Пять мифов украинского протеста

Владимир Милов – о заблуждениях россиян, наблюдающих за «евромайданом»

  06.12.2013 16:50  
 
 

 
 
 


 

 

Бурные дискуссии о событиях в Украине сегодня переполнены целым набором штампов, от которых следует решительно оторваться, если вы действительно хотите понять, что происходит на Украине и какие последствия этого возможны для России. Давайте попробуем опровергнуть несколько наиболее распространенных мифов, которые часто специально подогреваются официальной российской пропагандой, чтобы сформировать негативное отношение к движению Украины в сторону евроинтеграции.

 

Миф первый – что курс на евроинтеграцию есть узкое местечковое пожелание «западенцев», территорий Западной Украины, которые хуже связаны с Россией исторически и имеют интерес «оторвать» остальную Украину от связей с нашей страной. Собственно, один из наиболее успешных трюков российской пропаганды – линия на принижение европейского курса до узких интересов Западной Украины, вбрасывание в общественное мнение терминов типа «евробандеровцы» и так далее.

 

На самом деле Западная Украина, в силу своей социально-экономической отсталости и периферийности, никого никуда тянуть особо не в состоянии. Совсем другое дело – позиция жителей Киева, самого богатого среди регионов Украины и одного из самых населенных. Здесь сосредоточена политическая и интеллектуальная элита страны, которая, кстати, сохраняет глубокую социальную и культурную связь с Россией (у меня от поездок в Киев всегда складывалось впечатление, что многие там подспудно смотрят на Москву как на некую «более серьезную столицу», несмотря на 20 лет независимости и прямых контактов с Европой).

 

Понятное дело, что Киев, а вовсе не промышленные восточные регионы, задавал и будет задавать остальной стране стандарты политического мышления.

 

И вот именно экономически и культурно развитый Киев, а вовсе не «западенцы», является основным источником запроса на евроинтеграцию в украинском обществе. Три оппозиционные партии в Верховной Раде, поддерживающие сближение с ЕС – Батькивщина, УДАР и Свобода – получили здесь на выборах год назад три четверти голосов, примерно столько же киевлян поддерживают и европейский курс страны в целом. Что касается восточных регионов Украины, то здесь тоже не все так просто: опросы общественного мнения показывают, что устойчивыми евроскептиками здесь является всего лишь около трети населения, тогда как около половины (большая часть) то же соглашение об ассоциации с ЕС поддерживает.

 

Таким образом, умелый трюк российской пропаганды, пытающейся изобразить сближение с ЕС такой локальной партизанско-бандеровской повесткой, является не более чем трюком: интеграция с Европой является в Украине национальным запросом, в особенности сильно поддерживаемом в наиболее культурно и экономически продвинутом Киеве.

 

Миф второй, связанный с первым – что в авангарде запроса на евроинтеграцию первую скрипку играет националистическая партия «Свобода» со, скажем так, неоднозначной репутацией, и что победа «евромайдана» сделает бенефициаром именно крайне правых националистов. Ну а дальше начинается – «смотрите кто пришел», вытаскиваются на свет фотографии наиболее одиозных персонажей из числа украинских ультранационалистов, все как при освещении московской либеральной прессой «Русского марша» - весь фокус на эффектные «зиги» с целью намеренно замылить содержание проблемы.

 

Тут нужно понимать, что резкий рост влияния крайне правых на Украине – прямое следствие провала проевропейских политиков-центристов в 2004-2010 годах. Разочарование в правоцентристах и последующий всплеск популярности крайне правых – традиционное для европейских стран явление, посмотрите что на Францию, что на Великобританию. При этом у крайне правых есть свой очевидный потолок поддержки из-за большого антирейтинга, и на серьезные победы и национальное лидерство претендовать они не могут (скажем, сценарием мечты для Виктора Януковича на президентских выборах 2015 года был бы выход во второй тур с Олегом Тягнибоком – единственный вариант, при котором Янукович гарантированно побеждает). Так что, несмотря на показательное лидерство «свободовцев» в силовой части противостояния на улицах Киева, изображать их флагманами курса на евроинтеграцию сложно – давайте вспомним Восточную Европу, где многие из вчерашних крайне правых борцов за освобождение от советского влияния и вступление в ЕС сейчас, уже внутри Евросоюза, стали закоренелыми евроскептиками.

 

Так что не стоит мазать общественный запрос на евроинтеграцию в Украине цветами партийными флагов «Свободы» - это преувеличение.

 

Третий миф – о том, что от тех или иных форм более тесной интеграции с ЕС Украина много потеряет экономически, так как ее продукция в Европе никому не нужна, а европейцы просто рассматривают Украину как рынок сбыта и источник дешевой рабочей силы, и ничем помогать этой стране не собираются.

 

Чтобы проверить этот миф на прочность, следует обратиться к опыту других посткоммунистических стран, вступивших в Евросоюз лет десять назад. Несмотря на разнообразные пройденные трудности (их было немало), в среднем ВВП на душу населения там вырос примерно вдвое, примерно на столько же – накопленные прямые иностранные инвестиции. Интеграция с ЕС позволила облегчить модернизацию промышленности, транспорта, связи. «Отток населения», которым пугали восточноевропейцев тогда и пугают украинцев сейчас («будете работать официантами в западноевропейских столицах»), обернулся экспортом рабочей силы и миллиардными денежными переводами, посылаемыми обратно на родину. Попытки высчитывать какие-то текущие потери выглядит откровенно глупо с учетом опыта Польши, Балтии и других стран бывшего восточного блока, которые эту дорожку уже прошли. Не говоря уже о том, что вступление в ЕС стало мощнейшим стимулом для национальных элит проводить серьезные и необходимые структурные реформы, без которых Украина уже третье десятилетие болтается в состоянии зависшей постсоветской экономики с разбитыми институтами и доживающими свой век основными фондами.

 

Четвертый миф – что Украина что-то должна России. Крым там, и так далее. Бесспорно, передача Крыма Украине в 1954 году была грубейшей исторической ошибкой (употребим наиболее мягкое слово) советского режима. Да и вообще нарезка межнациональных границ в СССР – не самое удачное мероприятие, создавшее после распада СССР массу проблем. Однако же мы, в целом, избежали югославского варианта войн всех со всеми за территорию и сотен тысяч жертв, и слава Богу – никакие территориальные претензии не могут оправдать открытия ящика Пандоры, коим может являться перевод всех этих битв за земли в интернете в практическую плоскость. Если мы хотим, например, защищать права русских в Украине (если есть реальные факты о том, что они там страшно ущемляются) – то давайте делать это. В омут территориальных споров предлагается не кидаться, это выйдет себе дороже. Тем более что Украина кое-что серьезное нам вернула – например, ядерное оружие, которое, вообще-то, будь она чуть менее дружественной для России страной, могла бы оставить себе.

 

Ну и пятый миф – что евроинтеграция Украины (в любом, даже усеченном виде) вредна России. Россия сама под шумок «ходит налево»: Евросоюз является нашим крупнейшим экспортным рынком, составляя более 40% в структуре нашего экспорта (СНГ – 13%, азиатское дальнее зарубежье – 20%). Половина российских прямых зарубежных инвестиций приходятся на страны ЕС, а еще 40% - на пресловутые Британские Виргинские острова, которые формально в ЕС не входят, но принадлежат стране-члену ЕС, Великобритании. На семь крупнейших инвесторов – стран ЕС приходится 70% накопленных прямых зарубежных инвестиций в Россию. При таких цифрах чего-то там лопотать против сотрудничества кого-то еще с Европой – ну это просто смешно.

 

И последняя, но, может быть, самая важная деталь.

 

Украина, несмотря на все сложности, сумела за 20 с лишним лет избежать у себя установления диктатуры – редкое явление для постсоветских стран, в подавляющем большинстве которых авторитарная система так или иначе вернулась.

 

Попытки были, желающие были, но у них не получилось – тот же режим Януковича не идеален, но это не диктатура. Несмотря на то, что могущественный «сосед справа» не раз был замечен в попытках помочь Украине установить такую же политическую «стабильность», как мы имеем в Москве, Минске, Астане. Но Украина такой товар, как диктатуру, покупать у нас не хочет – а ЕС ей его не предлагает. Возможно, эта штука будет посильнее любых экономических и культурных аргументов. Нашим противникам европейской интеграции Украины следует об этом крепко призадуматься. Давайте лучше подумаем о том, как нам, русским, наконец избавиться от собственной диктатуры – если смотреть на европейские устремления Украины через призму этого главнейшего вопроса, многое предстанет в ином свете, нежели хотели бы нам преподнести различные геополитические комбинаторы.

 

 

Об авторе. Владимир Милов родился 18 июня 1972 года в Кемерово. C мая по октябрь 2002 г. работал в  министерстве энергетики заместителем министра. С 2008 по 2010 год состоял в движении «Солидарность», входил в федеральный политсовет. Генеральный директор ООО «Институт энергетической политики» В настоящее время - председатель партии «Демократический выбор».

 

 

 

Владимир Милов  

 

http://www.znak.com/moscow/articles/06-12-16-50/101623.html

6 Декабря 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-винция

Архив материалов