Николай Казанский: "Филологическая безграмотность российского общества не поддается описанию"

Николай Николаевич Казанский (род. 1952) – специалист в области классической филологии и сравнительно-исторического изучения индоевропейских языков, доктор филологических наук. С 2001 по 2016 гг. директор, а ныне научный руководитель Института лингвистических исследований РАН, член Бюро Отделения историко-филологических наук РАН (2002). Ниже размещен фрагмент из большого интервью, которое он дал научному журналисту Наталии Дёминой для портала "Правмир". Полностью его можно прочесть на сайте издания.



На самом деле мне очень и очень повезло. Повезло и с тем, что тогда, в 60-е годы, еще происходило обсуждение общих научных и художественных проблем, люди встречались для того, чтобы поговорить об устройстве мироздания. Филологи читали книги и слушали о частицах и об антимирах. Тогда это всех интересовало, и в этом интересе объединялись и поэты, и ученые, и инженеры, и просто люди, которые следили за тем, что происходит кругом. Сейчас это намного труднее из-за разобщенности языков науки. Сейчас уже редко звучит мысль, что можно рассказать о теории относительности за 5 минут пятилетнему ребенку. Между тем на самом деле наука – это то, что можно объяснить ребенку.

Наука, когда ставятся глобальные вопросы, куда-то ушла и заменилась ремесленничеством, и эта тенденция кажется мне исключительно опасной. Мне повезло потом и с учителями, и с друзьями, с теми, с кем сталкивала жизнь. При этом, слава Богу, среди моих друзей есть и компьютерщики, и люди, которые занимаются инженерными вещами. Я не живу внутри маленького филологического мирка, где мы между собой общаемся и больше никого не видим и не слышим. Опасность самоограничения внутри одной специальности сейчас не только присутствует, но и становится угрозой, плодящей в обществе непонимание. <...>

...Филологическая безграмотность российского общества в целом совершенно не поддается описанию. Даже начиная с самых простых вещей… Я могу по пальцам одной руки перечислить издательства, которые сохранили корректоров. Считается, что достаточно нажать на кнопку компьютера, чтобы механически исправить ошибки, но даже в заявке на грант компьютер пытается мне изменить слово «грант» на слово «гранд». Что же говорить о литературном тексте? Общество не может существовать без таких вполне приземленных вещей, как выверенный, вычитанный текст, и кончая высокими рассуждениями об этом тексте.

Обсуждения текстов, почему одно хорошо, а другое – плохо, должны начинаться со школьной скамьи и продолжаться дальше, если хотите, в достаточно свободной форме семинарских занятий. При том, что сейчас и аспирантуру превратили в «третий уровень образования» с лекциями, которые совершенно не нужны взрослым людям, а нужна самостоятельная работа часов по 10 в библиотеках, потому что отнюдь не все книги существуют в интернете, это одно, и журналы, которые в интернете могут просто отсутствовать, особенно отечественные журналы.

Между тем, для правильного осмысления недостаточно прочитать книгу и сказать, что ты о ней думаешь. Вообще, положено, если ты ссылаешься на книгу, прочитать все рецензии, которые вышли на эту книгу, для того чтобы понять, как и что из содержащегося в ней обсуждают, в чем упрекают, что ставят в заслугу. Я специально просматриваю диссертации, которые попадают в ВАК, так вот за 15 лет я не встретил там ни одной ссылки на рецензию. Список литературы есть в конце, но рецензии не упоминают и не читают. Между тем, даже когда речь идет об этимологических словарях, рецензии очень полезны, потому что этимологии отдельных слов оспариваются как раз там, и это важно учитывать. <...>

Жалобы на то, что научные работники не читают друг друга, я впервые услышал, став аспирантом. Эту традицию мы свято храним, друг друга не читаем, но кроме этого еще и само писание рецензий как-то ушло. Между тем, Антуан Мейе в одном номере журнала мог поместить 30 своих рецензий на разные книги. То есть на каждую книжку, которую он прочитал, он пишет короткое резюме: «Основная идея книги такая, материал использован корректно», «это понравилось», «это не понравилось» или «замечу, что в этом примере ошибка». Ничего больше не надо, но сейчас при том, что у нас есть и Живой журнал, и Фейсбук, и Твиттер с Телеграмом, и что хотите, а обсуждения книг и статей фактически нет, рецензий как таковых нет, и это, безусловно, плохо.

– Как вам кажется, ВАК должен существовать или нет?

– Вы знаете, если бы я считал, что не должен существовать, я бы там не был, но проблем с научной аттестацией очень много. Самая главная проблема, которую я видел на протяжении тех 15 лет, что я был членом Президиума, состоит в том, что только один раз и, увы, не по гуманитарным наукам Президиум взял и присвоил за кандидатскую диссертацию докторскую степень. Вот это ужасно, потому что мы в ВАКе выступаем только в роли кнута, мы всё бюрократизируем и не поощряем по-настоящему хорошие работы. А ведь есть абсолютно блестящие диссертации, я могу назвать немало людей, которые бы заслуживали докторской степени просто за то, что они уже сделали. И здесь не нужно смотреть на формальные вещи, есть у него 5 публикаций, или 25, или 15, сколько там требуется, а просто потому, что у другого человека во всем мире таких результатов и таких знаний нет.

Недавно исполнилось 90 лет Сергею Евгеньевичу Яхонтову, кандидату филологических наук. Если нужно было решать какую-то настоящую проблему, то он ее решал, зная десятки языков и будучи замечательно начитанным во всей лингвистической литературе. И отсутствие инициативы ВАКа в направлении поощрения блестящих диссертационных работ меня очень сильно смущает, потому что молодые люди понимают, что есть ступенька, на которой все равны, публикации в подобающих журналах имеются, текст написан, его признали превышающим планку, которую, слава Богу, ВАК еще кое-как держит, получаешь кандидатскую степень… И присуждение докторской степени ученым, защищающим в качестве кандидатской диссертации труд мирового уровня, могло бы оказать очень сильное воздействие на все научное сообщество.

Одна такая работа защищалась у нас в институте лет 5 назад. На защиту я специально просил приехать Вячеслава Всеволодовича Иванова, который твердым голосом произнес: «Следует присудить докторскую степень», но ВАК и ухом не повел. Думаю, что мой коллега так кандидатом и останется, потому что отдельно докторскую он писать не будет. Сейчас в нашем институте будет защищаться кандидатская диссертация, 500 страниц, про язык, который прежде не был описан.

– Как вам кажется, как можно преодолеть разобщенность разных дисциплин? Или назад возврата нет?

– Я бы сказал, что самый простой способ – это разговаривать друг с другом. Я вспоминаю не без ностальгии и даже не без некоторого отчаяния выставки новых книг, новых поступлений в Библиотеке Академии наук. По вторникам весь университет и все институты РАН собирались в БАН, а филологи – у нас в институте, потому что здесь проходили выставки новых поступлений, хотелось пересмотреть всё, и это было место профессионального общения коллег. Сейчас же мало того, что из-за отсутствия подписки нас держат в минимум трехлетнем отставании к доступу к свежим научным журналам. Вы не можете взять и прочитать журнал в день его выхода, если у вас нет подписки. А на нас экономят, говорят, что через 3 года журналы поступят в бесплатный доступ. «Пожалуйста, вам надо только подписаться на базу данных, и дальше вы можете спокойно эти статьи прочитать». Но в базы данных попадают не все журналы… Раньше было живое обсуждение, когда люди встречались и обсуждали. «А вы видели эту статью? Как она вам показалась?» А сейчас этого нет.

Сейчас в ходу очень узкая специализация. Если ты – физик, то «зачем я буду разговаривать с этими лириками?», если ты – филолог, то «зачем мне ядерная физика?». И лишь очень небольшая группа людей способна радоваться возможности междисциплинарного общения. Слава Богу, такие есть люди среди филологов, это прекрасно.

https://philologist.livejournal.com/9637451.html?utm_referrer=https:%2F%2Fzen.yandex.com

23 Сентября 2017
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-КультурМультур

Архив материалов