Украину и на Запад. А теперь не знает, как с ним быть. Новому крымскому большинству нужно давать новые темы, которые хотя бы отчасти удовлетворяли эту прожорливую тварь, – я не вижу другой причины переименования. Тем более что Путин на самом деле никогда не был поклонником Сталина и достаточно трезво оценивал его роль в истории. Особенно его роль в ударах по государственности. Потому что никто не уничтожил такое количество государственников в России, как Сталин».

 

Путинское добро на референдум, читай – на переименование, вовсе не эмоциональный шаг, уверен Павловский: «Это такой размен, и не последний. Будут и другие шаги такого рода, и они обязательно будут успешны, потому что теперь пес очень голоден». Это новое новороссийское большинство хочет какого-то немыслимого величия, подтверждаемого действиями, говорит Павловский. Путин в какой-то мере стал заложником этого давления, которое в каком-то смысле сам и спровоцировал. Ближайшей реальной политической задачей президента эксперт считает необходимость освободиться от этого заложничества. 

http://www.ng.ru/politics/2014-06-09/1_stalingrad.html

9 Июня 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro Родину

Архив материалов