«Другая рациональность» и вечные русские вопросы

 

 

Хотелось бы предложить вни­манию читателей вопрос о то­тальности и всеохватности тех опасных и скорее всего необратимых изменений, которые произошли за последние двадцать с небольшим лет в сознании современных жителей Рос­сии. Эти изменения — массовые, почти повальные — трансформировали по­нимание людьми целей и смысла жиз­ни, исказили мораль и практическое поведение, сделали иными представ­ления о ценном и презренном. Те, кто родился «при Советах», живут сегодня в ином мире — в обстановке «войны всех против всех», ярости, злобы и не­вежества, которые уже стали считаться нормальными и почти похвальными. Круг гуманных человеческих отноше­ний сужается, в нем остается все мень­ше людей; и стоит задать себе старые русские вопросы: кто в этом виноват? и что в конце концов делать?

Мир абсурда или «другая рациональность»?

Проблемы, поразившие Россию конца ХХ — начала ХХ! века, на самом деле давно известны человечеству. Во всяком случае, с Нового времени и пе­риода первоначального накопления. Они хорошо были выражены К. Мар­ксом в знаменитой фразе: «Нет такого преступления, на которое не пойдет капиталист ради 300 процентов при­были». Фраза эта, кстати, стала сейчас весьма популярна в сети Интернет, видимо, потому, что адекватно отра­жает нынешнюю ситуацию.

Обрыв буржуазного развития Рос­сии во втором десятилетии прошлого века дал лишь умеренный шанс для окультуривания и развития страны, шанс, который осложнялся наличием агрессивного окружения и внутрен­ней логикой партийного соперниче­ства. Наше Отечество прославилось, с одной стороны, надежной социаль­ной защитой населения, а с другой — получило известность как «большой концлагерь», сокрушение которого в начале 1990-х годов превратило об­щество в «воровскую малину». Капи­тализм, всегда дикий при своем вос­хождении, в России одичал вконец, помноженный на вековую бюрокра­тическую традицию и цинизм власть предержащих. В результате, к сего­дняшнему дню сложился удивитель­ный «мир абсурда», по сравнению с которым абсурд, описанный знаме­нитым экзистенциалистом А. Камю, — это просто меланхолия рефлекси­рующего интеллектуала. Как шутили во времена оно, «Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью».

Особенностью современного аб­сурда является, прежде всего, мас­штабная и повсеместная практика имитации1 всех без исключения со­циальных, политических и культур­ных процессов. В сегодняшней Рос­сии имитируется все: политическая власть, развитие промышленности, сельского хозяйства и образования, существование коллективных инте­ресов, государственных задач и со­циально-ориентированного управле­ния. Ложь настолько пропитала любое общественное явление, что ее уже не­льзя отделить от правды — они сме­шиваются, создают какую-то стран­ную амальгаму, за которой нельзя найти ничего настоящего. Далеко за примерами ходить не надо, каждый знает это по своей жизни, сталкива­ется с этим каждый день на рабочем месте и у себя дома:

— строители дорог и домов не столько строят дороги и дома, сколь­ко делают так, чтобы они вскорости развалились;

— ЖКХ обирает жильцов, припи­сывая им несуществующие долги, и не обеспечивает толком никаких услуг;

— граждане выходят на митинги по преимуществу только за деньги и, прокричав лозунги, требуют немед­ленной оплаты;

— чиновники, объявляя о борьбе с коррупцией, с каждым днем берут все больше взяток;

— военачальники не столько слу­жат делу защиты родины, сколько разворовывают военный бюджет, от­нимают деньги и квартиры у своих же солдат и офицеров;

— почти никакие законы, приня­тые после бурных дебатов, не выпол­няются;

— депутаты, как только их отлуча­ют от бизнеса, бегут из органов влас­ти как крысы с тонущего корабля.

— и даже могильщики ставят па­мятники несуществующим покой­никам.

Все это было бы даже смешно, если бы не было так грустно. Особо же остановимся на самой близкой, знакомой нам далеко не понаслышке сфере — системе образования. Оно выдержало «лихие 90-е», оставаясь нерушимым бастионом: студентов по-прежнему учили. Но с начала «ну­левых» имитационный обвал стал нарастать и здесь. Современное обра­зование, кроме нескольких богатых и поощряемых властью московских вузов, — это сплошная имитационная система. Попытка нынешнего пра­вительства ее «дифференцировать» и «корректировать» — тоже очеред­ная имитативная акция. Подобная ситуация сложилась по нескольким причинам. Во-первых, расплодилось множество слабосильных или просто фальшивых вузов и вузиков, которые никак не получается закрыть, потому что они успешно откупаются от лю­бой проверки.

Во-вторых, под призывы о «необ­ходимости повышать качество обуче­ния» преподавательский состав пре­вратили в жестоко эксплуатируемых рабов, которые получают копейки и должны трудиться «от рассвета до заката», не имея возможности пол­ноценно отдохнуть, не восстанавли­вая сил и не развиваясь в профессии. А поскольку люди — всегда люди, то в ответ преподаватели скорее имити­руют работу, чем работают. Именно на этой почве расцвели взятки и от­кровенное вымогательство.

Самое интересное, что большин­ство лишь имитирующих учебный процесс заведений, которые ничему не учат и лишь обирают студентов, обычно прекрасно отчитываются перед всеми комиссиями. Провали­вая все тесты, они выходят «в пере­довики», а «строгой дисциплиной» прикрывают отсутствие нормально­го процесса обучения. При этом во всепроникающем Интернете идет бойкий обмен информацией о том, какой экзамен или зачет покупается в каждом конкретном заведении и за какую цену.

1В итоге «в большой мир» выходят совершенно необразованные люди; впрочем, даже если кто-нибудь из них и узнал что-либо по сути своей про­фессии, то применить свои знания и умения ему все равно негде: разва­ленная экономика не требует специ­алистов. И это касается всех нынеш­них «бакалавров» и «магистров», хотя особые нарекания власти вызывают гуманитарии, которые «работают не по специальности». В «специаль­ность» же они не идут, потому что там либо вообще не платят, либо платят такие гроши, на которые невозмож­но нормально жить, создавать семьи, и им остается одна дорога — торго­вать сапогами или пирогами. Кстати сказать, не так уж давно аналогичная ситуация существовала в Египте, где целые гильдии торговцев и таксистов составляли выпускники мехматов и филфаков.

Откуда же берется весь этот соци­альный бред и вся нынешняя ирра­циональность? Ведь не безумные же сплошь люди живут в родной стране! Где коренятся истоки грандиозного «театра абсурда»?

На самом деле, не такой уж это секрет. Ситуация вовсе не ирраци­ональна: наоборот, она глубоко и последовательно рациональна, но лишь в интересах малочисленных групп людей, стоящих «у руля», — всякого рода олигархов, чиновни­ков, политиков и проч. Именно они, руководствуясь исключительно ко­рыстью и жаждой самоутверждения, неуклонно, старательно и целеус­тремленно насаждают всероссий­ский абсурдизм. Ими владеет дух стя­жательства, своеобразное бесовство, когда единственной и главной цен­ностью в жизни оказываются деньги и только деньги. Пусть даже не упо­мянутые 300, а 200 или даже 150 про­центов прибыли. При этом правят они, что называется, твердой рукой. Взятки, откаты, казнокрадство, не­законный отъем, прямое воровство, открытый грабеж, вымогательство, эксплуатация — все это просто при­пудривается имитативными форма­ми и обеспечивает частный эгои­стический интерес. На всех уровнях бюрократией изобретаются блиста­тельные схемы самообогащения за счет того, что граждане обременя­ются формальной и бессмысленной работой, мешающей делать реально полезные дела, которые бюрокра­тически-олигархической иерархии совсем не интересны.

Сегодняшний преступный истеб­лишмент, рационально и приемисто обворовывая население и вывозя де­ньги за рубеж, ставит массы в поло­жение, когда все «мелкие воришки», ворующие лишь во имя выживания, оказываются еще и виноваты. Самый крупный мздоимец обязательно будет до времени попускать мелким в их во­ровстве и взяточничестве, во-первых, потому, что те волей-неволей должны будут «поделиться», а во вторых, пото­му что это дает возможность показать свою власть и «обличить виноватых». Так по сей день все ловят на взятках учителей и врачей, в то время как казна разворовывается несметными миллионами и миллиардами.

В общем понятно, кто виноват: рыба, как всегда, гниет с головы. Еще можно посетовать на «греховность человеческой природы» и вспомнить, что «от трудов праведных не нажи­вешь палат каменных». Собственно, сейчас только ленивый не критику­ет власть, все издания — бумажные и электронные — полны такой кри­тикой. Весьма точной. Бьющей не в бровь, а в глаз. Другой вопрос: что бу­дет, если вдруг власть изменит свой курс или (чего не бывает!) сменится сама эта власть?

Все джентльмены делают это...

А вот что будет в таком случае, не совсем ясно. Потому что за два десят­ка лет единственной реальной ценно­стью, гарантирующей общественное положение, уважение и статус, окон­чательно стали деньги. Уже выросли целые поколения, просто не знающие другой жизни: они родились или всту­пили в сознательную жизнь уже при Ельцине, в эпоху «разрушенной цен­ностной пирамиды», когда такие по­нятия, как «патриотизм», «справедли­вость», «совесть», «правда», стали почти бранными словами. А ведь подрастают следующие поколения, родившиеся при Путине: дети ЕГЭ, Яндекса, мас­совой психологической депрессии, отсутствия перспектив и страха перед «Цапками» всех мастей и оттенков.

Один из выдающихся философ­ских антропологов ХХ века Макс Ше-лер писал когда-то, что тот, кто узнал «порядок любви человека», узнал и его самого, этот порядок определяет то, что обступает человека в простран­стве (моральный окружающий мир) и во времени (его судьбу, то, что может случиться только с ним). Человек, пи­сал Шелер, всюду носит с собой свой порядок любви, и структура окружаю­щего мира расчленена в соответствии с ценностной структурой...

Как же строится структура жиз­ненного мира, к примеру, современ­ного 20-летнего человека? Каков ее ценностный ряд, его «порядок люб­ви»? Заметим, что на этот «порядок» влияют не только окружающее соци­альное одичание, бедность или пре­ступное богатство родителей, повсе­местная жизнь «с двойным дном», но и средства массовой информации. Хотя многие нынешние молодые люди не смотрят телевизор, а больше обретаются в социальных сетях, об­мениваясь картинками и занимаясь взаимным «троллингом» (то есть по­просту подкалывая друг друга), целе­направленная информация и дезин­формация настигает их и там.

Организующие информационные потоки журналисты (отметим: жур­налисты, выросшие уже в нынешнюю эпоху) направляют их, не заботясь о правдивости или психологической безопасности сказанного и показан­ного потребителю. Этих журналистов самих уже научили в 1990-е годы, что ни правды, ни истины не существует; они очень гордятся своим «постмо­дернизмом», и потому все подается ими в режиме непрерывной сенсации, скандала, уродства, безобразия, ко­торое должно шокировать. «Шок!» — любимый прием желтой теле- и ин­тернет-журналистики. А другой, к сожалению, почти нет. Итак, во-пер­вых, непрерывный «шок» оттого, что мир полон садистов, извращенцев, убийц, подстерегающих за каждым углом, жестоких полицейских, ковар­ных друзей-предателей и т. д. Кругом взрывы, эпидемии и космические уг­розы. Во-вторых, достойны внимания только существа властные и богатые, подиумные красавицы, бизнесмены-миллионеры, знаменитые актеры, успешные мафиози, а также сопровождающие их жизнь миллиардные суммы, богатые виллы, дорогие авто, бриллианты и прочее в том же духе.

Иногда все это смешивается, по­рождая полный ералаш в сознании. Клиповый показ не отделяет серьез­ное от несерьезного, достоверное от ерунды. В результате болезнь «вер­хов» становится болезнью масс. Де­мон стяжательства овладевает уже не только олигархом и чиновником высшего ранга, но и любой сельской девчонкой, и любым парнем с город­ской окраины. Потому что деньги в навязанной им вер­сии мира — это един­ственное непревзой­денное богатство и достоинство. Их надо стяжать в этом чер­ном опасном мире, потому что они и бе­регут тебя, и возвы­шают, и дают шанс когда-нибудь убежать отсюда подальше — туда, «где хорошо». И ни родина, ни лю­бовь, ни дружба не сравнятся с этим аб­солютным кумиром.

Попробуем теперь, учтя эти вли­яния, кратко описать основные ус­тановки сознания среднего сего­дняшнего студента среднего (то есть достаточно имитативного) техниче­ского вуза. Студента, приехавшего из села, человека из семьи невысокого достатка, стремящегося остаться в городе, но не строящего обширных планов, живущего сегодняшним днем, хотя и желающего потом «хорошо устроиться» (скорее всего не по про­фессии). Наше описание будет в рав­ной степени относиться к юношам и девушкам, наследникам реформ Ель­цина—Гайдара, то есть к тем, кто в не­далеком будущем составит демогра­фический и трудовой костяк страны.

Для большинства представителей этого поколения любого рода ими­тация является абсолютной нормой жизни. У них не возникает никаких сомнений в том, что лгать, притво­ряться, выдавать «порося за карася» — это самое обычное и необходимое дело: ведь иначе «не выживешь». Они уверены, что ничего «настоящего» нет, в том числе и искреннего жела­ния работать или творить, а уж учить­ся — и подавно: учеба может быть только насильственной. Иначе кто же станет учиться? 

Воровство и взяточничество то­же предстают в глазах нового поко­ления явлениями рядовъми, органич-нъми, совершенно закономернъми. «Не подмажешь — не поедешь». Как можно не давать взятки? Ведь учиться не хочется, да и незачем: надо всего лишь получить документ. Так почему бы не купить его по частям, не муча­ясь и не пытаясь усвоить непонятное, да и ненужное? А как не дать взятку чиновнику? Он ведь тогда пальцем не шевельнет. Так что молодежь, что называется, «дает взятки, как дышит», в отличие от прошлых, «советских» поколений, которые мучились со­вестью и боялись таких поступков, за которые вполне могло последовать серьезное наказание. Нет, опаска, конечно, есть и сейчас, но ведь «все джентльмены делают это» (впрочем, как и леди). В наших детях проявля­ется сегодня вылезший откуда-то из глубины веков наиболее грубый про­стонародный тип мужичка-хитрова­на, циничного простака, которому «плюй в глаза — божья роса». Может быть, в элитных московских вузах дело обстоит иначе, но за пределами Садового кольца и тем более МКАД, в провинциальных дебрях почти ни­кто не вспоминает о пафосе позна­ния (разве что на уровне все того же имитативного лозунга).

В новом поколении, как уже было отмечено, отсутствует представ­ление о въсших ценностях. Этакая ценностная пирамида «с отрезан­ной головой»; место того, что гума­нистические мыслители называли «высшими ценностями», заняли те самые деньги, материальное благо­получие и чувственные удовольствия. То есть именно то в человеке, что на самом деле «ниже» самого человека. У молодых нередко «нет неба», в мас­се своей они — вульгарные материа­листы, узкие прагматики, хотя и слов таких к своим восемнадцати годам, как правило, не слышали. (Откуда же им взяться в нынешней-то сельской школе?) О Боге они тоже в большин­стве случаев не подозревают, поэтому рассказ о Нагорной проповеди Хрис­та вызывает у них повальный хохот: «Что? Подставь щеку? Ха-ха-ха! Что? Не прелюбодействуй? Так секс — это же хорошо!» Существование Нового завета для них — большой сюрприз.

1И все это — в «православной» стра­не. Интересно, чем это занимается наша Церковь? Табаком торгует? Ал­коголем? Население-то — даже не ате­истическое, а просто темное. Эдакое новое варварство, только без языче­ских богов. Варварство, у которого богами служат ночной клуб и дорогой автомобиль. Неверующие преподава­тели по необходимости вынуждены заниматься христианским просвеще­нием — хотя бы ради общекультур­ной подготовки. Церковь парит где-то высоко, ей не до паствы. Думается, нововведение со светской этикой и православной культурой в школе не очень-то поможет делу, в особенно­сти если их будут преподавать так, как преподают многие другие предметы, то есть почти никак.

Для восходящей плеяды будущих граждан России характерно полное отсутствие исторической памяти. Если просматривать личные странич­ки в Интернете, то надпись «ненавижу читать» можно встретить довольно часто. Число книгоненавистников стремительно растет, и как бы не при­шлось встретиться уже при нашей жизни с ситуацией, которую описал Рэй Бредбери в романе «451 градус по Фаренгейту».

Причем неумение читать и отвра­щение к литературе порождают не только безграмотность при письме, но и откровенное невежество. Сейчас уже и про Ельцина с Гайдаром сре­ди новых поколений никто толком ничего не знает. А на вопрос «Как же так?» отвечают: а зачем нам это? мы тогда еще не родились! И про Гитлера не знают, и про Ленина... Для многих двадцатилетних мир сужен во вре­мени до их собственной актуальной жизни, а в пространстве — до их род­ного села, ближайшего города и ка­ких-нибудь случайно ставших извест­ными «островов», на которые ездили отдыхать знакомые. И история, и гео­графия прошли мимо них, ну а аст­рономию-то и вовсе министерство отменило. Поэтому все чаще встреча­ются люди, которые не в шутку, а все­рьез считают, что Солнце вращается вокруг Земли.

Секс, пиво и драки являют собой ядро «студенческой юности» — тем, что остается в сухом остатке после поиска денег на оплату обучения, взятки и прочей «борьбы за сущест­вование». Конечно, можно вспомнить немецких буршей XVIII—XIX веков, которые тоже пили, дрались и безоб­разничали, а потом, вот, получилась современная наука. Но боимся, долго ждать придется — столетия. А нынеш­ние поколения тоже ведь жалко: на что они оказываются обречены?

Средний студент среднего вуза, как правило, полностью погружен в объденную жизнь, социально и поли­тически пассивен, в том числе по­тому, что уверен: изменить все рав­но ничего нельзя. «Халява» и насилие присущи миру онтологически, они необоримы. Если «рыпнешься» — выгонят, посадят, почки отобьют (и ведь отбивают!). Перед тем, от кого зависишь, надо стелиться, поэтому никакой протест, даже при явном вымогательстве, невозможен: «У них там наверху все схвачено, они меня уничтожат». Лучше приспособиться, заплатить, промолчать.

Неподготовленность, неумение учиться, отсутствие мотивации (все равно работать негде!) и лень делают молодых сговорчивыми и даже заин­тересованными в том, чтобы поку­пать все формы вузовского контроля. Иногда они просто преследуют того, кто не берет у них взяток, а требует знаний, стремясь всучить ему деньги и «закрыть проблему». Это происхо­дит и в государственных, и в коммер­ческих вузах. Тот, кто не берет, «нару­шает правила игры», рвет молчаливую круговую поруку. Так что «лукавые и коварные рабы» готовы как унижать­ся, выклянчивая оценку, так и вести себя достаточно агрессивно. Они — плоть от плоти того мира, который их породил, жертвы «другой рациональ­ности» старшего поколения.

При разного рода опросах и соци­ологических исследованиях молодые часто отвечают, что главная для них ценность — семья. Они уже достаточ­но искушены в имитативной игре, чтобы наивно не раскрываться, кри­ча, как попугай в фильме «Остров со­кровищ»: «Пиастры, пиастры!» Поэто­му отвечают то, чего по молчаливому уговору требует от них преподаватель. Скромненько и со вкусом: «Семья». К сожалению, жизнь далека от под­тверждения этих слов. Мужчины, ко­торые в силу социальной ситуации не в состоянии заработать, и женщины, воспитанные на книгах «про стерв», жаждущие лишь денег и драгоценно­стей, не могут составить нормальной семьи, способной выдержать житей­ские бури. Семьи разваливаются, дети не рождаются, население вымирает.

В силу всего сказанного нас осо­бенно тревожит вопрос: если здесь и сейчас предложить этому молодому поколению реальные условия чест­ности и справедливости, предъявить настоящие требования к качеству уче­бы и труда, а также награждать по до­стоинству и карать за дело, согласится ли оно жить в этих «нечеловеческих» идеалистических условиях?

Потому что для них крайне труд­но представить себе: как это можно жить, если нельзя ни украсть, ни дать взятку, ни обмануть? Рушатся бытий­ные основания привычного! Что если придется читать серьезные книги и овладевать профессией, работать по-настоящему и отвечать за свое дело? В христианском предании есть эпи­зод, когда ангел, желающий сделать грешнику добро, поднял его высоко в божественные сферы, чтобы тот прикоснулся к свету священного; но грешник только страдал и корчился: божественный свет жег его огнем, не давал дышать. Не случится ли того же с нынешними молодыми поколения­ми, если вдруг наступит эра законно­сти, справедливости и подлинной, а не «другой», рациональности?

В настоящее время многие моло­дые, все же не развращенные в силу личных обстоятельств окружающей средой, стремятся уехать за рубеж. Они надеются там найти применение своим силам, реализовать способно­сти, заработать сообразно своим уме­ниям. Однако все не уедут — не смогут по разным причинам, да и никто их там не ждет. Большинство же готово влачить жалкое и лживое существова­ние, заранее твердо зная, что прожи­вет неинтересную и тоскливую жизнь. Отсюда — и пиво, наркотики, попыт­ка «залить глаза». Можно ли — даже при благоприятных политических событиях — помочь им подняться над собой, способны ли они принять луч­ший вариант своего бытия, не отвер­нуться от него по невежеству и слабо­сти? Это — открытый вопрос. Дорого, очень дорого стоит России «другая рациональность» ее нынешних пра­вителей.

Что делать?

Заданный вопрос относится, как нынче говорят, к интеллектуалам, или, как раньше говорили, к интел­лигенции. Слово «интеллигенция» нам нравится больше, хотя теперь считается, что она вся вымерла за ненадобностью в условиях совре­менного рыночно-технического об­щества.

Власть не спрашивает себя, что де­лать, она и так делает — рационально преследует свои собственные сиюми­нутные интересы, своими действиями оставляя вокруг себя настоящую пус­тыню. Молодые поколения тоже не спрашивают об этом. На самом деле при всех ужасах социальной жизни в юности небо все равно синее, сахар сладкий, и пиво, даже разбавленное, веселит с третьей кружки. Поэтому вопрос относится к нам самим и к тем, кто читает серьезные журналы (прав­да, их осталось не так уж много).

Мы полагаем, что можем делать только то, что делали всегда, — сеять разумное, доброе, вечное. В аудитории и в своих книгах, устно и письменно, на бумаге и в Интернете. А прорастет или не прорастет — не в нашей влас­ти решать. Мы будем, как и прежде, говорить о том, что «деньги хороши в роли слуг и плохи в роли господ»; рассказывать даже самым необразо­ванным и дремучим о Христе и Кан­те, о справедливости и достоинстве, о свободе и ответственности за нее. Мы будем пытаться разбудить спящих и открыть глаза незрячим, уповая на силы, которые выше нас. В России это еще один вариант поведения «абсурд­ного человека»: жить и действовать вопреки абсурду окружающего мира, но смотреть при этом «выше абсурда», видя небо в алмазах, «ненавидеть грех и любить грешников». 

Свободная Мысль

 

22 Мая 2013
Поделиться:

Комментарии

Кунда , 24 Мая 2013
После скандала, который спровоцировал Ливанов своим заявлением в адрес Р.А.Н., я нашёл список не эффективных (по мнению ливановской конторы) институтов. В их числе оказались институты, которые занимались реальной исследовательской работой. В число неэффективных , причислены институты, занимавшиеся в основном проблемами экономики, социологии, демографии и др. Просмотрел толстые, «скучные» институтские журналы и темы которые в них поднимаются. Это в основном работы признанных авторитетов, профессоров с мировыми именами. Тираж журналов всего от 100 до 600 экз. - прибыли никакой. Это ведь не «смешнуха»: - это сплошной убыток. В этих журналах: -экономисты кричат о том, что необходимо создание такой экономической модели, при которой финансовые потоки шли и на периферию, а не были «национальным» достоянием Москвы и Питера. Кричат о В.Т О; о реальном секторе экономики, о меняльной конторе под названием «Центробанк» и то что она на самом деле филиал Ф.Р.С. С.Ш.А. -социологи: - поднимают темы социального сиротства, моно-городов как территорий доживания, социальном дне, об устойчивой бедности и о том, что возник чисто Российский феномен « работающий – бедный» - демографы: - тычут пальцем на неконтролируемую миграцию, и к чему это привело «запад», и то что «демографический скачок» это очередная сказка «едросов» - политологи: - предупреждают, что длительная эксплуатация лжи очень опасна, врать можно в меру, и воровать тоже. Использование потенциала Т.И.К-ов в таком форсированном режиме очень опасно, возможен перегрев, и тогда электорат просто не придёт к избирательным урнам… и пр. А заканчивают они все свои работы одним примерно выражением – призывом к властям, «одумайтесь иначе нам «кырдык». («кырдык»- ёмкое русско- татарское слово, понятное на всех языках мира) Если без шуток, то публикуются серьёзные научно – аналитические работы для специалистов и интересующихся. Что делать власти, как закрыть рты дяденькам и тётенькам, сомневающимся в правильности проводимого курса, да ещё публично подвергающие её (власть) критике (100- 600 экз.). И что делать с начальниками этих умников, которые осмелились, публиковать подобные мерзости. Выставить контраргументы некому – кадровый состав во властных структурах; - серые личности с серыми дипломами, и серыми мозгами (есть понятие светлые мозги), а если вступить в полемику - значит признать равным себе – гордыня не позволяет.(Гордыня – смертный грех). О гордыне скажу следующее, даже Понтий Пилат – великий воин, Прокуратор Иудеи, не побрезговал и выслушал Христа – представшего перед ним в образе нищего философа, каких бродило по Иерусалиму множество. . А в нашем случае – говорят академики…. И властями найден простой, очень эффективный, хотя и не изящный способ лишить умников аудитории, а заодно и куска хлеба. Реформа… Реформа академии наук России ! Гарант объяснил свою позицию в этой ситуации просто – «Ливанова я вам не отдам». Курс на уничтожение «умников» намечен, гарант не знает где задняя передача, мужик упёртый, и даже если его вынудят убрать Ливанова, он поставит другого, который решит поставленную задачу более изящным способом. P.S. Читайте академические работы сразу после опубликования потому что часто на них потом появляется «штепсель»: - (ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ)
Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов