Валерий Тодоровский: Мы, русские, не хотим никаких рамок, ограничений и правил игры

Режиссер Валерий Тодоровский — о том, как появляются хорошие сериалы и плохие фильмы, почему он решил снять «Оттепель» и зачем люди искусства хотят вернуться в СССР

 
+T-
Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СВалерий, я бы хотела начать с банального вопроса: будучи уже сложившимся художником, вы застали как советскую, так и постсоветскую эпохи. В какой из них вам было более комфортно работать, притом что дискомфортны обе, хотя и по-разному?

Безусловно, сейчас гораздо комфортнее. Это нечего обсуждать даже.

СПочему?

Нравится нам это или не нравится, но сегодня мы живем в стране, которая дает нам возможность делать то, что мы хотим. Не факт, что мне как режиссеру будут помогать. И не факт, что мое кино обязательно всем покажут. Но делать-то можно все что угодно! Могу привести пример. В советское время во ВГИКе мои приятели сняли потайной фильм.

СПотайной — это как?

Просто взяли и сняли фильм на 8-миллиметровую камеру. Это был примерно год 1981-й… Они сняли фильм, каким-то чудом его смонтировали. Это была некая пародия на советскую власть.

СЗа «дешевые деньги»?

Вообще без денег! Технически все это было достаточно муторно, но возможно. Так вот, они сняли фильм, где были персонажи Ленин, Сталин, Крупская, Дзержинский. Они это сделали просто в какой-то квартире или даже в подворотне, потом собрали по кусочкам. Фильм не имел особых художественных достоинств. Авторы показали свое секретное творение друзьям — не выдержали, тщеславие сработало — дома, в своей компании. А на следующий день в институте их уже ждали люди, которые пришли выяснять, кто и зачем снял антисоветчину. Все закончилось достаточно неприятно для тех ребят. Поэтому я и говорю, что сейчас ты можешь снимать все, что хочешь и о чем хочешь. Это главное отличие. Никому до тебя нет дела. Другой вопрос, кому это будет интересно, захочет ли кто-нибудь твое кино смотреть? А так сейчас нормальное время. Хотелось бы, конечно, чтобы было совсем свободно, но…

СНо?

…Но, по сравнению с Советским Союзом, мы живем отлично: путешествуем по миру, читаем все, что хотим, я уж не говорю про то, что у нас есть интернет, и пока никто вроде бы не смог его прикрыть. Как себя во всем этом чувствую лично я? Не сказать, что мне вообще все-все-все нравится, но пока мне удается сохранять свое лицо, делать то, что я люблю, и иногда даже находить поддержку этих проектов у государства. За что я вообще-то государству благодарен. Вот в тот момент, когда государство начнет окончательно превращать кино в идеологию, будет совсем плохо. Пока этого не произошло.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СВы уверены?

Тенденция есть. И есть люди, которые радостно откликаются на эту тенденцию. Например, помню смешной момент. Я был на каком-то совещании пару лет назад, когда представители государства сказали: нам нужны фильмы на такие-то патриотические темы. И один продюсер говорит: только скажите, я вам завтра принесу 18 сценариев на любую тему, которую назовете! Вот когда так происходит — это печально. Что касается меня лично, то пока у меня есть чем заниматься —  своя ниша и в кино, и на телевидении.

СВозвращаясь к СССР, сейчас очевидно, что у огромного количества наших сограждан есть ностальгия по советским временам. Я могу понять в этом смысле «простых людей»: патерналистское советское государство брало на себя максимум ответственности за гражданина, избавляя его от необходимости принимать сложные решения. Кроме того, не существовало глубокого социального неравенства, вызывающего зависть, чувство бессилия. Но мне трудно объяснить ностальгию людей «интеллигентных профессий». Прежде всего, потому что в «совке» им приходилось так или иначе врать, а на основе вранья невозможно создать в искусстве ничего стоящего.

Начну с того, что я сам не чувствую никакой ностальгии. Я Советский Союз не любил, не люблю и, видимо, никогда уже не полюблю. У меня очень тягостные воспоминания о той стране. Вы правы, в первую очередь, это была страна, пропитанная страшной ложью.

СПо-моему, это вообще доминантный признак советской системы.

Именно! Я помню это ощущение постоянной лжи, везде. Оно меня даже сейчас угнетает и постоянно угнетало тогда. Я это понимал уже в возрасте 13-14 лет и отдавал себе отчет, где именно я живу. Почему ностальгия возникает у моих коллег и приятелей? Мне кажется, потому что у этих людей есть ощущение, что тогда была некая ясность, понятность устройства мира. А в тот момент, когда колосс рухнул, мир вдруг стал ужасно сложным, запутанным, и многие не смогли себя в нем найти. Я сейчас говорю про киношников. У некоторых действительно проскальзывает время от времени ностальгия. Но в целом, мне кажется, та среда, в которой я живу, правильно восприняла изменения как некий шанс, свободу, новые возможности. Я не много лично знаю людей, которые бы говорили, «как было замечательно тогда и как плохо сейчас». Я почти не встречаю таких, откровенно говоря. Хотя я знаю, что сейчас это в нашем обществе доминирующее ощущение. Наверное, мне просто везет. Я все-таки нахожусь среди людей, которые думают о будущем, смотрят вперед, а не назад. Потому что идея двигаться назад до такой степени бесперспективна и губительна, что мне кажется очень странной ее широкая популярность. Странно, что это охотно поддерживается и сверху, что власть словно бы подыгрывает этим настроениям. Дорога назад никуда не ведет.

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СПо-моему, то, что власть поддерживает тенденцию back in USSR, как раз объяснимо. Власть отражает чаяния большинства, и это естественно. Одним нужно отсутствие ответственности за собственные жизни, другим утраченное имперское величие — тут как раз у власти и народонаселения «размеры совпадают». Но странно, что в «совок» стремится и часть интеллигенции. Или делает вид, что стремится.

Почему можно хотеть вернуться в прошлое, я теоретически понимаю. Но мне кажется, что это понятное желание свойственно людям, которые, как бы это сказать поделикатнее… не рассчитывают уже больше ни на что. Для людей, которые что-то еще хотят сделать: сотворить, прорваться, создать, — возврат назад невозможен! А для людей, которые говорят: «Мне бы просто дожить эту жизнь, как я привык, в системе, где все просто», — возврат к прошлому комфортен. И я понимаю их! Этим людям нужно помогать, их нужно слышать, нужно их учитывать. Но ни в коем случае нельзя за ними идти, потому что тогда нужно будет идти назад. Когда власть говорит: «За нами большинство», — это правда. Честно говоря, был бы я у власти, я бы точно так же действовал. Потому что если я — власть и мне делегировало полномочия большинство людей, то я должен прислушиваться к большинству. Я ведь власть не собираюсь никому отдавать. А значит, я буду опираться на тех людей, которые меня поддерживают, прислушиваться к ним и стараться им понравиться. Это естественно, так?

СВполне.

Для того чтобы, будучи властью, взять и пойти наперекор собственному народу, нужно быть камикадзе или сумасшедшим мегареформатором, чтобы сгореть в огне собственных реформ, очень недолго порулив.

СНе далее как 15 лет назад мы наблюдали именно то, что вы описываете: Борис Николаевич Ельцин с командой реформаторов так и сгорели.

Сгорели, да. Потом еще оказались виноваты во всем.

СМожно понять Путина, который, оценив опыт предшественника, решил не делать вторую попытку.  

Я вам скажу еще более печальную вещь: в России серьезные реформаторы долго не живут. Вспомните Александра I, например.

СКак вы думаете, с чем это связано? Божье проклятие, уникальность исторического пути, экзистенциальное нежелание русских людей жить в разумном, цивилизованном мире? Откуда такое яростное неприятие просвещения, реформ?

Я, к сожалению, не могу ответить. Об этих вещах надо говорить с историками, людьми, которые глубоко изучили исторические процессы. Я не знаю. Но я знаю, например, что царя, который дал свободу крестьянам, убили. И что вообще тогда ужас творился. Чем больше Александр давал свободы, тем больше ужаса происходило в стране. Причем именно в среде интеллигенции и разночинцев: всех этих гимназистов, студентов, социальных мыслителей, призывающих к террору, и так далее. Они совершенно распустились! Читая обо всем этом, иногда думаешь: может, действительно сильная рука нужна?

СЧтобы интеллигенты вообще молчали в тряпочку?

Да! Чтобы спокойно ходили на работу и вели себя прилично. Потому что, как ни крути, а в России по-прежнему свобода = хаос, а порядок = диктатура. И альтернативы пока нет. Как сделать так, чтобы была и свобода и порядок, непонятно. Читать дальше >>

http://snob.ru/selected/entry/84910

 

14 Декабря 2014
Поделиться:

Комментарии

АндрЭ , 15 Декабря 2014
Улыбнуло.

Вспомнилась фраза из "Брат-2", где еврей продает Даниле машину в Нью-Йорке за 500 баксов и говорит: "...мы, гусские, не обманываем дгуг, дгуга ...", а потом машина ломается в дороге.
Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов