Крымск.Фигурантам грозят реальные сроки

Суд вынесет решение о халатности во время наводнения в Крымске

Фигурантам грозят реальные сроки

В понедельник, 19 августа, Абинский районный суд на выездном заседании в Крымске готов поставить точку в деле о халатности в момент июльского наводнения 2012 года. За гибель 153 человек, двух пропавших без вести, 35 тысяч пострадавших ответят четыре бывших чиновника Крымского района. Их обвиняют по статьям УК «халатность», «служебный подлог» и «покушение на мошенничество». Ожидается, что приговор огласят в 10 утра.

То, что фигуранты получат реальные сроки лишения свободы, не сомневается на Кубани, кажется, никто. В защиту двух обвиняемых было собрано около 3,5 тысячи голосов, но местные жители единодушны в своем мнении: «Процесс политический, и решение в любом случае примут «сверху».

паводки наводнение в крымске суд приговор
 
  Крымск накрыла 7-метровая волна. Свои автомобили жители находили в огородах соседей на противоположной стороне улицы.  
  фото: Светлана Самоделова  

«Надеюсь на справедливое решение суда»

Отношение к «четверке», оказавшейся на скамейке подсудимых, у местных жителей разное.

Экс-главе Крымского района 50-летнему Василию Крутько, для которого обвинение просит самый большой срок — 6 лет лишения свободы, желают колонии не «общего», а «строгого» режима.

Крутько считают «варягом», «человеком пришлым». В 2003 году он занимал должность заместителя главы администрации Анапы. «Курировал санатории, а через два года под крылом «Единой России» стал «рулить» Крымским районом, — говорит станичник Иван Голиков. — У нас его иначе как «господином» не называли». (Правда, на выборах главы района в марте 2010 года этот господин набрал почти 80% голосов избирателей.)

Сразу после наводнения, когда схлынувшая вода оставила полторы сотни трупов, жители города бросились к дому Крутько. Но найти чиновника не удалось. Выяснилось, что еще до начала потопа он свою семью вывез из города. Во дворе осталась привязанная на цепи собака (коттедж был выстроен на высоком фундаменте, и вода сюда не дошла). Куда подался в столь критический момент глава Крымского района, не знали и его коллеги. Посоветовали искать его или у матери в станице Курчанской, или в его квартире в Анапе.

Потом крымчане увидели Крутько по телевизору. На совещании у президента Путина глава Крымского района заявил, что жителей предупреждали о наводнении, в том числе с помощью «бегущей строки» по телевизору. Его слова опровергла руководитель ГТРК «Крымский экран» Наталья Усова, заявив, что никакой «бегущей строки» с предупреждением до наводнения не было. Она появилась лишь после того, как из своего затопленного дома с улицы Адагумской до руководителя Усовой дозвонилась ее подчиненная — главный редактор Марина Сидорова. Женщина была в панике, кричала, что вокруг валом идет вода. «Бегущую строку» телевизионщики пустили в три часа ночи, когда во всем городе уже погас свет.

Губернатор Краснодарского края Ткачев на второй день после наводнения отстранил Крутько от должности.

Когда начался суд, крымчане были уверены, что «Крутько, который не моргнув глазом обманул Путина», получит максимальный срок. На судебные слушания его доставляли из следственного изолятора. Станичники с удовлетворением отмечали, что «господин Крутько» действительно находится в камере СИЗО, а не под домашним арестом в особняке.

Василий Крутько частично признал вину. От последнего слова он отказался, сказав лишь, что «надеется на справедливое решение суда». Защита считала, что смягчающими обстоятельствами для суда будет содействие следствию и нахождение на попечении у обвиняемого малолетних детей.

«Не мог предсказать ЧС, я — не ясновидящий»

Бывший мэр Крымска Владимир Улановский, выдвиженец от «Единой России», занял свой пост за 1,5 месяца до трагедии. Сначала он был взят под стражу, но из-за ухудшения состояния здоровья был переведен под домашний арест. Для Улановского гособвинение просило 3,5 года лишения свободы.

На заседания суда ему, как и Ирине Рябченко, предоставили право заходить через служебный вход. Это было продиктовано мерой безопасности, дабы обвиняемые не встречались лицом к лицу с потерпевшими, которые во время наводнения потеряли своих близких.

Но около Дома культуры, где проходили слушания, того же Улановского ждала группа поддержки. В защиту опального мэра поставили свои подписи около двух тысяч горожан. Свидетели уверяли, что он стал жертвой обстоятельств и сам чуть не погиб, спасая людей. В частности, журналистка местной газеты Екатерина Мокренко рассказывала, что, оставшись в ту ночь дома одна с трехлетней дочкой, не могла выбраться из затопленного дома. Друзья на звонки не отвечали. В сотовом телефоне оказался номер Владимира Улановского. В отчаянии стала звонить мэру, через 10 минут он примчался на помощь. Посадив Катю с дочкой в машину, он вернулся в соседний дом, откуда вызволил пожилую женщину. «Теперь говорят, что Улановский должен был организовывать штаб, давать поручения. Но если бы он не выбил заклинившую дверь, мы бы погибли, — говорят и супруги-пенсионеры Валентина и Иван Стариковы. — В ту страшную ночь мы уже простились с жизнью, стояли по горло в воде».

Жена бывшего мэра Татьяна Улановская уверяет, что в обвинительное заключение не вошли показания ни одного из свидетелей, которых в ночь наводнения спасал муж. По ее словам, когда начался сильный ливень, они были в гостях у сватов и не знали, что идет вода. Домой приехали около полуночи. Владимир, ответив на звонки, помчался спасать людей и сам чуть не утонул.

Своего мужа она считает «политическим заключенным».

Татьяна Улановская — федеральный судья Крымского суда. Во время предварительных слушаний, которые проходили в закрытом режиме, она взяла самоотвод. Краснодарский краевой суд передал дело в Абинский районный суд, который стал проводить выездные заседания в Крымске.

В конце декабря 2012 года Владимир Улановский, имеющий образование инженера-механика и юриста, обратился к общественности с открытым письмом. В послании он указал на несовершенство законодательства в части предупреждения чрезвычайных ситуаций, а также утверждал, что не обладал «достоверной и детальной информацией о возможном возникновении ЧС в Крымске». По словам Улановского, вечером 6 июля ему звонил оперативный дежурный из ГО и ЧС и рассказал о штормовом предупреждении и что «в ближайшие 1–2 часа возможны ливневые осадки». Других слов оперативный дежурный не сказал. Как отметил экс–мэр, у него не было «формальных поводов для введения режима функционирования «повышенной готовности». Он дал команду сотрудникам — мониторить уровень воды в реках, привести в готовность технику.

На суде, взяв последнее слово, экс-глава Крымска еще раз заверил, что не мог предсказать ЧС, по его выражению, он «не ясновидящий». В частности он сказал: «Если бы я был оповещен о ЧС, я бы не оставил родных в доме, где уровень воды достигал 4 метров и они чудом спаслись на крыше. Я бы не оставил жителей города. Я надеюсь, что суд вынесет справедливое решение».

Потерпевшие, сидевшие в зале, были другого мнения. Слышались возгласы: «Все понятно, виновата стихия. Какой с нее спрос?!». «Вы не герои, вы предатели», — высказалась в адрес обвиняемых женщина, потерявшая 7 июня в наводнении трех членов семьи.

«Был назначен на должность без своего ведома»

Бывшего исполняющего обязанности руководителя «Управления по предупреждению чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты муниципального образования Крымский район» Виктора Жданова, как и Крутько, доставляли в суд под конвоем, в наручниках. Пока шло следствие, он находился в следственном изоляторе.

Жданов обвинялся в халатности, а также в покушении на мошенничество. По версии следствия, он «вписал свой адрес в список домов, пострадавших в результате наводнения, который составлялся его подчиненными. При этом Жданов достоверно знал, что его жилище не только не повреждено, но даже и не находилось в зоне подтопления. Несмотря на это, он и четверо членов его семьи были включены в список граждан, пострадавших в результате ЧС, и претендовали на получение 50 тысяч рублей».

Гособвинение просило для Виктора Жданова 4,5 года со штрафом 80 тысяч рублей.

Когда ему предоставили последнее слово, Виктор Жданов сказал: «Я был назначен на должность без своего ведома. Исполнял свои обязанности по ликвидации последствий согласно должностным инструкциям, ни одного из пунктов я не нарушил. Участвовал в более чем десяти комиссиях. Ваша честь, считаю себя невиновным по предъявленным обвинениям. Прошу меня оправдать».

И у Жданова, бывшего офицера с 26–летней выслугой, в Крымске нашлось немало защитников, которые уверены, что ни в какие списки он себя не включал и даже не знал, что числится в списках, и денег этих его семья не получала. «50 тысяч Жданову «шьют» напрасно». Якобы списки на первоначальные выплаты формировала соцзащита, по 10 тысяч рублей получили многие крымчане, которые живут и на пятом этаже, и выше. В принципе они тоже пострадавшие: в Крымске более 10 суток не было ни воды, ни света, ни газа.

«Не смогла сделать больше»

Еще сложнее и запутанеей ситуация с экс-главой Нижнебаканского сельского поселения Ириной Рябченко. Гособвинение просило для нее 3,5 года условно. Это самое мягкое наказание из предъявленных «четверке».

Из обвинительного заключения, которое огласил прокурор, следует, что Рябченко вменяется халатность, повлекшая гибель шестерых человек на территории возглавляемого ею сельского поселения.

Многие из местных жителей считают Ирину Рябченко - «стрелочником». Инициативная группа собрала в ее поддержку около 1, 5 тысяч подписей. Списки были приобщены к материалам уголовного дела.

-Никакого уведомления о штормовом предупреждении моя подзащитная не получала. Не было никакого оповещения со стороны оперативного дежурного из ГО и ЧС, - говорит адвокат обвиняемой Артур Колесников. - Это доказывает представленная детализация звонков, как с ее рабочего, так и сотового телефонов. Ирине Рябченко позвонили уже местные жители из подтапливаемых домовладений, которые по колено стояли в воде.

Как рассказывают очевидцы, Ирина Рябченко сразу же выехала в станицу Неберджаевскую, откуда поступали тревожные сводки. Вместе со своим сыном она помогла эвакуироваться из затопленного дома семье Худоян.

-Я готов поклониться этой женщине, - говорит глава семьи — Титал Худоян. - Мой дом стоял в низменности, вода пошла в ночь с 6 на 7 июля сразу с трех сторон. Свет потух. В доме - престарелая мать, жена, дети, внуки. Плавать никто не умеет, вода прибывает... Стал звонить в МЧС, нам отвечают, что пробиться не могут, дороги размыты. Вынес на руках женщин из дома. Стал звонить главе сельского поселения Ирине Рябченко. Они с сыном, рискуя жизнями, пробились к нам на УАЗике, погрузили всех, вывезли на возвышенность. Через десять минут мост, по которому нам чудом удалось проехать, размыло водяным потоком. Дорога была перекрыта потоком воды и нарядами сотрудников полиции, которые никого не пропускали в Нижнебаканскую, в том числе – и Ирину Рябченко.

-Глава Нижнебаканского сельского поселения Ирина Рябченко — женщина боевая. Недавно помогла провести на двух улицах газ. А что при наводнении она могла еще сделать? В девять вечера в поселке отключили свет. Вода прибывала стремительно, - говорит Алена Махно. - В Нижнебаканское сельское поселение входит несколько населенных пунктов: станица Нижнебаканская, станица Неберджаевская, поселок Жемчужный и хутор Гапоновский. Разброс территориий — в 25 километров. Как ей было везде успеть?

Первоначально Рябченко вменялась гибель семерых человек. Об этом сообщил адвокат обвиняемой Артур Колесников. В ходе прений выяснилось, что один из них утонул на территории, которая не входила в Нижнебаканское сельское поселение.

Среди погибших - трудовой мигрант Мамадалиев, который работал у местного фермера. В ту злополучную ночь приезжий из Таджикистана остался ночевать в сарае, который стоял на берегу реки. При новоднении потоком воды ветхое строение унесло в реку вместе с работником.

Шесть человек погибли на федеральной трассе, которая проходит через Нижнебаканское сельское поселение, среди них – 3 – летний Артем Давтян, его 44 – летний отец и дед. (Малыш до сих пор считается пропавшим без вести). Семья возвращалась домой на своем автомобиле со стороны водохранилища. Отец ребенка 44-летний Завен Давтян успел позвонить жене и сказать, что они попали под сильный ливень, и внизу идет такой мощный поток воды, что он с трудом удерживает руль автомобиля. После этого связь с семьей прервалась.

-Вода внезапно пошла буквально водопадом, поток стал лавиной переливаться через трассу. Что могла в этой ситуации сделать глава Нижнебаканского сельского поселения? – говорит врач из Новороссийска, Губен Миносян, кто в ту страшную ночь оказался на трассе. – Это было как цунами. Впереди меня, метрах в десяти, шла машина «Нива». В районе Нижней Баканки нахлынула огромная волна. «Ниву» впереди снесло, я даже не понял куда. Резко нажал на тормоз, хотел развернуть машину. Куда, там. Мой внедорожник Toyota Land Cruiser понесло потоком. За какие — то считанные минуты у меня уже было половина солона воды. Машина заглохла, электронику замкнуло. Первое, что я сделал, пристегнул к ремню на поясе борсетку с документами. На случай, если я утону, чтобы меня сразу опознали. Потом стал выбивать ногами заклиневшие двери. Уровень воды доходил уже до половины лобового стекла. С большим трудом я вылез из машины и лег на крышу. Поток был настолько мощный, что с меня снесло тугие ботинки, которые я с трудом всегда развязывал.

В метрах пяти от меня страшно кричала женщина, которая, схватившись за дерево, пыталась удержать двоих детей. Я только протянул к ним руку, как потоком меня развернуло и понесло… Очнулся, когда машину прибило к столбу. Вода была крайне холодная. Я еще удивился, июль месяц, днем - пекло, откуда ледяная, обжигающая вода? Через несколько часов появились боли во всем теле, я сам доктор по профессии, понимал, что у меня наступает переохлаждение. Потом настала эйфория, у меня стало темнеть в глазах, я стал терять сознание. Вдруг перед собой вижу окно, из которого мне машут люди. Краем сознание отметил: ну, вот, уже начались галлюцинации. Потом отчетливо увидел очертания большегрузной машины «Скания». Ко мне потянулись руки... Я уже не способен был пошевелить ни рукой, ни ногой. Ребята затащили меня в салон грузовика. Я был уже в таком полусумеречном состоянии. Они меня посадили наверх, под потолком у большегруза осталось сухое место.

В кабинете кроме меня было еще трое ребят. Через полчаса отогрелся. В это время к «Скании» прибило еще один автомобиль, оттуда мои спасители перетащили к нам в машину мужа с женой. Сидели вшестером, пока не стало потоком воды выдавливать лобовое стекло. Вода стала просачиваться в машину. Мы решили выбираться из «Скании», которую как раз прибило к огромному зерновозу. Метрах в 20 — 30 от нас стояли два автобуса, где на крыше стояли десять человек. До пяти утра лил дождь. Все это время мы сидели на верхних бортах зерновоза. Вода плескалась в десяти сантиметрахот нас. Представляете, какой был ее уровень? В 8 утра, когда вода стала спадать, к нам подъехала машина МЧС, перевезла в эвакуационный пункт, который располагался в школе в Верхней Баканке. Деньги за машину мне потом вернули, она у меня была застрахована по КАСКО, я ее три месяца назад купил в кредит. Наш медицинский профсоюз выплатил мне 10 тысяч рублей, 5 тысяч собрали коллеги. Что касается Рябченко, она никак не могла меня предупредить о потопе. Как я понял, в четырех станицах проживает больше десяти тысяч человек. Территория — девять тысяч гектаров. При этом надо учитывать, что ни один из местных жителей в сельском поселении не погиб.

Подсудимая Ирина Рябченко в последнем слове на суде выразила соболезнования родным погибших и сказала, что «сделала все возможное» и ей жаль, что она «не смогла сделать больше».

Улановский, имеющий юридическое образование, не преминул заметить, что сторона обвинения уравняла полномочия главы района и главы сельского поселения, что противоречит закону.

-Действительно, противоречит ФЗ № 68 «о защите населения и территорий от ЧС природного и техногенного характера» так, как стихийное бедствие вышло за границы одного поселения в силу ст. 4.1 п. 3 пп. Б абзац третий, - говорит адвокат Артур Колесников.

Ирина Рябченко сейчас не работает, стоит на учете в службе занятости, получает мизерное пособие. Как рассказывают коллеги Рябченко, у Ирины сохраняются проблемы со здоровьем. Во время ликвидации последствий новоднения ей стало плохо с сердцем, ее увезли в больницу в предынфарктном состоянии, от госпитализации она отказалась и вышла на работу. Оттуда ее вскоре вновь госпитализировали и провели серьезную операцию на сердце, вскоре после чего ей предъявили обвинение, с тех пор она до конца так и не восстановилась.

Между тем, жители станицы Нижнебаканская обижены на краевую и федеральную власть.

-На восстановление Крымска кинули огромные деньги, а у нас даже мост не восстановили через Баканку, - говорит Елена Белая. - Треть территории поселка оказалась отрезанной от «большой земли». Те, кто имеет машину, делают крюк, объезжают и попадают на другую сторону поселения. А что делать неимущим и старикам? Карабкаться по трубе, которая перекинута через речку? Скоро детям идти в школу, они тоже будут вынуждены как эквилибристы перебираться в школу по трубе.

Как обуздать реки-убийцы?

Со дня разрушительного наводнения прошло больше года, но жители Крымска уверяют: «Каждый раз, когда идет дождь, бежим на второй этаж».

Власти отчитываются о капремонте детской поликлиники и реанимационного отделения, строительстве двух котельных и спортивного комплекса с ледовой ареной. Местные жители в ответ призывают решить проблемы с канализацией, водоснабжением, ливневками и береговыми укреплениями.

Чтобы защитить Крымск, власти планируют «зафиксировать» русла рек Адагум, Неберджай и Баканка. Департамент госзаказа региона объявил тендер на разработку соответствующей документации. Заявка размещена на портале госзакупок. Проект предусматривает увеличение пропускной способности русел рек, подсыпку территории, устройство подпорных стен, железобетонного лотка в центральной части Крымска и каменного крепления на локальных участках.

Начальная цена госконтракта — 48 млн рублей. Срок выполнения работ — 140 дней. Подведение итогов конкурса назначено на 20 сентября 2013 года.

— Идея понята: зарегулировать реки полностью и создать протекающий в естественных условиях канал. Но в этом случае мы потеряем целую экосистему, то есть сами реки. Говорить о каком-то растительном и животном мире уже не придется, — говорит активист «Экологической вахты по Северному Кавказу», геолог Евгений Витишко. — Я считаю, что это все-таки не решение вопроса борьбы с наводнением. Во-первых, надо восстановить систему мониторинга за состоянием окружающей среды. Во-вторых, требуется возродить расформированные специализированные организации, которые строили берегоукрепительные сооружения и могли анализировать ситуацию.

— Что скажите о тех, кто оказались на скамье подсудимых?

— Руководители и ответственные сотрудники Кубанского бассейнового водного управления — вот кто должен был оказаться на скамье подсудимых. Эта основная контролирующая государственная структура, которая должна была ответить за всю воду, вылившуюся на Крымск. Они сами распоряжаются природными ресурсами и сами же контролируют их использование. После потопа, поднимаясь к истокам рек — Богого, Баканки, Неберджая, я обнаружил 16 водохранилищ, и только 4 из них — Неберджаевское, Варнавинское и два Атакаевских — значатся в государственном реестре. У большинства же рукотворных водохранилищ нет никакой основы, никаких нормальных гидротехнических сооружений.

Правовая оценка Кубанского бассейнового водного управления не была дана после разрушительного наводнения. Следователи сделали то, что от них ждали «сверху». А на первоначальном этапе власти озвучили, что виновата в своем бездействии администрация муниципальных образований. Вот и вынесли решение в отношении конкретных людей. Это так по-российски — найти нескольких «козлов отпущения», не замечая бездействия целых госструктур.

 

 

20 Августа 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-винция

Архив материалов