«Рассадник алкоголизма и разврата» удался

В Крыму прошел «партизанский “Казантип”»: без электричества и с ОМОНом

 

В Крыму в этом году прошел фестиваль Befooz, заменивший «Казантип». Точнее, если говорить формально, власти фестиваль запретили, и он не состоялся. Но в реальности около 5000 человек все равно приехали, музыка играла, алкоголь лился рекой – хотя публику гонял ОМОН и отключали электричество. За странным мероприятием по просьбе Znak.com наблюдал журналист Сергей Марьин.

 

Фестиваль Befooz – наследник знаменитого «Казантипа», проходившего с 90-х годов у крымского мыса Казантип на Азовском море, затем в селе Веселом под Судаком (Южный берег Крыма), и наконец, с 2001 года в Поповке, что на западном берегу Крыма, под Евпаторией. Точнее, Befоoz не наследник, а тот же «Казантип», только под другим именем. Сменить вывеску заставил прошлогодний конфликт с российским Госнаркоконтролем, накрывшим «казантипскую» маёвку – междусобойчик-разминку перед летним действом. Фестиваль решил найти убежище в Грузии, но и там столкнулся с противодействием властей, церкви и общественности. Кроме того, Грузия оказалась не самым удобным местом для российской аудитории фестиваля. Следующая попытка случилась зимой в Камбодже. Там власти вообще вытурили подозрительную тусовку под дулами автоматов.

 

Возрождать фестиваль под новым названием решили вновь в Крыму. Однако власти полуострова обвинили Befooz во всех грехах сразу. Прокурор Наталья Поклонская начала издалека, заявив о выявленных нарушениях. Нарушения не были озвучены публично, а ликвидировать их предлагалось к началу фестиваля, до которого оставалась неделя. Подобные мероприятия готовятся несколько месяцев, и было понятно, что за считанные дни требования прокурора не удовлетворить. Позже нарушения конкретизировались: несоблюдение мер пожарной и технической безопасности, торговля алкоголем, запрет на строительство и коммерческую деятельность в 200-метровой прибрежной зоне и, наконец, запрет на перекрытие доступа к пляжу.

 

Что касается мер безопасности, нарекания вызвали деревянные и тростниковые бары и заборы. Чтобы удовлетворить пожарных, часть баров пришлось бы снести, сделав расстояние между воспламеняемыми конструкциями соответствующим норме.  Также пришлось бы установить невозгораемый забор. Эти меры могли основательно нарушить эстетику территории. Президент проекта Никита Маршунок утверждает, что архитектура – не просто изюминка, а соль Befooza.

 

— Музыка мне уже не так интересна. По сути, Befooz – это музей архитектуры и дизайна. Я в этом направлении как раз хотел двигаться. Хотел визуализировать свое ироничное представление о будущем. Посмотрите, отдыхающие непрерывно фотографируются на фоне наших конструкций! – замечает Маршунок.

 

Это действительно так. Правда, народ фотографирует не соломенные бары и забор, а замысловатые пластиковые пневматические и металлические конструкции футуристического дизайна. Белоснежные «деревья» с шарообразными надувными кронами, искривленные лестницы в небо, гигантские одуванчики, многогранные цветные полушария мозга в качестве декоративной кровли минималистичного бара, фрисби – в качестве крыши танцпола. Они достойны если не места в музее современного искусства, то отдельной выставки. А если бы их установили на набережной Ялты или в пешеходной зоне Симферополя, они бы были объявлены уникальным архитектурным ансамблем, способным привлечь на полуостров новые тысячи туристов. И это было правдой. Но в такой же степени они привлекали десятки тысяч туристов в захолустное село Поповка на западном берегу, куда без «Казантипа» отдыхающих калачом не заманишь: далеко от туристических трасс (ближайший туристический город – Евпатория – в 25 километрах) и нет никакой достойной рекреационной инфраструктуры: степь и море.

 

 

Однако и к этим объектам у представителей власти возникли претензии: они-де могут упасть на головы отдыхающих.

 

Алкоголь – тоже животрепещущий вопрос. Его реализация занимала в структуре доходов «Казантипа» не менее важную роль, что плата за вход. Фестиваль не только брал арендную плату с баров на территории, но и продавал им алкоголь только со своего склада с наценкой.

 

Стоимость «визы», то есть плата за вход, достигала 100 евро за сутки пребывания на фестивале и 200 евро – на полный срок. В этом году такса составляла 80 и 160 евро соответственно. Президент «Казантипа» Никита Маршунок говорит, что высокая цена входа – гарантия безопасности и присутствия на территории только правильной аудитории. Вместе с тем крымским девушкам в этом году «визы» предлагались бесплатно. Впрочем, Никита этот маркетинговый ход также объяснил как меру безопасности: чем больше девушек, тем более миролюбивая атмосфера. Как бы то ни было, совокупный доход фестиваля порой переваливал за 10 миллионов долларов. Естественно, без перекрытия территории забором плату за вход не взыщешь. На Украине пляжи отгораживать не возбраняется. В принципе, можно было построить фестивальную зону на некотором удалении от кромки воды, но это совсем другое дело.

 

За пару дней до времени «Ч» оргкомитет заявил, что фестиваля не будет. Причем случилось это на пресс-конференции, на которую журналисты добрались с трудом: их автобус, следовавший из Симферополя, дважды на приличное время останавливали силовики, объясняя действия борьбой с терроризмом. Итак, директор проекта сообщил, что отменяются мероприятия открытия и закрытия, инфраструктура будет действовать как набор локальных дискотек.  Никита Маршунок у себя в Facebook, а также на баннерах начертал двусмысленное: «Фестиваля не будет! Мы никакой не фестиваль!». Befooz теперь музей. Естественно, с той же платой за вход. Отшутиться не удалось. 

 

В этом году представители Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков также пообещали пристально следить за фестивалем. Плоды не заставили себя долго ждать. Накануне даты открытия были задержаны две местные девушки с подозрением в приобретении по почте наркотиков с целью их распространения в Поповке. Через пару дней было возбуждено 11 дел, связанных с незаконными допингами. По словам Никиты Маршунка, на пляже были найдены 64 шприца в один заход. По его мнению, такое количество говорит о том, что шприцы подбросили. Но в других источниках информации о грязных «баянах» не проходило. 

 

Глава Республики Крым Сергей Аксенов за день до открытия потребовал снести забор и вернуть людям деньги за купленные билеты. Казалось, это конец Befooz: требования четкие, источник – последняя крымская инстанция. Но «не-фестиваль» не сдавался. Продолжали продавать «визы», полировать до блеска танцполы, заносить ящики с напитками в бары.

 

Это продолжалось, пока в Поповку не нагрянул член Общественной палаты Республики Крым Юрий Жеребцов. Под его патронатом 30 июля территория фестиваля была обесточена. Правда, вместе с селом. Поповка провела без электричества часть дня и всю ночь. На следующий день электрики окончательно разобрались с кабелями. А силовики изъяли у Befooza резервные электрогенераторы. Руководство проекта утверждает, что все это было проделано безо всяких законных предписаний. Кроме того, Жеребцов артикулировал главную претензию к фестивалю, которая витала в воздухе: это «рассадник алкоголизма и разврата». 

 

 

Вечером 31 июля, когда мероприятие должно было стартовать встречей «казантипского» Нового года, вход в обесточенный «музей» заблокировал ОМОН: всех выпускали, никого не впускали. В итоге тысячная ватага отпраздновала красную ночь календаря снаружи в сопровождении ансамбля духовых инструментов, наяривавших клубные хиты. Действо впечатлило и без электричества: беснующаяся толпа, мастер церемонии в образе диктатора Хафизза Аладина и сотни воздушных шариков с гелием и светодиодами внутри, отпущенные в небо.

 

Руководство Befooza продолжало утверждать, что готовит необходимые документы для контролирующих органов, на территории устанавливались огнетушители под каждый куст, но делу это не помогло. Вечером ОМОН снова прогнал всех.

 

Фестиваль переместился на территорию села. Дискотеки и прочие запланированные на фестивале активности устраивались в ближайших к пляжу отелях. А в «музее» проводили эффектные фотосессии. Похоже, что деньги за «визы» не возвращались, хотя организаторы вывесили на фестивальном лайтбоксе обещание: «Мы вернем деньги, если вы не будете счастливы». Оставшиеся в Поповке несколько сот человек провели в экстазе несколько дней. Маршунок утверждает, что главное для него в этом году – не извлечь прямую прибыль, а завоевать аудиторию и застолбить старое крымское место.  

 

Никита утверждает, что проект загодя получил все разрешения, придирки властей полуострова высосаны из пальца, и Befooz будет теперь разбираться с чиновниками-обидчиками в суде. Как же фестивалю удалось получить «добро» и на перекрытие пляжа, и на торговлю алкоголем, и на прочую коммерческую деятельность в прибрежной зоне? По словам Юрия Жеребцова, проведение Befooza лоббировал «ранее судимый за хищение государственного имущества глава городской администрации Евпатории Андрей Филонов».

 

В биографии Филонова, размещенной на официальном портале Правительства Республики Крым, указано, что он работал заместителем директора по развитию центра молодежных инициатив «Зебра». Это центр – один из организаторов «Казантипа». Жеребцов утверждал, что Филонов наряду с директором ООО «Центр молодежных инициатив Зебра» Николаем Карповым – и есть организаторы Befooz’a. Спикер и лицо фестиваля Никита Маршунок значится генеральным директором и учредителем ООО «Бифуз», образованным 2 июня 2015 года и находящимся в Москве.

 

Также член Общественной палаты указывал, что Штормовской сельский совет 26 июня разрешил на своей территории провести массовое спортивно-зрелищное мероприятие «Бифуз». (Спортом на самом деле не пахло. Чтобы соответствовать букве, на территории в последний момент установили турники). А министр промышленной политики РК Андрей Скрынник подписал 39 лицензий на розничную торговлю алкоголем. «Закон запрещает продажу алкоголя в таких местах – и министр не мог не знать этого», – заявил Юрий Жеребцов.

 

«Мнимые поступления в бюджет от проведения фестиваля – около пяти миллионов рублей, о которых любит рассказывать Андрей Филонов, – не идут ни в какое сравнение с будущим ущербом для общества, опасностью и социальными рисками, которые несет Befooz для Крыма, – сказал общественник. – Филонов, может быть, используя свои связи в региональном правительстве, решил, будучи государственным служащим, подзаработать пару миллионов долларов?»

 

А потом случилось нечто странное. Вчера, 5 августа, Юрий Жеребцов скоропостижно скончался на 46 году жизни. Причины пока неизвестны. Наверное, к проведению фестиваля это не имеет никакого отношения.

 

 

Befooz, он же «Казантип», – это хорошо или плохо?

 

Фестиваль любим тысячами. Эти тысячи приносят серьезные деньги не только в фестивальную кассу, но и в бюджет Крыма, и в кошельки местных жителей. Поповка за время проведения Казантипа выросла в несколько раз, в ней появились десятки гостиниц. В прошлом году без фестиваля село спасалось пенсиями и сбором вторсырья – предприятий там нет. Жители за «Казантип» стоят стеной почти полным составом – оправдывают все его грехи и утверждают, что мероприятие стало более респектабельным.

 

У «Казантипа» харизматичный президент, который, ко всему прочему, рисковый и талантливый менеджер. Прочие нынешние крымские фестивали, которым государство благоволило, по сути, провалились. Это можно сказать и о рок-патриотичном «Крымфесте» и о спортивно-музыкальном «Экстриме», который проходил параллельно с Befooz в десятке километров. За Маршунком идут толпы и слагают о нем легенды: в народной молве он чуть ли ни в два раза моложе, чем на самом деле, а еще – на короткой ноге с лидерами страны, и, конечно, от него исходит сияние похлеще, чем от БГ.

 

Фестиваль обладает красивой оболочкой и мощной идеологией. И если вы любите отрыв, свободу, равенство, братство и электронную музыку – он будет лучшим для вас, что есть в России.

 

Вместе с тем «Казантип» – это большие деньги, которые сложно заработать кристально честным путем. Шлейф распущенности за мероприятием тянется тоже не случайно. Наркотики – неотъемлемая часть жизни тусовки, отдыхающей под звуки электронной музыки. И пускай администрация фестиваля говорит, что борется с этим явлением.

 

Есть своя позиция и у государства, которая находит отклик у миллионов граждан: борьба за нравственность. Прокурор Поклонская недаром заявила, что свою дочь на «Казантип» не пустила бы. Однако за моральный облик и высокие ценности русских людей можно бороться как-то тоньше. Усиливать контроль, предлагать альтернативное место проведения, заранее вести диалог с организаторами, а не тормозить журналистов, выстраивать оцепление из ОМОНа и отрубать электричество во всей округе. И не запрещать, исходя из принципа «как бы чего не вышло». Запрещенный накануне большой рок-фестиваль «Кубана» перебрался из Калининграда в Латвию. Выиграла ли от этого Россия? И выиграет ли Крым, если в нем никогда не будет «Казантипа» – никакого?  

 

Сергей Марьин, специально для Znak.com  

 

http://znak.com/moscow/articles/06-08-17-43/104276.html

 

6 Августа 2015
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-винция

Архив материалов