Прощай, дерево

Перестановки в Рослесхозе - всего лишь показательная порка в стиле Путина

В понедельник вечером стало известно, что глава Рослесхоза Виктор Масляков освобождён от должности. На его должность назначен бывший замглавы Минприроды Владимир Лебедев. За несколько часов до этого на заседании Госсовета Владимир Путин выразил крайнее недовольство тем, как обстоят дела в лесной отрасли.

— В прошлом году более 7 тысяч человек привлечены к уголовной ответственности за незаконную вырубку, нанесли ущерб в 10 млрд рублей, но возмещено всего 2%... Очевидно, что должностные лица, которые отвечают за лесную сферу, не справляются. Предполагаю, что правительство должно принять кадровые решения. И сделать это как можно быстрее, - процитировали президента «Известия».

Путина также не устраивает, что в лесном бизнесе процветает коррупция, леса не возобновляются, посредники накручивают цену на древесину, аренду лесных участков и т.д. Президент даже признал, то, что чиновники долгое время пытались опровергать – а именно, что официальная статистика в разы занижает площадь лесов, которые пострадали от пожаров. Между тем, как среднегодовая площадь лесов, пройденная пожарами, возросла в 1,6 раза.

Впрочем, гнев президента должен был обращён не в последнюю очередь на самого себя. Ведь это ещё во время его второго президентского срока власть всячески продавливала Лесной кодекс, игнорируя предупреждения экспертов. И вот теперь их предсказания ожидаемо подтвердились. Означает ли смена главы Рослесхоза, что власть, наконец, захотела навести порядок в лесной отрасли?

- Ситуация в лесной отрасли – катастрофическая, – считает координатор лесных программ «Гринпис России» Алексей Ярошенко. – Практически вся лесная промышленность в России разваливается. Основных причин две. Первая – безумное законодательство, при котором нормального лесного хозяйства быть не может в принципе. Вторая – критический уровень истощения российских лесов. В современном мире такие прореженные леса уже не позволяют лесному сектору быть конкурентоспособным.

В этой ситуации виноват не только Рослесхоз. Но он внёс немалый вклад в эту разруху. Если говорить о Маслякове, то после его прихода практически вся деятельность ведомства свелась к бюрократическим мерам. Всякую проблему пытались решать за счёт бесконечных отчётов. В итоге все неравнодушные люди, которые ещё остаются в лесном хозяйстве, по самые уши завалены бумажной работой. В лес лесникам ходить некогда.

Но, по большому счёту, из Маслякова сделали козла отпущения. Нельзя сказать, что он не заслуживает отставки, но виновников ситуации кроме него предостаточно.

«СП»: - К истощению наши леса привёл «Лесной кодекс», принятый в 2006 году?

- Лесной кодекс так сказать, вбил последние гвозди в крышку гроба. То, что мы имеем сейчас – результат варварского уничтожения лесов на протяжении последних десятилетий. Леса у нас вырубали столько, сколько могли. А восстанавливали и охраняли – по остаточному принципу. В итоге все экономически доступные леса истреблены практически в ноль. Закономерно, что продукция российских предприятий в мире утрачивает спрос – леса с каждым годом всё меньше, качество его всё хуже.

В результате даже градообразующие предприятия в России на ладан дышат. Соломбальский ЦБК в Архангельске уже четвёртый месяц стоит без работы. А ведь от него зависит жизнь целого района. Уже официально объявлено об увольнении свыше тысячи человек. Два других лесозавода в Архангельске также не работают, и перспектив восстановления производства нет. Руководство Новоенисейского лесохимического комплекса недавно заявило о тяжёлой ситуации на предприятии и попросило помощь у региональных властей. Большие трудности у кондопожского ЦБК в Карелии. И так – везде. Число предприятий, которые как-то держатся на плаву в лесной промышленности, не превышает 10 процентов.

«СП»: - Судя по приведённым вами примерам, хуже всего дела обстоят на Северо-Западе России?

- Нет, пригодные для промышленности леса сведены практически на всей территория вдоль Транссиба - в обе стороны на пару сотен километров, на юге Дальнего Востока, и в Средней полосе. Везде вырубалось всё лучшее, чтобы получить прибыль. О последствиях никто не задумывался. Кстати, при этом общая площадь лесов у нас растёт, чем иногда любят спекулировать чиновники. Дело в том, что сельское хозяйство у нас умирает быстрее лесного, поля зарастают молодым лесом. Но он ещё не скоро будет пригоден для лесозаготовок.

А вот именно взрослые хвойные леса уничтожаются очень быстро, исчезают на глазах.

В последние годы страшный бич лесов – пожары. В прошлом году общая площадь вырубок всех типов, считая незаконные, составила 1,5 миллиона гектаров. А огнём пройдено 11 миллионов гектаров. Правда, около половины этой территории приходится на так называемые низовые пожары, которые мало вредят лесу. Но площадь лесов полностью уничтоженных пожаром тоже огромна – 6 миллионов гектаров.

«СП»: - То есть можно сказать, что статус лесной державы мы потеряли и скоро экспорт леса будем вынуждены прекратить?

- Пока мы сохраняем экспорт за счёт количества вырубаемого леса. А вот из-за его качества наша лесная промышленность сдаёт позиции. Если когда-то Россия была мировым лидером по заготовке древесины, то сейчас мы уже на 5 месте. Падение продолжится.

«СП»: - Почему мы не можем навести порядок в своих лесах? Ведь в 21 веке с помощью спутников, в том числе отечественных, легко отследить ситуацию и принять меры. Путин как раз об этом говорил на Госсовете.

- Информации о лесах нет не потому, что её негде взять, а потому что очень многие органы госвласти заинтересованы в том, чтобы информация эта не озвучивалась. Путин, конечно, погорячился на счёт того, что у нас есть свои отечественные спутники, которые могут дать нужную картину по лесу. Но есть много источников информации - от общедоступных до коммерческих -из которых действительно легко составить объективную картину происходящего.

Проблема только в том, что чиновники не заинтересованы в получении объективной информации. Например, Лесной кодекс ввёл такое понятие, как государственная инвентаризация лесов. На проведение этой работы уже 6 лет выделяются довольно приличные деньги – до миллиарда рублей в год. А результата нет. Вообще. Есть какие-то отчёты чиновников, которые вызывают то смех, то слёзы в зависимости от настроения. Но всерьёз их рассматривать нельзя. Работа по мониторингу ситуации с лесами в России провалена. И как раз Рослесхозом.

Или ещё пример: только-только президент сказал, что нехорошо занижать данные о лесных пожарах, признал, что последние два года официальная статистика была недостоверной. И что мы видим? Вот буквально сейчас бушует лесной пожар в Приморье. По нашей оценке общая площадь пожара там составляет 12 тысяч гектаров. Непосредственно лес горит на территории около 4 тысяч гектаров. Горит он уже вторые сутки. Но администрация Приморского края заявляет, что пожара нет, и вообще лес у них не горел с начала 2013 года. И МЧС говорит тоже самое. То есть красивые слова президента – одно, а реальность – другое.

Чиновники боятся ответственности. Ведь если лес горит, значит, они плохо подготовились к пожароопасному периоду. Сказывается и нехватка денег в регионах. На лесной фонд государством денег выделяется в разы меньше, чем нужно. У нас ещё к тому же очень запутанная система, кто и за что должен платить во время лесных пожаров.

«СП»: - Смена главы Рослесхоза может привести хоть к какому-то улучшению ситуации?

- Надежда умирает последней – посмотрим. Любая сменяемость чиновников создаёт иллюзию ответственности. Что может быть хуже, чем было при Маслякове, мне трудно представить. Но при этом надо понимать, что в рамках действующего лесного законодательства организовать нормальную систему управления лесами в России невозможно. Любой профессионал, работающий в этой сфере, если не побоится, скажет вам то же самое.

Проблема в том, что Лесной кодекс однозначно ассоциируется с именем Путина. Его все воспринимают именно, как «путинский кодекс». И, конечно, президент не хочет отвергать тот документ, который сам же лоббировал и подписывал. Поэтому всё ограничивается поиском стрелочников.

Время от времени, правда, в Лесной кодекс вносятся некие коррективы. Уже 19 поправок внесено, но лучше от этого не становится – у нас нет системы принятия профессиональных законов. Законы, как правило, принимаются дилетантами. Воровать лес при этом кодексе стало легче, а вот заниматься легальным лесным бизнесом – сложнее. Причём, чем меньше у бизнеса административного ресурса, тем больше на его пути возводится бюрократических барьеров.

- Никаких изменений от смены одного руководителя на другого я не жду. – Говоритпредседатель партии «Яблоко» Сергей Митрохин. – Политика в области лесной промышленности не может быть оторвана от того, что происходит в остальной промышленности, которая у нас ориентирована на то, чтобы продавать сырьё за рубеж. Нет никаких мер по поддержке обрабатывающей промышленности.

Продажа сырого леса за рубеж будет продолжаться, пока останется, что продавать. А это всегда основа коррупции. И любой глава ведомства вряд ли сможет, даже если захочет, всерьёз что-то изменить.

Если бы государство захотело бы развернуться лицом к лесной промышленности, оно создало бы условия для лесопереработки внутри страны. Но оно этого не делает, несмотря на все красивые заявления. Мы увидели просто очередную показательную порку в отдельно взятом министерстве.

«СП»: - Существует ещё экологический аспект этой проблемы. Леса вырубаются даже там, где от них зависит здоровье миллионов людей – например, в ближнем Подмосковье. Известны случаи строительства новых коттеджей в лесах рядом с посёлками Усово и Барвиха в непосредственной близости от резиденции Путина. Почему такое становится возможным?

- Удивляться нечему. Лесной кодекс практически отменил систему лесного надзора в России. Лесников стало меньше в 10 раз. Поэтому растёт число незаконных рубок, увеличивается площадь лесных пожаров. Государство резко снизило свою ответственность за состояние лесов. В такой ситуации любой глава лесного ведомства легко может быть сделан козлом отпущения.

Мало того, мы наблюдаем размывание земельного законодательства, градостроительного кодекса. Постоянно облегчается процесс перевода лесных участков в обычные. Это приводит к тому, что в лес захватывают где угодно, даже под носом у президента. Насколько мне известно, пытаются отхватить даже часть заповедника «Завидово», где любят охотиться наши государственные деятели. Почему сегодня криминальные элементы стремятся получить должности глав муниципальных образований, в том числе и сельских? Потому что таким образом они получают возможность «рулить» распределением земельных и лесных участков под застройку. На этом наживаются целые состояния. И законодательство это поощряет, с каждым годом облегчая процесс перевода земель лесной категории (где строительство запрещено) в другие категории. Недавно опять тихой сапой были внесены поправки в Земельный кодекс. Это было сделано под предлогом облегчения застройки земель в новой Москве. Однако правила тут же были распространены на всю Россию.

СвободнаяПресса

 

16 Апреля 2013
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-смотри

Архив материалов