Что толкает благополучных европейских женщин на службу к исламистам?

 
  

Невеста для джихадиста. Как меня вербовали в Исламское государство

Что толкает благополучных европейских женщин на службу к исламистам?


 

Великий халифат, или ISIS (Исламское Государство Ирак и Великая Сирия — далее ИГ), с каждым днем вербует в свои ряды все больше граждан из Европы и Америки. И это не этнические мусульмане из иммигрантов, а коренное население. Среди завербованных все больше женщин. По данным европейских властей и специалистов по терроризму, 10% от всех регистрируемых выездов европейцев в районы, контролируемые ИГ, совершается женщинами. Число «новых исламисток» из коренных американок тоже растет с каждым днем — чем очень гордятся вербовщики ИГ.

Белые женщины из благополучных стран едут рожать от строителей кровавого халифата и готовить им еду — кто и как смог уговорить их на это? И кто в первую очередь может стать жертвой рекрутеров — выясняла корреспондент «МК».

 

Невеста для джихадиста. Как меня вербовали в Исламское государство
фото: AP
 

«Нужны женщины с хорошим образованием»

Зачем эта кровавая экзотика благополучным француженкам, немкам, британкам, американкам? Зачем они спешат на помощь бандитам, отрезающим головы их же соотечественникам?

За ответом я отправилась в столицу Ирана Тегеран, а оттуда — на юг, в город Шираз, где, по нашим меркам, уже в шаговой доступности Ирак, Саудовская Аравия и Пакистан — средоточие и оплот активистов ИГ. Там нет пробок, но есть горы и пустыни, поэтому на машине из Шираза добраться до любого из этих мест — раз плюнуть.

Как только я оказываюсь в киберпространстве Ирана, на мою страничку в соцсети начинают поступать странные сообщения.

Женщина с едва ли настоящим именем Лайза Вандер и с фото пакистанской киноактрисы на аватарке пишет на убогом русском, явно воспользовавшись онлайн-переводчиком: «Ты хочешь замуж, есть хорошие парни создать крепкую семью с детьми». Немедленно отвечаю, что очень хочу замуж, хороших парней и детей. В ответ мне обещают в ближайшее время назначить встречу в городе — только вот сейчас согласуют время и место с «хорошими парнями».

 

фото: Жанна Голубицкая
В самой большой мечети Шираза.
 

 

Доктор философии из Пакистана, как он отрекомендовался, со сложным именем Мир-Ибрагим-Аятолла-Багдади пишет: «Есть хорошая работа в charity (благотворительность) в поддержку мира во всем мире, нужны женщины с хорошим образованием, знанием языков, возможностью жить и работать на Ближнем Востоке в течение нескольких лет. Жилье, страховка жизни и здоровья и большие деньги».

Остальные мои новые респонденты в основном предлагают познакомиться поближе. Отвечаю всем без исключения — происходит все это в первый час заселения в тегеранский отель. С нетерпением жду ответов, но тут доступ в Фейсбук у меня блокируется.

Иду на ресепшн. Милая улыбчивая иранка отвечает — мол, да, извините, но в нашей стране доступ в некоторые сегменты Интернета ограничен.

«Почему так много американок?!»

Расспрашиваю свою тегеранскую подругу Ромину — она вполне светский человек, художница и из-за этого даже не вышла замуж (в традиционной мусульманской семье муж мог бы запретить жене писать картины, ибо религией это не поощряется). Ее отец богат, Ромина могла себе позволить оставаться в отчем доме, не «продаваясь» замуж. В Тегеране чадру носят только женщины в возрасте, молодые иранки приспускают условный платочек на затылок, кокетливо выпуская локоны, а попу в обтягивающих джинсах тоже весьма условно прикрывают так называемым исламским «манто» — кокетливым удлиненным пиджаком.

 

фото: Жанна Голубицкая
 

 

Мы в Иране — шииты, — объясняет мне Ромина. — А ISIS строят сунниты, они против нас. Разночтения в трактовке Корана — это просто повод отмежеваться от мирных мусульман. Наши власти резко против всего, что связано с пропагандой исламистов, поэтому все их сайты у нас немедленно блокируются. Из-за этого же, а вовсе не из-за «западной культуры» отслеживают соцсети и сайты знакомств — людей вербуют в основном через них.

На юге Ирана есть суннитские общины, вот ты поедешь в Шираз, можешь встретить — так что осторожнее. На ISIS работает много женщин, с виду приличных, не обязательно закутанных в черное с ног до головы. Но иранка, если у нее в порядке с головой, никогда не завербуется к исламистам. Уж мы-то лучше других знаем, что женщин, воображающих себя полноправными помощницами новых эмиров, будут насиловать всей толпой, бить и унижать.

И стоит им попасть в районы, контролируемые ИГ, тут же все забудут, гражданкой какой прекрасной страны она была до этого. Никаких прав у нее не останется, и уже никто не сможет ей помочь. Мы пережили революцию 1979 года, помним, как паздараны (стражи исламской революции. — Авт.) могли плеснуть серной кислотой в ту, чье лицо им показалось слишком открытым. А вот у вас, европеек, по-другому — вы добились равноправия с мужчинами и сами же устали от него. Женщине одной тяжело тащить на себе всю ответственность, не зря же семья придумана.

Но больше всего мы тут в Иране удивляемся, почему с исламистами так много американок. Иранцы — миролюбивый народ, у нас всех любят и хорошо принимают. Только американцам мы не даем визу, но их все равно тут полно! Они к нам через Европу пробираются или через третьи страны — вроде Саудии, ОАЭ, Кувейта и Катара. Это все рядом.

Это чистая правда: в Тегеране я часто слышу громкую английскую речь с американским выговором. Постояльцев своего отеля за завтраком пытаюсь расспросить — что они забыли в таком месте, как Иран? В ответ у всех одно и то же — неправительственная, некоммерческая благотворительная организация, помогающая детям (больным, женщинам, животным, экологии, историческому наследию, etc.). Не слишком разговорчивые — слова лишнего не вытянешь.

 

фото: Жанна Голубицкая
В ширазском ресторане: половина из присутствующих — европейки и американки в платках.
 

 

«Главный ресурс - Интернет»

Вечером у меня самолет в Шираз. Внутренние авиалинии у иранцев работают на удивление четко и вежливо, но вот досмотр на южные направления может соперничать с жесткими антитеррористическими проверками авиапассажиров в Израиле. Там, где неблагополучные «суннитские» границы под боком, нужна особая осторожность.

 

фото: Жанна Голубицкая
 

 

В пятизвездочном отеле встречаю правительственную делегацию из столицы, у них здесь двухдневный гуманитарный форум.

Иранка средних лет по имени Махваш Салехи работает в иранском правительстве — сегодня там немало женщин. Рассказывает, что дважды была в Москве, в Германии бывает регулярно, а цели у нас с ней неожиданно оказываются общие — отследить, кого и как вербует ISIS.

— В Ширазе работает экспертная группа из Европы, — рассказывает Махваш. — Они не афишируют себя, но под видом всяких общественных организаций отслеживают каналы вербовки исламистами.

— И каковы эти каналы?

Из иранцев-шиитов в группе риска только бедняки из горных деревень. Их привлекают деньгами — они могут продавать исламистам своих дочерей или идти в боевики сами ради бесплатной еды, крова и «стипендии». Им мы сейчас материально помогаем из правительственных ресурсов, чтобы у них не было мотивации.

Следующая категория риска — узники иранского происхождения, попавшие в тюрьмы в других странах. Сейчас даже в камере работает Интернет, он и есть основной канал вербовки для всех категорий населения. В зинданы (тюрьмы. — Авт.) исламисты также засылают специальных гонцов. Но наше население не в такой опасности, как ваше.

— Наше???

Махваш поясняет, что, согласно выводам экспертной группы, самые «горячие точки» в плане вербовки в ИГ — это Афганистан и горный Бадахшан в Таджикистане. По словам моей собеседницы, на Памире наибольшее количество рекрутинговых пунктов исламистов, чья деятельность направлена на вербовку тех, кто живет западнее. В Иране убеждены, что эти оазисы зла куда опаснее для населения России и Европы, чем для иранцев.

Справка МК

Из 1000 волонтеров ИГ, зафиксированных французскими властями, 60 — женщины. А по данным самого ИГ, на сегодняшний день в их стане уже 300 молодых француженок. Им в затылок дышат Великобритания (около сотни женщин, одна треть — с высшим образованием, из них 50 — от 16 до 24 лет), Германия (50 женщин-адептов ИГ, самой юной всего 13 лет) и Австрия (более 20 женщин, начиная от 15 лет). А из 85 джихадистов, покинувших Швецию ради ИГ, по данным шведской службы безопасности, женщины составили 20%.

Из 1000 волонтеров ИГ, зафиксированных французскими властями, 60 — женщины. А по данным самого ИГ, на сегодняшний день в их стане уже 300 молодых француженок. Им в затылок дышат Великобритания (около сотни женщин, одна треть — с высшим образованием, из них 50 — от 16 до 24 лет), Германия (50 женщин-адептов ИГ, самой юной всего 13 лет) и Австрия (более 20 женщин, начиная от 15 лет). А из 85 джихадистов, покинувших Швецию ради ИГ, по данным шведской службы безопасности, женщины составили 20%.

 

 

Спрашиваю у нее: что может привлекать женщин свободного западного мира в воинствующем ИГ?

— Западные женщины не просто идут к боевикам, они несут им свои сбережения, — сокрушенно качает головой моя собеседница. — Наше внутреннее мнение — женщины Европы и Америки устали от своей свободы, от независимости от мужчин и от отсутствия общего дела. Западные женщины на биологическом уровне тоскуют по древнему укладу, способствующему продолжению рода. Все мы иногда болезненно хотим в стадо — особенно когда нам плохо, одиноко или просто скучно. А у женщин независимость на биологическом уровне равна невостребованности, особенно если у нее нет семьи, нет близких друзей, что на Западе сейчас норма. Индивидуализм и одиночество в толпе Востоку совершенно не свойственны.

А дальше включаются технологии.

— Главный ресурс — Интернет, второй по значимости — личное знакомство, преимущественно в учебных и увеселительных заведениях, когда речь идет о западных женщинах, — поясняет иранка. — С девушками на Востоке могут вступать в контакт в мечетях или на религиозных собраниях — причем конфессия не важна. По нашим последним данным, в последнее время к исламистам примкнули девушки из еврейских и католических семей.

Моя собеседница объясняет, что личный контакт, конечно, более трудоемкий путь, в Интернете же задействовано огромное количество людей, работающих по принципу сетевого маркетинга. Часто они сами не знают, на кого именно работают. Их задача — знакомиться в соцсетях, привлекать людей в некие группы по интересам, приглашать в туристические поездки или паломнические туры со скидками. Обычная работа в Интернете, за которую они получают неплохие деньги через платежные системы и понятия не имеют, кто их работодатель. А касательно непосредственно европеек и американок с хорошим образованием, обеспеченных, а также совсем юных девушек-немусульманок из благополучных стран экспертная группа, по словам Салехи-ханум, вычленила три основных пути вербовки.

— Так работают все разведки мира, когда им нужно завербовать на свою сторону, — ищут уязвимое место, — говорит Махваш. — Одна из главных фокус-групп — одинокие женщины и матери-одиночки. Тех, кто ищет пару на международных сайтах знакомств, привлекают агенты в лице интересных мужчин, предлагающих законный брак. То же самое происходит с одинокими дамами и «в реале» — в барах, ресторанах.

Сила этого подхода, по мнению Махваш, в том, что тут все «по чеснаку»: мужчины правда готовы жениться на европейской женщине, независимо от ее возраста и внешности, вступают в переписку, приглашают к себе в гости. И если дама решается поехать в гости к обходительному кавалеру, ей действительно оплачивают дорогу, ее правда встречает интересный мужчина, готовый к законному браку. И не успела она оглянуться, как стала законной супругой мужчины, который излагает новобрачной понятия «порядка и справедливости, которые настанут на земле в условиях ISIS». И даже если европейская супруга не впечатляется ими по доброй воле, она теперь обязана подчиняться мужу, и из страны, где проживает суженый, ее без его разрешения не выпустят.

Совсем юных девушек «цепляют» через соцсети — пользуясь подростковым максимализмом, который есть у тинейджеров во всем мире. Вербовщик становится школьнице сначала «понимающим другом», потом гуру. Девушки часто вступают в некие альтернативные группы из желания быть особенной, из тяги к романтике, но многие потом все же приходят в себя. Однако часто бывает поздно, они уже на крючке. И тогда вербовщики могут включать «традиционные» методы — угрозы семье, наркотики, шантаж и просто насильственное удержание.

Касаемо же образованных и обеспеченных женщин среднего класса из Европы и США, которые не ищут себе пару на сайтах знакомств, — продолжает Махваш Салехи, — то их чаще всего используют «втемную». По нашим данным, около 2000 европейцев, уже работающих на ИГ, искренне считали, что работают в этом регионе ПРОТИВ джихада!

Через благообразных посредников предлагают работу в неправительственных некоммерческих организациях на Ближнем Востоке, говорят, что это гуманитарная миссия в целях поддержания мира в регионе. Почему-то у европеек и американок считается удачей получить приглашение на работу в «международную организацию» с такими размытыми функциями. Западникам в «странах третьего мира» традиционно больше платят, у них бесплатное жилье, питание, транспорт, соцпакет и страховки. И, даже приехав на место, они могут еще какое-то время работать в узком сегменте, не понимая, какому именно общему делу служат.

«Мама, я эмира полюбила...»

http://www.mk.ru/social/2014/10/24/nevesta-dlya-dzhikhadista-kak-menya-verbovali-v-islamskoe-gosudarstvo.html

Полный текст 

26 Октября 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro-КультурМультур

Архив материалов