Писатель Дмитрий Глуховский: «Никакой новой России нет. Мы сами ее вытаптываем»

«Нам интересно одно: надорвать себе пузо, перетаскивая отколотые глыбы «Совка» с места на место», - считает фантаст

 

Новый роман Дмитрия Глуховского — «Метро 2035» — венчает трилогию, старт которой был дан десять лет назад выходом «Метро 2033». О том, можно ли войти в одну воду дважды и зачем это делать, «МК» побеседовал с автором романа.

 

Писатель Дмитрий Глуховский: «Никакой новой России нет. Мы сами ее вытаптываем»
фото: Из личного архива
Фото из личного архива
 

— Вы неоднократно зарекались писать продолжение «Метро», говорили, что не хотите оставаться автором одного романа. И вот пожалуйста — «Метро 2035». Зачем?

— Время пришло. Время подведения промежуточных итогов. Десять лет прошло в моей собственной жизни, в жизни страны десять лет минуло. Это, конечно, книга о том, как люди выживают в московском метро, самом большом на земле бомбоубежище, через два десятилетия после Третьей мировой войны. Но это еще и книга о том, какой именно русский народ эта война законсервировала в метро. «Метро 2033» вышло в свет в 2005 году. То была совсем другая Россия, а я совсем иначе представлял себе устройство власти и устройство общества, их взаимоотношения. Новая книга — о сегодняшнем дне.

— Времена и вправду другие. Теперь превратить Америку в радиоактивный пепел обещают не только фантасты.

— Кому-то может показаться, что это просто абсурд, что мышление «холодной войны» восторжествовало, что наши лидеры готовы на что угодно, лишь бы отвлечь внимание народа от того мрака, который творится в экономике… Но я-то знаю: это все промо-кампания «Метро». Как мне не быть патриотом? Я в свою очередь решил приурочить выход в свет моего нового романа ко Дню России. Сделать Родине подарок ко дню рождения. Потому что это о нашей стране книга, о нас с вами, о состоянии умов сегодня.

— И что вы собрались поведать о России такого, чего мы бы и сами о ней не знали?

— За последние полтора года я сам для себя открыл массу нового о нашей стране и о нашем государстве. Может, я раньше наивен был, но мне-то казалось, что из пыльных руин Советского Союза прорастает-таки зелеными, свежими росточками молодая, новая Россия. А теперь вот я понял: никакой новой России нет. Мы сами ее и вытаптываем. Мы ничего нового на руинах не желаем. Нам интересно одно: надорвать себе пузо, перетаскивая отколотые глыбы «Совка» с места на место, пытаясь из них сложить внешнее подобие рухнувшего здания. Пусть не дворец выйдет, пусть будка собачья, но чтобы из того же треснувшего мрамора и в том же ампире.

— Вы не про Крым или Донбасс? Вон ваши коллеги-писатели ездят, собирают гуманитарную помощь, с полевыми командирами фотографируются…

— Их право. Они как бы с народом, с теми самыми 86 процентами, которые против фашистов, но за аншлюсы. Они как бы с народом едины, но они еще едины и центральным телевидением. И с фабричными троллями они едины тоже. Они как бы с народом, но еще и с властью. «Совпадение? Не думаю», как говорит наш главный тролль. Я, кстати, эти 86 процентов тоже своими читателями считаю. Но есть телепузики и литпузики, которые считают, что эти 86 процентов необходимо оболванивать дальше, что благородно создавать для народа воображаемую реальность, в которой нет кризиса и нет нищеты, нет просроченных кредитов и нет упавшего рубля, а зато есть священная война с фашизмом на востоке Украины. А я против лоботомии. Мне хотелось бы рассадить этих телезрителей перед собой полукругом и задать им несколько будоражащих вопросов. Мне хотелось бы, чтобы люди применяли голову чаще. Вдруг им понравится? Вот я задаю им вопросы, а ответы пускай ищут сами.

— Но разве против нашей страны не ведет войну весь мир? Разве патриоты, к которым вы как будто себя относите, не должны сплотиться вокруг лидера, вместо того чтобы раскачивать лодку?

— Тут вопрос: это весь мир против нас ведет войну или это мы ведем войну против всего мира? Что касается патриотизма: для меня быть патриотом значит вести свою страну в будущее. А для тех, кто присвоил себе это звание сегодня, оно значит ровно противоположное. Они в прошлое смотрят: на брежневскую империю, на сталинскую, на царскую. Столкновение между так называемыми либералами и так называемыми патриотами сегодня — на самом деле это конфликт между силами архаическими и силами прогрессивными.

— И как сюжет новой книги связан с сегодняшним положением вещей?

— Сюжет такой: двадцать лет спустя после ядерной войны те, кто спасся, — несколько десятков тысяч человек — продолжают жить под землей, в метро. Построили на станциях маленькую модель мира: есть станции коммунистические, есть националистические, есть религиозные — и поверили в то, что метро и есть мир. Смирились с тем, что наверх им дорога заказана: там всюду радиация, и все попытки найти других выживших в радиоэфире заканчивались ничем. А главный каждый день, рискуя здоровьем своим и своих будущих детей, поднимается наверх, пытаясь установить связь по радио с каким-нибудь еще местом на земле, где можно было бы жить наверху, под небом и солнцем. Мечтает найти такое место и вывести туда из метро всех людей. Фантастики в новой книге нет никакой, кроме предположения, что случилась ядерная война. Роман о том, нужно ли людям на поверхность, пойдут ли наверх они за героем, готовы ли променять привычное подземелье, привычную иллюзию выбора и привычных врагов на неизвестность и свободу.

— Не боитесь прежних читателей разочаровать — тех, кто ждет от вас продолжения фантастического романа?

— «Метро 2033» — это моя первая книга. Юношеская, подростковая почти. Я не смог бы сейчас воспроизвести ее, даже если захотел бы. Я таким романтиком был тогда… «2033» — в каком-то смысле роман об иллюзиях, а «2035» — о прощании с ними. Я и тогда писал для себя, и сейчас пишу. На те темы, которые для меня сейчас актуальны и волнительны. Да, тогда меня фантастика завораживала. Да, теперь она мне скучна. Но ведь мои читатели тоже на эти десять лет повзрослели. Думаю, они вполне готовы к серьезному разговору. И не только они. Новая книга — роман отдельный, вещь законченная и самодостаточная. Нет необходимости читать предыдущие части, чтобы проникнуться и понять ее. Входное условие одно-единственное: вам должно быть не плевать на то, что творится с нашей страной. И не важно, по какую сторону баррикад вы находитесь.

 

 

 

— Но если люди смирились уже с жизнью под землей, ради кого стараться? Думаете, можно 86 процентов вывести на поверхность?

— Конечно, это отражение той ситуации, в которой оказалась нынче вольнодумствующая интеллигенция: ей-то (то есть нам-то) хотелось сближения России с Европой, но всенародная поддержка Крыма–Донбасса–Путина и готовность людей Европу клясть и воевать с ней заставляют задуматься: а кого мы, собственно, собирались в Европу вести? Людям уютней в воображаемой реальности. Они с работы приходят и первым делом телевизор врубают. Подсели на пятиминутки ненависти. И если народ соглашается с тем, что его имеет такое правительство, стоит ли винить в этом исключительно правительство? Не сами ли мы его заслужили и чего мы заслуживаем вообще? И не стоит ли интеллигенции оставить эти 86% в покое, так сказать, осуществив свой европейский выбор самостоятельно и по отдельности?

Ошибочно думать, что нами управляют инопланетяне или Ротшильды. В России сложилась уникальная ситуация: верховная власть и ряды олигархии укомплектованы не потомственной аристократией, оторвавшейся от народа, не самыми отчаянными карьеристами со всех концов страны и не хитрыми беспринципными политиками, которым удалось избраться путем раздачи невыполнимых обещаний. У руля находится среднестатистическая выборка, полученная слепым методом. Богатейшие люди страны, министры чего угодно и главы госкорпораций — это просто историческое личное окружение одного человека, без оглядки на образование, национальность и взгляды. Понадергали всех подряд из двора, школы, университета, со службы. Был бы другой человек на первом месте — и вся политическая и экономическая элита была бы другой. Это не они нами так управляют. Они — это мы. Это мы так управляем собой.

— А вы что, рассчитываете книгами людей пробудить? Не смешно ли это в наше время?

— Трудно что-то поменять в умах, когда противостоишь федеральному телевидению. По всем центральным каналам призывают ненавидеть своих ближайших соседей, презирать величайшую мировую цивилизацию и гордиться своим голым задом. Что я могу со своими книжками против Мамонтова и Киселева, с перочинным ножиком против реактивной артиллерии пропаганды? Отчаянная битва. Ну и что? Это как у Мальчиша-Кибальчиша: нам бы день простоять да ночь продержаться. А там видно будет.

— Вы публикуете свои книги в соцсетях бесплатно. Продажи не пострадают?

— Не знаю. Я так всегда поступал. Все мои книги начиная с «Метро 2033» и далее — и «Сумерки», и «Будущее», и «Рассказы о Родине» — выложены в открытом доступе на официальных сайтах. Их и скачивать оттуда бесплатно можно. Я просто считаю, что глупо о копеечках недополученных думать. Моя задача — разыскать всех своих читателей, где бы они ни жили — в Калининграде, Хабаровске, Якутске или Нью-Йорке. Пускай тексты существуют свободно, пускай плывут по Интернету, как письмо в бутылке по океану. Сейчас такое время, знаете, люди еле от телефона отрываются, чтобы поспать, и тексты больше 142 знаков переварить не могут. Нельзя от них требовать за книги еще и платить. Спасибо, что вообще читают. А по поводу денег… К писательскому ремеслу нельзя как к бизнесу относиться. Если начинаешь о барышах думать, текст киснет. Книга — это в первую очередь высказывание, вызов читателя на разговор или на дуэль. Если вдруг случилось на книге заработать — это аномалия, как выигрыш в рулетку. Сгребай фишки и беги. Не стоит думать, что трюк удастся повторить, и не стоит подстраивать новый выигрыш. Фальшь выйдет, а читатель фальшь чувствует.

— А разве в соцсетях пользователи готовы читать книги? Они там не за другим разве сидят? Политику обсуждают, женскими прелестями любуются, котятами…

— Моя задача была сделать роман интересным и доступным для нового поколения читателей. Сделать так, чтобы он успешно соревновался за внимание пользователей с фильмами и музыкой, с политической руганью и прочим обычным досугом. Писатели сегодня должны бороться за читателей. Интернет — полностью текстовая среда, в нем безграмотным людям места нет, а привычка читать книги и умение пропускать через себя тексты длинней фейсбучного поста пропадают…

29 Августа 2015
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-винция

Архив материалов