«Русским необходима идентичность, позволяющая счастливо существовать без империи»

Историки описали, «какое прошлое нужно будущему России». Основные тезисы

 

Дмитрий Колезев

«Вольное историческое общество» (ВИО) совместно с кудринским Комитетом гражданских инициатив представило доклад «Какое прошлое нужно будущему России». Это попытка описать и объяснить процессы, происходящие в российском обществе по отношению к истории страны. Исторические споры в последние годы становятся едва ли не важнее, чем политические. Официальные лица, публицисты, журналисты и граждане обсуждают Вторую мировую войну, Иосифа Сталина, Ивана Грозного и князя Владимира с большим интересом, чем бюджет страны или принимаемые сегодня законы. Историки ВИО пытаются понять, почему так произошло и к каким последствиям это может привести. Znak.com приводит самые важные (на наш взгляд) тезисы 53-страничного доклада. Полную версию можно по ссылке.

Язык истории в России стал единственным языком настоящего. Политическая мысль, социальная теория и профессиональная философия в нашей стране недоразвиты. Язык политики недостаточен. Поэтому для объяснения современных явлений люди зачастую обращаются к истории. «Споря о прошлом, люди в действительности обсуждают свое настоящее и будущее, не имея для этого иных ресурсов — лексических и концептуальных». История в России — больше чем история.

Начиная с 2011 года в России происходит разворот от образа будущего к культу прошлого. «Образ и идея страны строятся не на адекватных оценках настоящего и не на концепции развития, а на усиленной эксплуатации прошлого». Это напоминает реанимацию советской тематики в 1930-е годы. Власти необходима консолидация и мобилизация обществ в предчувствии возможности новых потрясений.

Министр культуры Владимир Мединский — один из главных проводников «официальной» историиМинистр культуры Владимир Мединский — один из главных проводников «официальной» историиПресс-служба Кремля

Многие исторические вопросы в России до сих пор являются неразрешенными. Иным народам удалось достичь консенсуса в оценках прошлого. Но не нам. «Прошлое страны остается полем гражданской войны, и конца этой войне пока не видно». 

Трактовка любых исторических событий как неизменно «великих» является своего рода политической манипуляцией. «Славное прошлое» помогает власти поддерживать в народе ощущение величия, в то время как по правде он «перелистывает далеко не лучшие страницы своей многострадальной биографии». «Тысячелетняя история» становится более важной, чем просто экономические успехи страны, нормальная жизнь без войн и благосостояние россиян. 

Власть уделяет много внимания историческим выставкам, фильмам, телепрограммамВласть уделяет много внимания историческим выставкам, фильмам, телепрограммамПресс-служба Кремля

СССР в глазах его жителей был «главной страной мира». Это ощущение живо в исторической памяти и приводит к мощным фрустрациям сознания, в том числе массового. Если в начале 1990-х было популярно говорить про «Россию, которую мы потеряли», то сегодня — про «СССР, который мы потеряли». 

При этом в самом СССР мировая история, по крайней мере номинально, трактовалась как движение к свободе, против порабощения. Огромное внимание уделялось персонам и «великим событиям». Отсюда — культы войн, революций и личностей. Отсюда же — милитаризация истории, которой мы страдаем до сих пор. 

В нынешней «официальной истории» тема борьбы за свободу замалчивается. Герои восстаний объявляются разбойниками или заблудшими либералами. В народе подчеркивается не тяга к воле и чувство собственного достоинства, а холопская преданность и «благодарность за скрепы». Из биографий писателей изымаются их конфликты с властями. 

История российской власти подается как история непогрешимости и благолепия, деяний и свершений, подвигов руководства и окормления народа. В этой логике получается, что в бунтах и революциях повинны только злоумышленники, а не сама власть, которая допустила возникновение революционной ситуации. Государство подается в ореоле святости, и это распространяется и на власть сегодняшнюю. 

На задний план уходит все, что связано с модернизацией. Ключевыми героями становятся консерваторы и реакционеры. «Даже в истории СССР едва ли не весь позитив все чаще сводится к военной мобилизации и сплоченности, тогда как научно-техническая модернизация стыдливо обходится новым поколением эффективного менеджмента». 

В официальной истории бунтари и революционеры постепенно становятся преступниками. Государство, допустившее возникновение революционной ситуации, изображается безгрешнымВ официальной истории бунтари и революционеры постепенно становятся преступниками. Государство, допустившее возникновение революционной ситуации, изображается безгрешнымКартина "Восстание декабристов" Карла Кольмана / Государственный исторический музей / Global Look Press
 

Переписывается история взаимоотношений России с внешним миром. Неоднозначность европейской, западной ориентации России пытаются подменить «примитивным антизападничеством». «Абсурдный и неграмотный тезис "Россия не Европа", который пытались заложить в основу государственной культурной политики, — образец ложного патриотизма». 

Одновременно происходят санация мировой и отечественной истории с целью единственно верной ее интерпретации и мифологизация результатов этой санации. Критерием «правильности» становится абстрактный «национальный интерес», что прямо декларирует министр культуры Владимир Мединский. Мифологизация истории (например, история 28 панфиловцев) оправдывается, а изучение происхождения мифов приравнивается чуть ли не к предательству Родины.

Защита исторических мифов становится важной частью государственной работы. Попытка объективного исследования истории почти приравнивается к предательству РодиныЗащита исторических мифов становится важной частью государственной работы. Попытка объективного исследования истории почти приравнивается к предательству РодиныПостер фильма "28 панфиловцев"

Из официального дискурса исключены диссиденты и инакомыслящие. Профанация исторических событий приводит к казусам: множество россиян не понимают, как относиться к событиям 1991 года, из которых родилось наше государство. Вроде как появилась нынешняя Россия, а с другой стороны похоже на «оранжевую революцию». 

Страх перед нарастающим кризисом и образами падения режима породил интенсивное переосмысление истории официозом. «В понимании причин политических кризисов стала преобладать конспирология, особую популярность приобрели концепция злонамеренного вмешательства извне».  

Словом, политический режим и архаично-авторитарные технологии управления страной легитимируются прошлым. Отсюда новый социальный контракт: общество дарит власти лояльность в обмен на гордость за «тысячелетнюю историю». 

Официальной сталинизации не происходит. Но за последнее десятилетие в стране был сломан условно существовавший общественный консенсус по поводу репрессий. «За два с половиной года после присоединения Крыма разрушена иммунная система большинства нации». Сталин стал средством коллективной идентификации со «славным» прошлым, имеющим символическое значение. (Подробнее о взгляде «Вольного исторического общества» на сталинскую эпоху читайте в публикации «Палачи и жертвы».) 

Официальной сталинизации не происходит. Во всяком случае, покаОфициальной сталинизации не происходит. Во всяком случае, покаЦеликом доклад можно скачать по ссылке. 

https://www.znak.com/2017-01-23/doklad_liberalnyh_istorikov_kakoe_proshloe_nuzhno_buduchemu_rossii_glavnye_tezisy

23 Января 2017
Поделиться:

Комментарии

Не китаец , 26 Января 2017
Зачем Китай строит пустые города? Бесконечные кварталы высотных домов, в которых никто никогда не жил, заброшенные парки развлечений, в которых никто не веселился, пустующие гигантские торговые моллы, где никогда ничего не покупалось, безлюдные авангардные театры и музеи, в которых не было зрителей, широкие проспекты по которым не едут автомобили. http://inpropart.ru/kitai.php
Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-винция

Архив материалов