Футуролог Сергей Переслегин: ныне живущие погибнут в войне людей и киборгов

«Это не просто безработица, а лишение человечества принципиального смысла существования»

О результатах научно-технической революции в ушедшем году и самых опасных технологических и социальных вызовах и рисках близкого будущего рассказывает физик, футуролог, фантаст Сергей Переслегин.

«Где мы находимся, будет понятно в районе 2030-40 годов» 

— Сергей Борисович, начнем с вашего видения: в какой фазе находится человечество, в частности, его деятельная и передовая часть? 

— Мы находимся в конце индустриальной фазы развития. Конкретный этап, в котором сейчас находится авангардная часть человечества, это трансиндустриализм. Еще совсем недавно эта часть человечества находилась на этапе постиндустриализма. Постиндустриальный кризис начался примерно с 1970-х годов и сейчас продолжает углубляться.

— В чем основное отличие трансиндустриализма от постиндустриализма?

— Постиндустриализм — это преодоление индустриализма. Это экономика потребления, экономика услуг, экономика впечатлений. Это кредитная экономика с развитым банковским сектором. Это «зоосад капиталов» (знаниевого, человеческого, репутационного и так далее), политкорректность и гей-парады, превращение индустриальных пространств городов в рекреационные зоны. Это экология, охрана природы, энергосберегающие технологии.

Трансиндустриализм — это преодоление постиндустриализма. Это производящая экономика, основанная на робототехнике и аддитивных технологиях (когда объекты создаются с помощью 3D-модели и послойного соединения материалов — прим. ред.). Это кризис банков и финансовых технологий, отчасти и кризис экономики услуг. Это возникновение «планетарных» форм капитала и переход от охраны природы к рациональному природопользованию, основанному на замыкании производственных циклов. 

Сергей Переслегин: «Больше всего технологий — в Штатах, быстрее всего их делают в Китае, а лучше всего соображают, почему это не работает и что нужно поменять — в России»Сергей Переслегин: «Больше всего технологий — в Штатах, быстрее всего их делают в Китае, а лучше всего соображают, почему это не работает и что нужно поменять — в России»Trend News Agency

Трансиндустриализм включает в себя этап перехода к шестому и, возможно, седьмому технологическому укладу. Если шестой уклад — это аддитивные технологии, квантовые копиры, робототехника, производство, возглавляемое искусственным интеллектом, то седьмой — это программирование на естественных языках. То есть будут технологии, основанные на объединении искусственных и органических, «живых» систем. Официально этого в планах пока еще нет, но многие айтишники говорят, что это вопрос недалекого времени. Кстати, нужно отметить, что, раз будет происходить быстрая коэволюция (совместная эволюция) естественных и искусственных языков, начнет меняться и картина мира. Эволюция естественного языка — это всегда изменения в картинах мира.

— Когда же изживет себя постиндустриальная фаза?

— Индустриальная фаза изжила себя еще в начале 1970-х, сегодня изживает себя и постиндустриальный ее этап. Четкой даты вам никто не скажет. Другой вопрос, что кризис с большой вероятностью заканчивается фазовым откатом, и тогда мы возвращаемся в достаточно глубокое прошлое, грубо говоря, в технологическое варварство. А потом из этого варварства снова попытаемся выйти, возможно, в следующую фазу. С другой стороны, кризис может заканчиваться и созданием следующей фазы. Мы ее называем когнитивной, хотя в действительности мы немного о ней знаем и плохо понимаем, что это такое. Мы понимаем, что она будет принципиально отличаться от индустриальной. Будут принципиально иные механизмы познания, управления, производства и так далее. Кризис должен так или иначе разрешиться приблизительно в течение полувека, то есть в районе 2030-40-х годов будет понятно, где мы находимся — в зоне фазового отката или в зоне фазового перехода. 

«Распад Евросоюза — вопрос прошлого. Brexit интересен тем, что сигнализирует о «всплытии» реликта Британской империи»«Распад Евросоюза — вопрос прошлого. Brexit интересен тем, что сигнализирует о «всплытии» реликта Британской империи»Алекс Макнотон/РИА Новости

— Какие события ушедшего года подтверждают ваши выводы о переходе из одной фазы индустриальной эпохи в другую, из постиндустриальности в трансиндустриальность? Россия движется в рамках этого тренда или у нее «особый путь», как любят говорить «почвенники»?

— А куда она денется? Хотя двигается она в нем не так быстро, как бы хотелось. Опять же, как посмотреть. По робототехнике мы здорово отстаем, зато по дронам двигаемся вполне уверенно. Примером служит российский проект «Статус 6» — самоходная, беспилотная, многоцелевая система, предназначенная для поражения объектов экономики противника в районе побережья. Ее разработало ЦКБ МТ «Рубин». Интересно не то, что это военная торпеда, а то, что это дрон, а значит, искусственный интеллект. Тот факт, что ФСО и ФСБ все время вносили законопроекты о полном контроле над дронами, означает, что эти аппараты постепенно становятся социальным явлением, важными элементами жизни, с помощью которых можно много чего добиться.

Если говорить в «мировых масштабах», то из области науки могу отметить значимые результаты, полученные космической станцией NASA «Новые горизонты». Напомню, что этот аппарат был запущен еще в 2006 году для изучения Плутона, его спутника Харона и пояса Койпера, но результат дал только сейчас. На данный момент самым важным результатом этой миссии стало открытие геологической активности Плутона и его планетоподобия. И то, и другое, мягко говоря, не то что неочевидно, а в свете сегодняшних астрономических представлений почти невозможно. Соответственно, результат здесь в том, что Вселенная оказалась заметно сложнее наших моделей — даже в таких «мелочах», как Плутон, которому не так давно отказали в статусе планеты. И вдруг выясняется, что у него сложное внутреннее строение, какая-то «геология»…

В целом в ушедшем году, в отличие от позапрошлого, когда были открыты нейтринные осцилляции, что поставило под сомнение многие устоявшиеся и общепринятые теоретические модели, ничего столь же значимого не произошло. Год продолжал тренды предыдущего: роботизация, аддитивные технологии и искусственный интеллект. В том году было много выставок робототехники. Я с удовольствием пообщался с роботами, они вполне могут вести разговор. Не знаю, могут ли пройти тест Тьюринга (на способность машины убедить человека, что перед ним не машина, а человек — прим. ред.), скорее всего, могут. 

«С проигрышем Клинтонов становится ненужным очень большое количество мелких политических элит в Европе и на постсоветском пространстве, которые проектировались этим кланом. Ожидаются чистки, а в Америке реален гражданский конфликт»«С проигрышем Клинтонов становится ненужным очень большое количество мелких политических элит в Европе и на постсоветском пространстве, которые проектировались этим кланом. Ожидаются чистки, а в Америке реален гражданский конфликт»Николай Лазаренко/РИА Новости

Стоит сказать и о двух важных прогнозах 2016 года. Первый — отказ в аддитивных технологиях от 3D-принтинга. Будет создаваться следующая версия — то, что называется квантовым копированием. В двух словах: обычная голограмма создает оптическую копию объекта, голограмма же, полученная с помощью гамма-лазера (то есть сверхультрокоротких лучей), будет создавать не только оптический, но и электромагнитный образ объекта. Иными словами, его можно будет «потрогать». Гамма-лазер в среде будет создавать точный образ объекта — до молекулярной и даже атомной структуры. Это и есть квантовое копирование. Второй прогноз: мы допускаем (хотя решающих подтверждений этому пока нет) сильные изменения в области электротехники, включая беспроводную передачу больших энергий. 

В общем, в 2016 году меня обрадовали, как ни странно, не столько новости из области науки или технологий, сколько из области политики.

— Какие политические события вы имеете в виду? Brexit и победу Трампа?

— Конечно. Поскольку я предсказал эти события, причем задолго до того, как они произошли. И мне это приятно. Но, кроме того, что особенно приятно, это сами по себе важные события для мира. Brexit интересен совершенно не с точки зрения распада Евросоюза. Тема распада была интересна в 2003-07 годах, когда это еще было вопросом будущего, на сегодня это вопрос прошлого. Brexit символизирует и сигнализирует, что ожидается такое довольно интересное политическое явление, как всплытие реликтов, конкретнее — всплытие реликта Британской империи. Об этом говорит множество фактов, в том числе и удачное выступление англичан на Олимпиаде (второе место после команды США — прим. ред.). Это означает углубление связей Англии с Канадой, Австралией и Новой Зеландией. С большой вероятностью возникнут новые локальные политические блоки. Кстати, я глубоко убежден, что в этой ситуации англичанам придется ставить задачу строительства сверхзвукового авиалайнера. Пока об этом больше говорят американцы, но делать придется англичанам. 

Что касается Трампа. Проблема не в том, что в Америке избран невменяемый президент. В принципе, такое ожидалось давно. Более того, все кандидаты на президентских выборах в США были невменяемы. Важнее то, что Трамп стоит на позиции: «Америка — для американцев». А значит, Трамп выступит против транснациональных компаний. Вот какой конфликт последует после выборов, и вот в чем их значимость. Они ставят под угрозы вненациональные мировые структуры, которые я называю доминатами. Но также они ставят очень большое количество локальных мелких политических элит в Европе и на постсоветском пространстве, которые проектировались кланом Клинтона. С проигрышем этого клана становятся ненужными и эти элиты. В общем и целом ожидаются чистки, а в Америке реален гражданский конфликт.

«Трамп будет стремиться к трансиндустриализму, и это значит — приоритет био-, инфо-, нанотехнологиям и робототехнике над финансовыми технологиями и экономикой услуг»«Трамп будет стремиться к трансиндустриализму, и это значит — приоритет био-, инфо-, нанотехнологиям и робототехнике над финансовыми технологиями и экономикой услуг»Александр Вильф/РИА Новости

— Как президентство Трампа повлияет на технологическое развитие? 

— Считается, что Трамп победил за счет того, что работал с новыми сетевыми технологиями. В этом плане его победу можно рассматривать как победу сетевых технологий. Но честно говоря, я склонен думать, что это скорее внешний фактор, чем реальная ситуация. Когда я предсказывал победу Трампа, вообще никак не учитывал вопрос использования технологий. Здесь я бы сказал следующее: Трамп, несомненно, будет стремиться к трансиндустриализму, а не к постиндустриализму. И это значит — приоритет био-, инфо-, нанотехнологиям и робототехнике над финансовыми технологиями и экономикой услуг. Проблема шестого уклада диагностирует, что возникли серьезные проблемы с развитием энергетики и мощного двигателестроения. Энергетику потихоньку начинают двигать, но с двигателестроением все по-прежнему плохо. Я склонен думать, что в ближайшее время Америка будет разрабатывать новые, очень мощные двигатели для авиации и космоса. Но нельзя сказать, что это результат победы Трампа, это консенсус всей американской правящей элиты.

«Либо будущее для всех, либо для немногих избранных» 

— В книге нобелевских лауреатов по экономике Ангуса Дитона, Элвина Э. Рота, Роберта Шиллера, Роберта М. Солоу «Через 100 лет. Ведущие экономисты предсказывают будущее» говорится о росте безработицы в связи с роботизацией производства. Что вы думаете на этот счет?

— Они правильно боятся роботизации. Начался интенсивный процесс замены рабочих роботами в Китае. Это означает, что роботы стали лучше, чем дешевый китайский рабочий. Они дешевле, а работают более качественно. Уже сейчас искусственному интеллекту может быть передана значительная часть научной деятельности, вряд ли 100%, но 99% — без проблем. А оставшийся один процент можно объявить никому не нужным, не интересным и так далее. 

У нас складывается принципиально страшная ситуация. Для производства, вообще для любой сферы деятельности — будь то управление, образование или медицина — оказываются ненужными 6,9 млрд из 7 млрд всего человечества. Это не просто безработица, это лишение человечества принципиального смысла существования. Да, конечно, можно обманывать людей разными формами волонтерской деятельности, якобы креативной работой, которая, дескать, не под силу роботам. Но это воссоздает абсолютно неприемлемые социальные риски. Мы сталкиваемся с вызовом, к которому в конечном счете сводятся вызовы будущего и о котором много раз говорили: либо будущее для всех, либо для немногих избранных. 

До сих пор мировая элита видела спасение мировой экономики в идее трансиндустриального перехода, прекрасно сознавая, что на следующем этапе это приведет к колоссальному социальному кризису.

 

9 Января 2017
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-екты

Архив материалов