Путин и Иванов поменяли риторику в отношении Киева, федеральные каналы - нет

Программа проводится радиостанцией "Эхо Москвы" совместно с международной телекомпанией RTVi и идет одновременно в прямом радио- и телевизионном эфире. Благодаря этому еe слушает и смотрит не только российская аудитория, но и русскоязычные телезрители в Европе, США и Израиле. Время выхода передачи - вечерний прайм-тайм. Это позволяет обсуждать с заинтересованными слушателями наиболее важные события уходящего дня. Эфир не ограничивается одной темой, затрагиваются все интересующие аудиторию вопросы. Программу представляют авторитетные журналисты радиостанции "Эхо Москвы". Участники программы отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, смс, интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.


путин, власть, протест, порошенко, украина, нефть, газ, ходорковский

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». Я рада приветствовать в этой студии главного редактора «Независимой газеты» Константина Ремчукова. Здравствуйте, Константин Вадимович.

К. РЕМЧУКОВ - Добрый день. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – С конспектами пришли сегодня в студию. Я бы наверное продолжила с вами разговор, который мы начали неделю назад, мы очень много говорили про Украину и про Владимира Путина, который для себя определился. Вроде как определился, что не стоит ссорить два народа. Мы видим некое изменение в тональности, во всяком случае, сегодня и на Совбезе довольно мягко обсуждали Украину, и Владимир Путин попросил российских банкиров продолжить свою работу на Украине, несмотря на сложности. Тем не менее, вчерашний марш, который прошел в Москве, показал, что все-таки в обществе раскол пошел. Внутри российского общества. Кто за Украину, кто за условную Новороссию. Этот процесс все он уже необратим?

К. РЕМЧУКОВ - Я не думаю, что вчерашний марш можно оценивать в тех терминах, в которых вы сказали. Пошел раскол. Раскол, если говорить об отношении к войне, к Крыму, отношении к передаче российских добровольцев на Украину, он социологически всегда был примерно такой. Никогда не было стопроцентной поддержки политики Кремля в отношении Украины. Марш мира, который прошел после того, как уже несколько недель фактически война крупномасштабная прекратилась, это скорее отражение политического несогласия с Путиным. То есть непосредственно предмета для маршировки, когда обе стороны существуют в режиме перемирия, не было. Но это накопившееся несогласие. Поэтому в данном случае, на мой взгляд, оценка вчерашнего события это демонстрация сил, которые не согласны с политикой Путина в целом, не только по Украине, но и по последствиям, к которым это приводит. Включая курс на изоляционизм, опору на собственные силы, импортозамещение, охоту на ведьм, поиск пятой колонны. Мне кажется, что вчера это манифестация, а раскол мне кажется, существует с конца 2011 года именно как раскол, если использовать такой термин. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Если смотреть на это с точки зрения условной федеральных телеканалов. То с одной стороны мы видим по факту действительно много людей, которые вышли на улицы, с другой стороны это попытались в некоторых СМИ преподнести как какое-то количество людей, которые вышли маршировать за французский сыр и испанский хамон. Это к тому, что опять есть некая пятая колонна, есть враги народа, национал-предатели, и вот это тоже не останавливается. 

К. РЕМЧУКОВ - Здесь мне кажется два процесса. Путин, я сегодня внимательно прочитал интервью главы администрации Сергея Борисовича Иванова «Российской газете», они риторику поменяли. Путин называет Порошенко уважительно, Порошенко, кстати, в своем интервью ведущим телеканалам Украины говорит о важности подписанных соглашений. Что этот план начал реализовываться. То есть ни одного агрессивного слова. Иванов в уважительных тонах говорит о главе администрации Украины. Президента Украины. И подчеркивает, что иногда несколько раз в день приходится говорить, потому что Иванов подчеркивает, что дьявол в деталях и чтобы заработал мирный план соглашения, приходится огромное количество вещей согласовывать. То есть мы видим, что топовые люди, которые отвечают за нормализацию ситуации, они говорят друг о друге в терминах партнерства, как принято в международном праве. Не партнерства в смысле отношений, а партнерства в смысле людей, которые призваны решать общую задачу. А телеканалы продолжают, как мне кажется нагнетать определенную идеологическую волну, выискивать действительно пятую колонну. Я купил книгу хорошую, документы о борьбе с космополитизмом 48-53 год. 65 лет назад. Поразительно, там надо заменить слово «космополит» на «пятую колонну». И ты получаешь абсолютно, даже не надо больше париться, можно брать все документы и эта охота на ведьм, обличение людей. Я видел на прошедшей недели посол Теффт себя представлял московской общественности, пригласил разных людей, в Интернете началось, вот они пошли за печенюшками, они продают. Иванов Сергей Борисович все-таки в администрации довольно продвинутый человек, знает английский язык, начитанный. Он рассказывает, его спрашивает корреспондент: как это отражается на санкциях, на контакте. Он говорит: нет, конечно, я ездить не могу, но я и раньше, когда был разведчиком, получил, какое-то выражение сленговое, типа шайбу на всю жизнь, что он невыездной. Ну потом начал ездить. Поэтому сейчас я встречаюсь у себя и приглашаю своих друзей. Бывшего министра обороны Португалии, Кондолизу Райс, бывшего министра обороны США Дональда Рамсфельда, как друзей и они с ними общаются. Я представляю, как эти идеологи цепные должны наброситься на него и сказать: да вы что, это предательство гнездится в сердце Кремля. Сергей Борисович Иванов частным образом встречается. Еще он Билла Бернса, нынешнего зам. госсекретаря… 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Бывший посол. 

К. РЕМЧУКОВ - Поэтому получается, что тут они молчат, а тут кто-то пошел, то есть дикость такую наращивают. Может быть мне удастся даже проиллюстрировать, к чему это может привести. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР –  Так к чему же может привести? 

К. РЕМЧУКОВ - Мне кажется, что логика, с которой сейчас происходит нагнетание этой обстановки в стране такой идеологической, поляризация, мы уже проходили относительно недавно, вот докладная записка от агитпропа ЦК КПСС Михаилу Андреевичу Суслову. Звучит так: «Профессор Кирпотин в печатных работах и в устных выступлениях проповедовал преклонение перед иностранщиной и буржуазным либерализмом». Почти знакомые все слова. Обратите внимание, как старался профессор Кирпотин работу назвать, чтобы к нему даже не подошли на пушечный выстрел. Но это не помогло. «Так, в работе «Наследие Пушкина и коммунизм» Кирпотин утверждает, что Пушкин «есть дитя европейского просвещения, выросшее на русской почве». В работе о Лермонтове В. Кирпотин рассматривает этого великого русского поэта как ученика Байрона». Это колоссальное низкопоклонство перед Западом, на этом основании отдел пропаганды и агитации просит ЦК ВКПБ освободить профессора Кирпотина от работы в академии общественных наук. А до этого его за эти же самые преступления назвать Пушкина «дитем европейского просвещения, выросшего на русском почве», его исключили из партии в Институте философии. То есть маразм. Следующее постановление об ускоренном производстве радиоприемников, не имеющих коротких волн, чтобы граждане не могли на коротких волнах слушать враждебные голоса. Это постановление – не поверите – 28 июня 1949 года еще. Нужно без коротковолнового диапазона радиоприемники Москвич и Салют производить. Но аргументация примерно та же, к которой привыкли. «В английских, американских и некоторых других иностранных радиопередачах на русском языке ведется самая гнусная клевета на советский строй и страны народной демократии. Почти все иностранные радиопередачи на Советский Союз ведутся через коротковолновые радиостанции. Поэтому самой надежной защитой от враждебной СССР иностранной радиопропаганды является выпуск радиоприемников без коротковолнового диапазона». И дальше рассказывается о том, что Запад борется с колоссальным авторитетом Советского Союза. И он прям ему покоя не дает, выросший авторитет Советского Союза. Поэтому надо все прикрыть. Методология полностью похожа. Только тогда были радиопередатчики с короткими волнами, сейчас речь идет об ограничении в Интернете. Поменялись средства доступа просто россиян к этой информации. Но как тогда, когда агитпроп был неизмеримо круче, сильнее, эшелонированнее, железный занавес и сейчас конечно это не поможет, потому что если правды характера нет, а мы видим, правда содержится в том, что Путин под воздействием ли санкций, собственного представления вынужден вести рациональную политику в отношении Порошенко, Иванов взаимодействует, чтобы реализовать этот план. Несмотря на все какие-то трудности, нестыковки проводится эта линия. Я думаю, что в этом же контексте я бы, неделя прошла, я бы рассматривал и арест Евтушенкова. Потому что когда представители Новороссии даже на федеральных каналах проговариваются о том, что мы бы взяли, если бы не было команды остановиться, мирного плана Путина, мы бы взяли и Мариуполь и разбили бы эти войска. И поэтому звучит такая нотка недовольства, а не предал ли Путин дело настоящих борцов с капитализмом и олигархией в Новороссии. И чтобы люди не перекинулись обсуждать эту тему, мы воспользовались вторым нашим козырем в рукаве, у нас два козыря. Это иностранный империализм и олигархия. Поэтому Евтушенкова взяли и показали, что по-прежнему бдительность наших властей высока. Олигархи по-прежнему рассматриваются как враги, поэтому подозревать, что ослабла хватка, мы не имеем права. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну ничего себе, это очень по-моему жестоко по отношению к Евтушенкову. 

К. РЕМЧУКОВ - У Евтушенкова свои мотивы. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – И сокрушительно для инвестиционного климата. 

К. РЕМЧУКОВ - Таня, если говорить о Евтушенкове, мне кажется, было в очередной раз продемонстрировано такое понятие, что олигархи в нашей стране равноудалены от нефтяных и газовых активов. У нас последовательно отделяли от них Ходорковского, потом на более лучших условиях Абрамовича, потом Фридмана. Сейчас дают понять Евтушенкову. Нефтегазовые активы должны быть в руках только или государственных компаний или людей, которых утвердили те, кто в Кремле или рядом с Кремлем отвечают за государственные компании. Поэтому в данном случае мне кажется, что показали, что никаких оснований считать, что какие-то договоренности, потому что предположим, поскольку информации такой достоверной нет, но ходят различные слухи, я беседовал с разными людьми. Как подается дело Евтушенкова, что якобы рассказывали о том, что он хочет выйти на IPO. А если хочет выйти на IPO значит, хочет иностранцев воткнуть в актив. Это уже какая-то степень защищенности, нельзя с этой компанией вести себя кое-как. А только предатель может выйти на IPO, когда цены такие низкие. Потому что патриот не может выйти на IPO, когда экономика не предъявляет такого спроса на наши акции. Значит, тем более он не из прибыли это делает, не для прибыли, а для предательских интересов. Вот когда 2-3 человека могут зайти к начальнику и произнести слово «предатель», то можно посмотреть другими глазами, хотя поначалу – ну какой он предатель, да вы чего, мы его знаем как облупленного. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Свой же человек. 

К. РЕМЧУКОВ - Плюс конечно все рассказывают, что он якобы хотел консолидировать на базе Башнефти нефтехимический холдинг с ценой капитализации миллиардов 20 долларов и якобы этот процесс начался консолидации активов, либо он получил отмашку в период президентства Медведева. И конечно человек может думать, что если он получал добро в период президентства Медведева, который сейчас премьер-министр, то конечно он может продолжать что-то в этом роде делать. Но сейчас ему показывают, что нет. И наконец третье, что это показало для меня принципиальное, что такого рода поступки можно совершить, я имею в виду по аресту Евтушенкова, когда люди, которые принимали решения такого наезда на Евтушенкова, для себя решили, что курс на конфронтацию с Западом будет долгосрочным. Условно говоря, до 2024 года, когда официально Путин имеет право, потом после этого, то есть от власти мы не отходим, и будем жить в состоянии конфронтации с Западом. Если мы живем в состоянии конфронтации с Западом, и я сделал выбор, что я нахожусь в этой команде, то мне плевать, например, что подумают другие. Почему, на каком основании я могу вести себя резко в отношении другого бизнесмена, рушить инвестиционный климат, потому что инвестиционный климат сейчас никого не заботит особенно. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Опять же это идет вразрез с тем, о чем мы говорили в самом начале. Что Иванов постоянно на связи с главой администрации, Путин уважительно говорит о Порошенко. То есть все-таки какие-то взаимоисключающие процессы, я не очень понимаю, стоит ли ждать, что один из векторов победит второй. Или это так и продолжится эта шизофрения в отдельно взятой голове, стране, не знаю, чем. Это просто я не понимаю, как это может сосуществовать. 

К. РЕМЧУКОВ - Во-первых, это лишний раз говорит о том, что никакой единой выверенной прописанной стратегии и все ей подчинились, нет. А в создавшихся условиях, каждый, потому что за эти годы, я вас один раз слушал по радио, вы сказали, что Путин 14 лет у власти. Вам эта цифра нравится. На самом деле 15 лет. Потому что он в августе 1999. А вы все время 14. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Я с нулевого считаю. Это неправильно. 

К. РЕМЧУКОВ - Нет, неправильно. Это 2016 год. И огромное количество людей с ним все эти годы. Они, уверяю вас, такие же влиятельные, сильные и самоходные как он. Почти. В том смысле, что в том сегменте, где они работают, они совершенно бесстрашны. Они знают, что к ним никто не придет. Никто их не задержит, никто не поинтересуется имуществом, куда деньги ушли и так далее. Поэтому с этой точки зрения у людей возникают очень дерзкие планы. Потому что раз ты в команде, значит ты уже не предатель. Ты готов идти до конца, несмотря на санкции, ни на что. Значит тебе можно чуть больше. Потому что ты определился. А если ты шатаешься, если не заявляешь активно своей позиции про этот курс. Мне рассказывал кто-то, не знаю, насколько верно, что Михаил Маргелов не проявлял председатель комитета по международным делам Совета Федерации, когда случился Крым, потом Новороссия, не проявлял человек такой активности, как Пушков, который председатель комитета по международным делам ГД. В обосновании, необходимости, во всем. И сказали, нам такой председатель комитета не нужен. Опять я не присутствовал при этом, но то, что я получил сегодня письмо от Маргелова, прощающегося с журналистами, которые освещали деятельность и сообщает, что переходит на другую работу, это говорит о том, что по-прежнему все следят за этим. Уровень твоей пассионарной вовлеченности. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Уже какой-то оголтелости скорее. 

К. РЕМЧУКОВ - У Войновича помните в фильме «Шапка», когда он пришел требовать шапку не из кота средней пушистости, а выше, и ему секретарь Союза писателей показал фигу, которую он укусил, но до этого он ему сказал: ты что… А он все время говорил, что я 11 романов написал. Он говорил: ты что, думаешь, ты отмолчался и не сказал ничего. И за это тебе шапку из кролика. Нет, дорогой мой, ты должен как я сидел в Париже, мне задавали вопросы по Афганистану, и я должен выступать, выступать, ты думаешь, мне приятно. Но я иду, я рву, я иду на амбразуру. А ты хочешь иметь, как и я, сукин сын, шапку из ондатры. Или из кролика. Но не выступать, а просто отмолчаться и не осуждать. Не осуждать мало. Надо выступать за. И вот Войнович гениально подметил логику позднесоветского периода. Я думаю, что сейчас те, кто чувствуют эту логику, они тоже могут дерзнуть и предпринимать какие-то вещи. Но базовые вещи, нефть и газ, как устойчивые источники кэша, а кэш «из кинг» как говорят, забудьте массу других показателей ведения бизнеса. Особенно молодые аналитики. Считайте кэш. Который генерирует тот или иной бизнес. Вот кэш это король, чтобы вы представляли, что это за бизнес. Нефть и газ при всех сложностях, при всех колебаниях цен генерирует кэш, а значит, устойчивую привлекательность и возможность кредитоваться. И вести безбедную жизнь. Попробуйте продать любой другой товар, ботинок, кроссовок, машину, сколько нужно париться тебе, чтобы продать. А тут нефть и газ ты сел и у тебя кэш идет. Контракты есть. Поставляешь на мировой рынок, денежки есть. Бьешься за какие-то цены контрактов и все. Но это все равно все ликвидно и все разлетается. Это уникальные виды ресурсов. И поэтому здесь должны быть только люди, которые достойны этого. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Которые затебятее всех затебятых. 

К. РЕМЧУКОВ - Да. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – За тебя, за тебя. Про тех, кто против или уж точно не за. Михаил Ходорковский за последние пару дней дал много поводов для обсуждения. В интервью газете «Монд» говорил, что хоть задачи стать президентом России у него нет, тем не менее, если бы выяснилось, что нужно выводить страну из кризиса, провести конституционную реформу и прочее, то он готов был бы взять такую работу на себя. Параллельно перезапустилась «Открытая Россия» и тут уже Ходорковский объясняет, что он хочет организовать оппозицию в виде неких сетевых структур без единого центра. Активное возвращение Михаила Ходорковского в политику, которого все так ждали? 

К. РЕМЧУКОВ - Коротко отвечая на вопрос – да. Теперь по существу. У нас завтра будет редакционная статья, обратите внимание, она называется, точно не помню. Но типа «Левой России Ходорковский не нужен». Мы анализируем ситуацию в стране и приходим к выводу, что тот тип посредничества фактически, который предложил Ходорковский, кризисной России и переходу к новому качеству, состоит в запросе общества на изменение принципов конституционного устройства России, когда власть перераспределяется от сверхсильного президента к институтам под названием суд и парламент независимый. Наш анализ показывает, что такой запрос может осуществляться в интересах среднего класса, который формируется как средний класс, исходя из зарабатывания доходов либо частного бизнеса, либо постиндустриальной экономики тоже частный бизнес. В то же время поддержка бизнеса в последние годы резко тормознула, а все развитие, которое осуществляется и планируется, так или иначе, осуществляется за счет государственных финансов. В предприятиях госсектора типа военно-промышленного комплекса, предприятиях, связанных с госсектором, типа нефтегазового комплекса. И социальная сфера, здравоохранение, образование. Которые так или иначе финансируются за счет бюджета. Поэтому эти люди, хотя по показателю дохода могут формально относиться к среднему классу, не формируют ментального запроса на свободу, свободу информации и так далее. На независимый объективный суд. Они формируют запрос на доходы, на устойчивость доходов, а значит поддержку власти в том виде, в каком она есть. При очень сильном президенте, поскольку именно при этом президенте, который доминирует над всеми, им удалось заметно повысить свой социальный статус и материальный статус в последнее время. Поэтому предположить, что в России каким-то образом произойдет такая трансформация, что базовый запрос будут осуществлять люди среднего класса, которым нужны вот эти ценности современного гражданского общества, мы не видим. Но мы видим то, что накачка бюджетными расходами населения может приводить к нарастанию спроса на левизну и еще больше перераспределение. Чтобы совсем все национа… Собственно, некоторые гости в вашей студии открыто говорят, что мы требуем большей национализации, в Донецкой и Луганской области новые лидеры Новороссии говорят исключительно в терминах национализации. Олигархический капитал, Макс, по-моему, Шевченко, я его слушал, рассуждал, что если покается, деятельно покается Ахметов, и скажет, что я отдаю все незаконно нажитое в пользу народа и буду работать, управлять теми активами в интересах народа, то, пожалуйста, пусть остается. А так это все незаконно. Поэтому на самом деле не тип программы Ходорковского мне кажется, будет востребован в случае кризиса в России, а тип необольшевистского лидера, который скажет: бюджетники, я вам еще больше дам, потому что мы вообще все сейчас национализируем и все доходы пойдут вам и все будет бесплатно и детские сады и школы. И, запустив эту канитель с возрождением левизны как такого влиятельного течения в нашей идеологической жизни, Путин, когда запускали, он боролся с популизмом Навального. Но Навальный не безнадежный популист. Он хотя и хотел раскулачить в своем последнем слове в Кирове сто, по-моему, семей, которые к Кремлю причастны. Это выглядело как популистская вещь. Но все-таки в его голове могут брезжить и рыночные какие-то идеи. Так вот, Навального сейчас оттесняют, потому что, условно говоря, Стрелков какой-нибудь он будет героем огромного количества людей. Поэтому это опаснейшая игра, просто опаснейшая игра власти, заигрывающей с левым популизмом. Мне кажется она, на мой взгляд, в обозримом будущем, хотя зарекаться в нашей стране ни от чего нельзя, не дает шансов считать, что запрос на Ходорковского как модератора трансформационного периода в России будет актуальным. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, но я тут сразу вспомнила, как Михаил Ходорковский несколько лет назад написал свою программную статью «Левый поворот»… 

К. РЕМЧУКОВ - Это ошибка была в том смысле, что он решил, что он в этом левом повороте может сыграть судьбоносную роль. Но вы его сейчас расспросите. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, буквально минут через 25. Евгения Альбац его расспросит, так расспросит. Я бы хотела задать вопрос как главному редактору, не как аналитику, мыслителю и ментору. Похоже, поддержит ГД законопроект об ограничении доли иностранных акционеров, которые владеют российскими СМИ, зачем и каковы будут последствия для рынка СМИ. 

К. РЕМЧУКОВ - Это контроль за СМИ. За медиа. Там не только это. С 1 октября допустим, все формы акционерных обществ, включая ЗАО, должны будут держать, например, реестр акционера у независимого человека, который имеет лицензию от ЦБ. И допустим, я купил газету в 2005 году. 5 августа 2005 года. Вот 9 лет была внесена запись о том, что акции поменяли хозяина. И в сейфе лежит этот реестр. Потому что закон позволял его держать. А сейчас я должен до 1 октября, иначе меня оштрафуют, должен найти, заключить договор, платить ежемесячно 1800 или 2000 рублей, представляете, за эти 9 с лишним лет я должен был бы заплатить просто ни с того ни с чего 220 тысяч рублей. Хотя ни одной транзакции не совершается. Просто ежемесячная такая абонентская плата. Реестр переходит к ним, а как переходит, так может и уйти куда-то. Не из моего сейфа, а из другого. Перевод на баланс всех российских компаний и в условиях, я понимаю, что у нас был бы состязательный суд, соблюдение процессуальных норм безукоризненное, вера в эти процедуры, а так мы видим, что могут люди наехать, потом отъехать, но пока наехали они изъяли. Поэтому это конечно серьезнейшее взятие под контроль медиа. При возможности я говорю, при наших несовершенных процедурах делать в условиях недовольства все, что угодно. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – В купе с тем, что происходит вокруг Интернета, хотя Совбез, который сегодня заседал, все пугали, что там будут обсуждать отключение России от глобального Интернета, но, похоже… 

К. РЕМЧУКОВ - Сейчас в перерыве сказали, что перенесли. Просто сказали, что перенесут на другой день. Это будут обсуждать, безусловно, потому что я думаю поворотный момент 2011 год, вот в этом году я бы назвал год, помните, 1928-м год получил название великого перелома. Когда Сталин вернулся из Сибири. И ему крестьяне не дали зерна, потому что не было промышленной продукции, он приехал, посмотрел и включил 107-ю статью уголовного кодекса за саботаж. Вместо налаживания экономического обмена между городом и деревней, он решил просто прикрутить всех, кто не сдал зерно. И в Кремле в политбюро никто не возразил. И вот это считалось годом великого перелома. Сталин понял, что ему никто не противостоит. Мне кажется, что год великого перелома-2 это 2014 год. Когда Путин может делать все, что угодно с Крымом, с Новороссией, туда, сюда. Не встречая никакой критики ни вообще среди соратников, среди даже так называемых системных оппозиционеров. То есть думских партий. И конечно он сейчас в 2014 году начал это делать, потому что с 2011 года с арабской весны были продуманы все главные риски. Все главные риски были связаны с Интернетом, и с социальными медиа. Когда можно взять и организовать людей на какую-то несанкционированную площадь Тахрир демонстрацию. Поэтому сейчас все сделано для того, закон не позволяет в твиттере сказать: а пойдем-ка на несанкционированный митинг. Он тоже уголовно будет. То есть фактически все защищено уголовными статьями. Поэтому я думаю, что логика 2014 года это воплощение в жизнь всех наработок, которые с 2011 года спецслужбы подготовили. Как защитить режим в условиях активизации социальных медиа и Интернета. 

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Спасибо большое. Константин Ремчуков, главный герой программы «Особое мнение». Всем счастливо. 

К. РЕМЧУКОВ - Спасибо вам.

http://www.ng.ru/politics/2014-09-22/100_echo220914.html

23 Сентября 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-винция

Архив материалов