Явочным беспорядком

 

Иллюстрация: Сергей Елкин

Иллюстрация: Сергей Елкин

 

 

Вопрос о том, как, кто, когда и почему голосует на выборах, много обсуждался в контексте последних выборных кампаний. Вернее даже вопрос о том, почему, кто и как НЕ голосует. Например, московские протестанты, симпатизирующие Алексею Навальному, активно сетовали в блогах, что явка была низкой, что почти 70 процентов москвичей не смогли «оторвать задницы от диванов» и тем самым дали Сергею Собянину победить уже в первом туре. Сергей Ёлкин прекрасно эти настроения насвоей недавней карикатуре изобразил, так что даже цитировать ничего не будем — излишни цитаты.

Меж тем проблема низкой явки характерна не только и не столько для Москвы. И не только на последних региональных выборах. Если же про последние, то вот простой пример: иная кампания мэра — выборы мэра Екатеринбурга. Кампания динамичная (динамика серьезнее, чем в Москве), конкурентная (на пост претендовали сразу три кандидата), непредсказуемая (оценить шансы и расклады до финального дня едва ли кто-то решился со стопроцентной вероятностью). Екатеринбург — город не менее политизированный, чем Москва. И все равно — явка на выборах составила 30, 38 процента, ниже чем в столице.

Увы и ах, явка на последних выборах невысока. Выборы в горсовет обычно привлекают порядка (это очень условная оценка, выборы разные бывают) 20 процентов избирателей, выборы мэра города — процентов 20-30, примерно такой же популярностью у избирателей могут похвастаться региональные парламенты. На выборы губернаторов приходит порядка 35-45 процентов избирателей. Выше явка только на федеральных выборах, там явка уже за 50 процентов.

Не самый ясный феномен: казалось бы, политики, что находятся к человеку ближе и решают конкретно его касающиеся вопросы, должны быть интереснее. Но получается ровно наоборот — Госдума популярнее и важнее, нежели губернатор, губернатор выигрывает у мэра, а тот у горсовета. Ясно, почему люди охотнее голосуют на выборах мэра, а не горсовета — все-таки мэр, как правило, фигура известная, а вот кандидатов в местные представительные органы власти бывают просто кучкой неизвестных людей. Вообще за персону голосовать проще, чем за партию. А вот почему процент голосующих на выборах снижается в разы от федерального уровня к местному — это вот уже вопрос.

Надо сказать, что вопросом «низкой явки» озабочены не только сторонники Навального и пикейные жилеты из соцсетей, но и люди конкретные и ответственные. Газета «Известия», например, сообщила, что вопрос о явке обсуждался на традиционной закрытой встрече первого замглвы президентской администрации Вячеслава Володина с доверенными политологами и политтехнологами. Состоялась встреча сразу после подведения итогов последних выборов.

И вот на встрече прозвучало предложение, что для большего привлечения избирателя на участки надо бы сделать следующее: перенести день голосования с воскресенья на какой-то будний день, но продлить при этом процедуру не с 8 до 20 часов, а с 6 до 22 часов, чтобы все работающие могли проголосовать когда им будет удобно.

Логика у инициативы следующая: тогда нивелируется «фактор дачного участка». Избиратели будут находиться по месту их обычного проживания и смогут спокойно проголосовать, не отвлекаясь от иных забот, что бывают у людей в выходные. Тем более, что такая практика существует во многих западных демократиях — американцы, скажем, голосуют в будний день и все там нормально с явкой.

Правда, инициатива весьма сырая. Опрошенные «Известиями» депутаты-единороссы ее не поддержали, против выступил и член ЦИК Денис Паньшин. Оно и понятно, в рабочий день человек, особенно если он работает далеко от дома, вряд ли захочет идти еще и на избирательный участок после работы. По крайней мере, многих такая перспектива отпугнет. То есть игнорирующих выборы дачников сменят игнорирующие выборы работающие люди — и ситуация с явкой не изменится. Власти, впрочем, рабочий день, возможно, был бы удобнее: тогда на участки можно массово водить бюджетников, пенсионеры придут сами и уровень доверия власти будет по итогам выше. Вот только никаких иных проблем это не решит.

Ранее звучали и другие предложения по повышению привлекательности голосования: перенос выборов с сентября на октябрь, полный ли частичный отказ от «единого дня голосования», введение обязательного голосования, возвращение минимального порога явки и другие инициативы.

По сути же проблема системная: доверия к институтам выборов у россиян особого нет. Согласно опросам ВЦИОМ, порядка 40 процентов граждан просто не верят в возможность повлиять посредством выборов на проводимую властями политику. Еще порядка трети полагают, что такое влияние есть, но оно очень незначительно. И только 15-20 процентов считают, что так можно влиять.

Если нельзя влиять — то зачем ходить: логика россиян понятна и абсолютно нормальна. Или например такая мотивация - « и так понятно, кого выберут». Понятно и беспокойство властей: выборы теперь являются негодным инструментом для объяснения, почему правят именно они. Если никто на выборы не ходит, то какая у властей легитимность?

Тема низкой явки, надо сказать, несколько надумана. Голосует немного, значит, активная часть общества  невелика или предпочитает иные занятия политическим играм. Собственно это и нормально, зашкаливающая явка мало где наблюдается на местных выборах в мире (хотя конечно 10-15 процентов — маловато). Разве от того, что проголосовало меньшинство, его голоса стали менее значимы? Они же выступили ради общественного блага и проявили гражданскую сознательность.

Впрочем, если явка наши власти и впрямь так сильно беспокоит, есть простой метод ее повышения. Его еще Аристотель в «Афинской Политии» описал: «Жалованье получает, во-первых, народ за рядовые народные собрания по драхме, а за главные по 9 оболов». Проблема тогда (плата за участие в народных собраниях была введена в начале 4-го века до нашей эры) та же, что и сейчас: многие граждане жили вдали от Афин и не приезжали на собрания. Ходили на народные собрания в основном граждане, проживающие в Афинах, Пирее или их окрестностях: из 30-40 тысяч рядовые собрания, по некоторым оценкам, посещали тысячи 3 или 5. Что, кстати, соответствует явке в 10-15 процентов. Поскольку для решения особо важных вопросов требовался кворум в 6 тысяч человек, то явку на собрания и старались поднять таким нехитрым способом. Чтобы понимать: 2-3 обола — это примерно дневной доход среднего рабовладельческого хозяйства, достаточный для жизни семьи из двух-трех человек. 

То есть в пересчете на современный российский лад система могла бы выглядеть так: платится за участие в выборах 1/30 от среднего дохода в месяц (лучше, конечно, от средней заработной платы) по региону за участие выборах. А в случае федеральных выборов — платить в три-четыре раза больше. Ну или советский вариант: вернуть тотальный дефицит и продавать то, чего нет в магазинах, на избирательных участках. Инновационная практика - и избиратель валом повалит на участки. Жалко, что по российскому законодательству это можно счесть подкупом избирателей. Греки-то жили и не жаловались.

 

http://polit.ru/article/2013/09/17/yavka/

17 Сентября 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-екты

Архив материалов