М.Г.ДЕЛЯГИН ПОСЛАЛ "Е..НУЮ РОССИЮ": "Лучше вы уезжайте со своей "Единой Россией" к вашим особнякам".

 

ДЕЛЯГИН: От этой пенсионной реформы возникает ощущение, что Удальцову и другим "Шьют дело из материала заказчика" просто из чувства нездоровой ревности, в порядке недобросовестной конкуренции. Потому что государство организует социальную революцию, и ему не нужна посторонняя самодеятельность. Посмотрите: бюджетная реформа, пенсионная, рост тарифов, ювенальная юстиция, - и все это методично бьет по людям и методично разрывает из жизнь. Сейчас еще будет реформа межнациональных отношений. Миграционная политика у нас чудесная.

Приношу извинения, что отклоняюсь от темы, но в целом ощущение, что социальные потрясения, социальную дезорганизацию общества готовит государство.
....
БУШМИН: (член Совета Федерации, "Е..ная Россия"): ....Разговор идет о том, что, пока мы не смогли слезть с нефтяной иглы, говорить о том, что мы...

ДЕЛЯГИН: Да вы и не пытаетесь с нее слезать.

БУШМИН: Это вы не пытаетесь.

ДЕЛЯГИН: Я вообще к вашему государству отношения не имею, извините.

БУШМИН: Слушайте, уезжайте, Христа ради. Не надо здесь оставаться.

ДЕЛЯГИН: Почему? Я имею отношение к этой стране. Лучше вы уезжайте со своей «Единой Россией» к вашим особнякам.

БУШМИН: Государство – это и есть страна.

ДЕЛЯГИН: Нет, это ложь. Ваше государство враждебно нашей стране.

Полная стенограмма:

ПРОНЬКО: 19 часов 4 минуты в российской столице. Добрый вечер, господа. Это «Большое реальное время» на «Финам FM», меня зовут Юрий Пронько. Я вас рад приветствовать на волнах нашей радиостанции. В самом начале средства коммуникации: многоканальный телефон – 65-10-996 (код Москвы – 495) – для звонков, finam.fm – это наш портал в Интернете для ваших писем. Кроме того, вы можете пользоваться и моим личным аккаунтом в «Twitter», туда также направлять свои сообщения. В этом часе у нас будет круглый стол, у нас три эксперта, кто смотрит прямую веб-трансляцию, тот их уже видит, кто не смотрит, значит, вот еще интрига буквально на 20-30 секунд.

В следующем часе с 20-ти до 21 часа «Итоги дня». Две темы, которые я сегодня взял для обсуждения не только с гостями, но и с вами, уважаемые слушатели. Это, безусловно, по наводке «НТВ» «Левый фронт» заподозрили в приготовлении к массовым беспорядкам. Я думаю, абсолютное большинство из нас в курсе происходящих событий. Вот об этом будем говорить. Я пока не буду объявлять тех, кто у нас будет в следующем часе, но, тем не менее.

И вторая тема: «Единая Россия» может вернуть себе конституционное большинство. Вот, несмотря на те итоги, которые представил господин Чуров в декабре прошлого года, в Госдуме появилась так называемая группа свободных депутатов. Это как раз те недостающие голоса, которые в консолидации с такой интересной фракцией как ЛДПР дают единоросам абсолютное большинство. У нас уже есть эксклюзивный комментарий Николая Левичева, вице-спикера Госдумы, председателя партии «Справедливая Россия». Он весьма и весьма откровенно мне рассказал о том, что происходит, как давят, по словам Левичева, и кнутом, и пряником. И, в общем-то, люди уже получают свои бенефиции от того, что они объявляют себя так называемыми свободными депутатами. Будет у нас и вице-спикер Госдумы от «Единой России» господин Железняк, и будет, я надеюсь, что будет координатор группы так называемых свободных депутатов, депутат Госдумы Леонид Левин. Вот это все следующий час, так что 120 минут вместе с «Финам FM».

Вы не поверите, но мы сегодня будем говорить вновь о пенсионной реформе. Несмотря на то, что господин президент дал поручение до 15 декабря подготовить необходимые дополнения, изменения, коррекции, накануне стало известно о встрече господина Путина с госпожой Голодец, вице-премьером, которая отвечает в федеральном правительстве за социальный блок, и, со слов Ольги Голодец, к 1 ноября власти внесут изменения в стратегию пенсионной реформы, и уже до конца года она может быть утверждена правительством. Вот уже сухой остаток. К сожалению, из тех информационных лент, которые мы получаем из нашего правительства, в общем-то, следует, что разговор Путина с Голодец крутился вокруг сокращения норматива стажа для выхода на пенсию. Но, как мне представляется, на самом деле реформа заключается не только в этом, может быть, даже и не столько в этом.

Я вам с удовольствием представляю моих гостей. Это Евгений Бушмин, председатель комитета Совета Федерации России по бюджету, который сегодня доехал вовремя. Рад видеть.

БУШМИН: За час до начала.

ПРОНЬКО: Добрый вечер, Евгений.

БУШМИН: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Это Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации. Рад видеть, добрый вечер.

ДЕЛЯГИН: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: И Игорь Николаев, партнер, директор департамента стратегического анализа компании «ФБК». Игорь, рад также вас видеть, добрый вечер.

НИКОЛАЕВ: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Евгений, давайте с вас начнем, будем идти по часовой стрелке. Вот ваше отношение к третьей пенсионной реформе за последние десять лет. Я прошу сейчас всех, я задаю этот вопрос всем рефренно, лаконично и четко обозначить свою позицию.

БУШМИН: Ну, ясно, что предыдущая реформа неудачная, ясно, что существуют проблемы как технические, так и психологические. Технические – понятно – это дефицит Пенсионного фонда. Психологические – тоже понятно – накопительная система, отношение к ней, и фактически размещение средств накопительной системе в «ВЭБ» с не очень большим (до половины, похоже, мы долго не дойдем) размещением в пенсионных фондах негосударственных и других управляющих компаниях. Поэтому, конечно, что-то делать надо. 

Но единственное, что я хочу сказать, что если бы эти реформы, в том числе и третья, были последовательны, тогда вообще вопросов бы не возникало, это необходимо делать. Но мне кажется, что мы немножко задергались в этих реформах, и, похоже, последняя реформа третья, она как бы отменяет вторую в той или иной мере и возвращает нас на десять лет назад, что, в общем, не очень хорошо. И доверие к этой реформе, конечно, не повышается.

ПРОНЬКО: Это означает, что у чиновников нет такого логического понимания на долгосрочную перспективу?

БУШМИН: У чиновников, возможно, нет. Мне кажется, что тут главное не на чиновников обращать внимание, а, собственно, на тех, кто когда-то, может быть, в ближайшее время, может быть, не очень в ближайшее время пойдет на пенсию.

Я вот несколько раз вел беседы на тему пенсионной реформы, какие-то моменты меня устраивали, с какими-то я спорил. Но вообще я спорю до того момента, когда принято решение, поэтому сегодня и в ближайшее время...

ПРОНЬКО: Но господин президент сказал же, что надо дискутировать.

БУШМИН: Да, могу себе позволить. Так вот, споря, я заметил, что очень много критики этой третьей пенсионной реформы идет, собственно, от пенсионеров. Как-то я все это посмотрел, и...

ПРОНЬКО: Не от будущих, а от нынешних.

БУШМИН: От нынешних. Я не очень понял, зачем пенсионерам вмешиваться в реформу ту. Может быть, хотят что-то на собственном опыте, в том смысле, что, если бы мы были на десять лет моложе и вышли бы на пенсию, как бы на нас сыграла третья реформа. Не знаю, мне кажется, все-таки

Сейчас нужно больше обращать на тех внимание, на кого эта третья реформа может быть распространена, на людей, которые работают сейчас.

ПРОНЬКО: Евгений Бушмин. Михаил Делягин.

ДЕЛЯГИН: Добрый день. Ну, мне приятно слышать про пенсионеров, потому что, в общем-то, нормальным людям свойственно заботиться не только о себе, но и других, и приятно, что пенсионеры думают о других, ну или стараются думать.

Но я могу сказать про себя очень просто. Я 1968 года рождения, и поэтому я твердо знаю: будет у нас вторая реформа, третья, десятая, пятнадцатая – моему поколению не будет пенсии, на которую можно физически просуществовать.

ПРОНЬКО: Обнадеживающе.

ДЕЛЯГИН: Вот я в этом абсолютно убежден. А обсуждать можно все, что угодно. Меня настораживает суета вокруг этой реформы, как будто вот горит дом, и нужно срочно бежать и что-то спасать. Меня настораживают заявления специалистов, которые говорят: «Вы знаете, а с нами не проконсультировались при подготовке этой стратегии. Это типичное министерское творчество». Они начинают высказывать конкретные претензии узкоспециальные. Ну и, как и раньше, у меня смутное ощущение, что реальных ключевых проблем пенсионной системы, из-за которых у нас падает собираемость, происходит массовое бегство людей в тень, у нас эта реформа не затрагивает, она чисто механистичная и чисто бухгалтерская.

Если у вас в результате вашей замечательной политики сокращаются поступления, вы можете эти поступления делить разными способами, но их все равно не хватит, потому что вам дают денег меньше, потому что сбор средств устроен так, что их будет все меньше. Сбор ЕСН падал на 1% в год, за 2011 год, по данным налоговой службы, сбор подоходного налога, это косвенный индикатор, снизился с 3,7%, по-моему, до 3,1% ВВП. Происходит не потому, что у людей упали доходы, происходит уход людей в тень. Потому что у основной части людей налоговая нагрузка на фонд оплаты труда, если говорить советскими терминами, превышает 39%. Для бедного человека это запредельно высоко. В то же время богатый человек может оформиться через ИЧП – 6%, через операции с ценными бумагами, там можно до 4% снизить, это не будет налоговым нарушением.

И в результате этого у нас оффшорный рай для богатых, на всех остальных запретительно высокое налогообложение, соответственно, снижается собираемость в силу несправедливости системы. Причем, здесь нет тупика, здесь есть выход. Потому что бизнес согласен платить, это инвестиционные консультанты говорят самые разные и в самое разное время уже лет десять, бизнес согласен платить обязательные социальные взносы даже с высоких зарплат по плоской ставке 15%. Государству это почему-то неинтересно.

ПРОНЬКО: Обсудим это отдельно. Это Михаил Делягин. Игорь Николаев.

НИКОЛАЕВ: У меня не просто негативное отношение...

ПРОНЬКО: К этой затее, да?

НИКОЛАЕВ: Да. Почему я даже замялся, не сказал «стратегии», потому что для меня стратегия это выверенный, непротиворечивый документ. Я таковым его не считаю. Оно не просто негативное, оно крайне негативное. Почему я сказал... Он должен быть непротиворечивый. Есть вещи, которые, на мой взгляд, принять невозможно, но, посмотрите, он даже внутренне противоречив. Нам говорят: «Никто не хоронит обязательную накопительную компоненту». Мы же понимаем, что это лукавство. Обязательная накопительная компонента сокращается с 6% до 2%, потом право выбора и так далее. Нам говорят, что не хоронят. Одновременно в этом же документе говорится, что пенсионная система должна быть трехуровневая: это трудовая государственная пенсия, это корпоративная, и это накопительная, частные накопления. Скажите, а где здесь накопительный, тот самый обязательный накопительный элемент, который вы не собираетесь хоронить? Вы хороните его, так и скажите.

На самом деле это ключевой элемент этой реформы, мы его хороним. Что такое накопительный элемент? Мы хотели увязать будущие пенсии с тем, как человек работает, как долго и как много он получает, сколько он накапливает, чтобы появилась вот эта взаимосвязь, которой не было и нет в распределительной системе, в этой котловой системе. В других странах, даже странах СНГ, укрепляют этот накопительный элемент. В Казахстане – 10%. Мы его снижаем сначала до 2%, но ведь даже это не решает проблему дефицитности. Нам приводят аргументы: «Вы посмотрите, мы о вас заботимся. Страховая-трудовая с 2004-го по 2011 год проиндексирована была на 337%, а, вот смотрите, государственная управляющая компания наработала только 149%, а инфляция у нас была 200% с лишним. Как плохо работала накопительная компонента».

На это я должен сказать. Если вы сравниваете два показателя, насколько прирастали накопления и инфляция, то, вообще-то, надо обращать внимание и на инфляцию. У меня тогда вопрос: а почему такая высокая инфляция была? Это ответственность властей. Поэтому негативное отношение, как я сказал, противоречивый документ, и жалко, что выхолащиваются такие сущностные вещи.

ПРОНЬКО: Игорь Николаев. Краткий выпуск новостей, а затем продолжим «Реальное время».
 

ПРОНЬКО: 19 часов 19 минут, «Реальное время». Очень сложная, но крайне важная тема – третья, так называемая третья пенсионная реформа. Здесь Евгений Бушмин, Михаил Делягин, Игорь Николаев.

Господа, у нас на самом деле не так много времени. Я вообще отношусь к заявлениям, особенно которые первоначально делал Минтруд, в накопительной части, как к воровству, самому настоящему воровству. 1 триллион 300 миллиардов на счетах у «физиков», без аккумуляции УК и НПФ. Но потом они поправились, поправились. Хотя я на самом деле не знаю, что в итоге будет Путину положено на стол, и с чем согласится господин президент.

Евгений, на ваш взгляд, из этой ситуации какой выход-то, вот, что делать? Понимаете, я не хочу в собес, вот я не хочу в собес, а они мне говорят: «Нет, ты пойдешь туда».

ДЕЛЯГИН: Извините, я приношу глубочайшие извинения, просто дело не столько в собесе. В собесе тоже были некоторые гарантии, не всегда было плохо в собесе. Фишка в следующем...

ПРОНЬКО: В другой стране и в другой системе.

ДЕЛЯГИН: Да и в нашей стране, в нашей системе. Если будет возврат к старой пенсионной системе распределительной, только распределительной, то следующий этап – вам каждый год будут менять так называемую пенсионную форму. Вам каждый год или почти каждый год, поневоле, потому что сокращаются ресурсы, будут менять, как у вас учитывается стаж, и как у вас учитывается ваша средняя заработная плата, и вы каждый год будете получать новую пенсию. И что-то мне внутреннее подсказывает, что вряд ли реальное стоимостное выражение этой пенсии будет расти, просто по логике событий. Извините, ради бога.

БУШМИН: Да ничего, ничего. Ну, давайте начнем с того, что я вам уже говорил, что я выступал против накопительной части, и только решение, принятое на государственном уровне, заставило меня замолчать на эту тему.

ПРОНЬКО: Будучи замминистра финансов или уже в сенате?

БУШМИН: Уже в сенате потом, собственно, это как раз переход был. Если сейчас мы обсуждаем, значит, есть такая возможность. Еще раз говорю, я против накопительной части, против. Я считаю, что вот эти государственные шутки с коммерческими компаниями, которые чего-то чем-то управляют, это вообще неправильное дело. Не дело государства заниматься бизнесом, понимаете, не надо эти деньги собирать и кому-то раздавать.

ПРОНЬКО: Не дело государства заниматься бизнесом, я с этим соглашусь. Так вот и отдайте бизнесу, чтобы он этим вопросом занимался.

БУШМИН: Вот вы возьмите свои денежки, вложите их в Государственный пенсионный фонд, и получайте...

ПРОНЬКО: Сделал уже давным-давно.

БУШМИН: Вот и молодец. Все остальные, кто захочет, тоже сделают. Зачем это делать через государство? Я этого не могу понять. И сейчас... Поэтому я считаю, что была совершена ошибка, эта ошибка в той или иной мере исправляется, жалко, что она может быть исправлена не до конца. Потому что я считаю, что накопительная система, надо эти деньги отдать людям, пусть они решают с ними, так же, как вы со своими собственными деньгами, со своими пенсионными накоплениями, пусть они также решают с этими деньгами. А вот все остальное, если человек захочет в накопительную систему, он сам туда пойдет.

ПРОНЬКО: Не захочет. Государство не может обеспечить достойное обеспечение пенсионеров.

БУШМИН: Подождите, вы разные вещи говорите. Мы начали с накопительной системы. Вот накопительная система это добровольная вещь. Человек хочет – идет, не хочет – не идет. А когда  государство его заставляет, то это уже не накопительная система, я не знаю, чего это такое. Это во-первых.

Теперь во-вторых. Конечно,

Распределительная система – плоха или хороша – это можно долго и упорно обсуждать, но на самом деле другой альтернативы сейчас просто нет.

Вот еще раз говорю, заставить государство собирать какие-то деньги, а потом каким-то образом кому-то давать, даже уважаемому и любимому мною «ВЭБ» – это вообще не дело, это вообще неправильно.

Теперь что касается того, что каждый год будут менять. Трудно сказать, как они каждый год будут все это менять, я думаю, что менять будут, исходя из тех средств, которые есть у государства. Если у государства есть средства, значит, будет нормальная и благополучная пенсия. В момент кризиса все страны Европы, так или иначе, пошли на какие-то сокращения социальных гарантий, социальных выплат. Мы, в общем, старались этого не делать. Но, конечно, все это произошло только за счет нефтяных денег, и мы это хорошо понимаем. Фактически можно сказать: будут у нас нефтяные деньги – будут у нас хорошие пенсии, не будет у нас нефтяных денег – у нас хороших пенсий не будет.

ПРОНЬКО: Так это безответственная позиция, Евгений.

БУШМИН: Это не безответственная позиция. Это позиция, когда мы все...

ПРОНЬКО: Это безответственная позиция. Потому что мне через 20 лет, вот как и Делягину, выходить на пенсию. И что мы с ним будем делать?

ДЕЛЯГИН: Вам не выходить, вы будете работать, пока не умрете.

ПРОНЬКО: По всей видимости.

БУШМИН: А теперь, кто хочет, чтобы у него была достойная пенсия, и он будет дополнительно на свою пенсию, так называемую накопительную, добровольная накопительная система, они, конечно, получат больше, чем те, кто не откладывал. Но на самом деле я не думаю, что нынешняя система вот такого мирового финансового рынка, мы все-таки сможем на рынках добиться хотя бы уровня инфляции, который есть в Российской Федерации.

ПРОНЬКО: Евгений Бушмин. Я очень хочу, чтобы Игорь Николаев пооппонировал.

НИКОЛАЕВ: Ну да, я могу здесь пооппонировать. Почему во всем мире практически, ну, в развитых странах существует обязательная накопительная компонента? Ну, точно по таким же причинам. А почему существует обязательное страхование, некоторые виды? Потому что вот так махнуть рукой: «Да вы сами там...» А зачем тогда ОСАГО? Ну, зачем, вы сами там разберетесь, кто надо, тот застрахуется. Так не получается.

ПРОНЬКО: Или морду набьете друг другу на дороге, да.

НИКОЛАЕВ: Так не получается. И во всем мире в развитых странах это поняли. Поэтому это цивилизованный подход, цивилизованный порядок, когда существует обязательный... Может быть, по форме... А чего это обязывают? Но на самом деле это правильно, и мировая практика это доказала.

БУШМИН: Так существует обязательная, она существует.

НИКОЛАЕВ: Обязательная компонента существует. Сейчас ее хотят похоронить. Вы говорите... 

БУШМИН: Нет, накопительную хотят, а обязательную...

ДЕЛЯГИН: А накопительная, она не обязательная? У нас накопительная добровольная?

НИКОЛАЕВ: Мы говорим сейчас об обязательной накопительной компоненте.

БУШМИН: Пенсия есть, так же, как страхование, есть государственное участие в этом деле, и там, и тут. Поэтому сравнивать обязательное страхование с накопительной частью не совсем правильно.

ДЕЛЯГИН: Накопительная обязательная. Мы платим в обязательном порядке накопительную пенсию, 6 процентных пунктов. У нас их отнимают сейчас.

НИКОЛАЕВ: Вот и все.

БУШМИН: Кто отнимает?

ДЕЛЯГИН: Вы. Вы проголосуете «за» и отнимите.

БУШМИН: Что значит, отнимите? Эти деньги останутся у вас, которые вы 6% откладывали на... Просто ставка...

НИКОЛАЕВ: Вы дайте людям, вы дайте людям. Не перераспределяйте эти деньги через общий котел, вы дайте людям распорядиться. Вот такая часть у него обязательная накопительная. Будет он «молчуном» – ладно, в государственные управляющие компании.

Но все больше людей стало доверять негосударственным компаниям. На самом деле, это-то и волнует государство и Пенсионный фонд. Как так, сотни миллиардов уже уходят от них. А ведь так просто взять их и решить проблему дефицита. Ну, вот же истинная причина в этом.

БУШМИН: Куда уходят-то? Пенсионный фонд никакого отношения к этим деньгам не имеет.

НИКОЛАЕВ: Правильно, а хочет иметь отношение, хочет, чтобы они были в распределительной страховой части.

БУШМИН: Какая разница Пенсионному фонду? Он получает деньги из федерального бюджета.

НИКОЛАЕВ: Большая принципиальная разница, принципиальнейшая разница.

ПРОНЬКО: Да. И есть поручение президента о сокращении прямых трансфертов. Я общался с Силуановым, он мне в лицо это сказал.

БУШМИН: Да, есть сокращение трансфертов, конечно. Единственный способ – это, конечно, чтобы все платили и друг за друга отвечали, поколение за поколение.

ПРОНЬКО: Вот господин Делягин привел конкретные цифры. Уходят в тень. Пожалуйста, Михаил.

ДЕЛЯГИН: Я просто хочу объяснить подоплеку спора. Я – экономист, я всегда привык исходить из того, что бытие определяет сознание. Просто у нас в стране существует несколько пенсионных систем, и у государственных служащих пенсионная система отдельная. Ну, правила пенсионного обеспечения. Поэтому у меня не будет пенсии, а у некоторых других товарищей будет. Это определяет некоторое различие в подходах.

НИКОЛАЕВ: Михаил, а можно я дополню?

БУШМИН: Да, не надо передергивать только, я вас очень прошу. 1300 рублей даже относительно 9 тысяч не является... Что у кого-то есть пенсия, а у кого-то нет.

ДЕЛЯГИН: Знаете, как люди рвутся, чтобы доработать последние годы на госслужбе, я видел своими глазами.

НИКОЛАЕВ: Давайте поясним, что сейчас...

БУШМИН: Это не бытие, это сознание. 

НИКОЛАЕВ: Пенсия госслужащего при выходе может составлять до 75% от денежного содержания на момент выхода. Это принципиально. Не 40% вот эти, которые нам обещают. У госчиновников особый порядок – до 75% от денежного содержания на момент выхода.

Вопрос: вы решаете общую пенсионную систему накопительной, почему вы не сделаете так, чтобы у чиновников, они же слуги народа, был такой же общий порядок?

ДЕЛЯГИН: Они хозяева народа, не надо передергивать, они хозяева народа.

БУШМИН: Да прекратите. Просто зарплата...

ПРОНЬКО: Михаил, я не соглашусь.

БУШМИН: ...Просто зарплата формируется по-разному. И если денежное содержание представляет только часть заработной платы...

НИКОЛАЕВ: Вы что, будете спорить, что у них особый порядок?

БУШМИН: Тысяча 350 рублей – разница между средней пенсией госслужащего и средней пенсией по стране. Ну, о чем вы говорите?

ПРОНЬКО: Понятно. Но вот эти 75% на самом деле есть?

НИКОЛАЕВ: На самом деле, конечно.

БУШМИН: Еще раз. Заработная плата состоит из нескольких частей. Если у вас оклад 4 тысячи, и вы говорите, что вы пенсию получаете...

ДЕЛЯГИН: У вас оклад 4 тысячи?

БУШМИН: Да, конечно.

ДЕЛЯГИН: У вас оклад 4 тысячи рублей?

БУШМИН: У государственного служащего оклад от 4-х до 6 тысяч.

НИКОЛАЕВ: Ничего подобного.

ДЕЛЯГИН: Меньше минимального размера оплаты труда, меньше прожиточного минимума?

БУШМИН: Да, конечно.

НИКОЛАЕВ: Да ничего подобного.

БУШМИН: Указ откройте, откройте указ о государственных служащих и посмотрите.

НИКОЛАЕВ: Во-первых, от денежного содержания, а не от оклада.

БУШМИН: Конечно.

НИКОЛАЕВ: 75% от величины денежного содержания.

БУШМИН: Конечно, от денежного содержания. Плюс еще премии, плюс еще... И это ничего не считается в пенсиях. Слушайте, это совсем непрофессионально. Ну, посмотрите...

ПРОНЬКО: Подождите, господа...

ДЕЛЯГИН: Да нет, нет, нет, здесь в принципе все уже было сказано.

У нас слуги народа самые нищие, самые бедные люди, они умирают от голода на своих рабочих местах. Их особый порядок выплаты им пенсии это просто способ экономить, способ сэкономить огромные деньги для обычных пенсионеров, которые всю жизнь работают и получают примерно столько же, сколько уголовники, которые ни одной минуты не проработали.

Это просто способ спасти деньги для инженеров, для рабочих, для колхозников и прочее.

ПРОНЬКО: Это так вот вы красиво поерничали.

ДЕЛЯГИН: Нет, я не ерничаю, я просто объясняю, что нам сейчас сказали.

БУШМИН: Я не буду говорить сейчас там даже, я буду о депутатах Государственной Думы. Наверное, у них большая заработная плата, но коэффициент там 15%. Не 75%, не 40%, а 15%. Депутат Государственной Думы, когда выходит на пенсию, получает 15% от той суммы, которую он ежемесячно получает как депутат Государственной Думы. О чем вы говорите, вот зачем вы говорите общие слова, это неинтересно.

НИКОЛАЕВ: Ничего себе.

ДЕЛЯГИН: Ничего себе неинтересно. 75%.

НИКОЛАЕВ: Мы вам норму закона процитировали.

БУШМИН: Да не 75%, еще раз я вам говорю.

НИКОЛАЕВ: Мы вам норму закона процитировали, а вы про общие слова. 75% от величины денежного содержания. Читайте закон.

ДЕЛЯГИН: Вы же слышали, у нас государственные служащие – самые нищие люди. И администрация президента. Там в 1,8 раза повысились расходы на их содержание, это не имеет никакого отношения к их материальному обеспечению, это просто так, чтобы мы с вами поерничали, поговорили общие слова.

ПРОНЬКО: Это Михаил Делягин. Краткий выпуск новостей, а затем продолжим.
 

ПРОНЬКО: 19.32, «Реальное время». Здесь Евгений Бушмин, Михаил Делягин, Игорь Николаев. Ваши письма – на finam.fm, там же идет и прямая веб-трансляция. Наш многоканальный телефон, его номер – 65-10-996 (код Москвы – 495) – для ваших, соответственно, звонков.

Я хочу задать этот риторический вопрос. Как обеспечить людей, которые будут уходить на пенсию через 20-25 лет достойной пенсией? Является ли это зоной ответственности государства? Или это зона ответственности каждого человека? Вот какое концептуальное решение? Евгений Бушмин.

Весь текст по ссылке http://delyagin.ru/articles/40081.html

19 Октября 2012
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов