«Мы» и «Они»

«Мы» и «Они». Сергей Митрофанов о возвращении «геополитического противостояния» в общественный дискурс

Сергей Митрофанов о возвращении «геополитического противостояния» в общественный дискурс

Одним из главнейших негативных итогов прошедшего года стало возрождение в России идеологемы геополитической дихотомии, вроде бы почти умершей в последнем десятилетии двадцатого века. Причем, в той, ранней, еще советской системе идей, безусловно, имелся определенный политический резон, когда СССР позиционировался «народным государством», а «империя коммунизма» то сжималась под натиском внешних врагов (до размеров Московского княжества в 1918 г.), то вновь расширялась на полмира в наступательном движении вовне (1945 г.). Или когда она оформляла идею мировой коммунистической гегемонии мировыми Интернационалами и конгрессами народов Востоков, претендуя на весь мир целиком.

Однако потом, с самораспадом военного блока Варшавского договора и конституционным запретом государственной идеологии (ст. 13 Конституции 1993 года), идеологема глобального противостояния сильно и закономерно маргинализировалась. Она и вообще потеряла всяческий смысл, когда Россия переняла у своего «геополитического противника» все основные тактики и стратегии, а элита России предпочла хранить в банках ненавистного Запада не только свои личные накопления, но так же и весь государственный Стабфонд целиком.

Иными словами, Россия буквально перерождалась в Запад, хоть это и не произносилось вслух. Единственной претензией политической верхушки, похоже, теперь становилось то, что прежний Запад не достаточно громко при этом кричал «Ура!» и не достаточно любезно раскрывал двери своих резиденций перед парнями, фигурально выражаясь, в малиновых пиджаках. Пиджак, впрочем, легко переодеть. Еще легче было заставить ждать себя королеву Англии, опаздывая к ней на прием. Что, наверное, лишь подчеркнуло неизбежную конвергенцию правящих классов. Но тем необъяснимей кажется нам сегодняшний феномен возвращения в широкий общественный дискурс «геополитического противостояния»…

Неизвестно, что послужило основной причиной нажатия на кнопку возвратного механизма, снова сместившего общественное мнение россиян с безусловной поддержки Запада в антитеррористической операции по следам теракта 9/11 до Мюнхенской речи Путина в 2007 и, наконец, до того, что взрыв вокзала в Волгограде был глухо интерпретирован центральной газетой как спецоперация ЦРУ с целью опорочить сочинскую Олимпиаду. Или даже как фашистский реванш за «нашу» победу в Сталинградской битве.

Однако, как по сигналу из некоего невидимого Центра, на защиту оборонного мировоззрения рьяно бросились не только многие идеологические работники, хранившие под подушкой дипломы, некогда полученные в Высшей партийной школе, но публицисты самых искренних патриотических убеждений. К ним присоединились преподаватели социологических факультетов региональных университетов. И даже, по крайней мере, один профессор наилиберальнейшей Высшей школы экономики затесался в эту компанию.

Россия, по словам Лидии Шевцовой, снова стала стремительно превращаться в «Анти-Запад», хотя какова природа этого «анти» нам по-прежнему непонятно. По совести, ее не могут объяснить даже сами адепты особого пути России.

Особость была раньше. И действительно, раньше «они», страны Запада, «нам» мешали разрастаться. Они остановили СССР на подходе к Кубе (Карибский кризис), и даже покоренную Германию умудрились перегородить пополам, не дав ее подмять под себя силам прогресса. Они столкнулись с «нами» во многих региональных конфликтах, где «мы» поддерживали разнообразных повстанцев, которых Запад воспринимал, однако, террористами, а то и просто бандитами. Но с 1991 года у России появились прямо противоположные мировой экспансии политические задачи. Не схлопнуться окончательно самой, остановить окраинный сепаратизм и. если как-то утвердиться на постсоветском пространстве, то хотя бы одним из основных геополитических игроков. И не дай бог, чтобы вмешался Китай.

Раньше глобальное противостояние двух систем обосновывалось вульгарным политическим дарвинизмом.

Мол, выживет лишь та система, в которой будет большая производительность труда, - так говаривал Ленин. И которая по определению будет являться высшей стадией по отношению к предыдущей, - так говаривал Маркс. И когда Никита Хрущев бросил крылатую фразу «Мы вас похороним!», он, конечно, имел в виду не тупой превентивный ядерный удар справа налево по глобусу, а историческую неизбежность. Подкрепленную, впрочем, тем, что СССР непрерывно вооружался и всегда мог нанести превентивный ядерный удар.

Но все хорошее когда-нибудь кончается. Ракеты заржавели, повстанцы разбежались, неизбежность не сработала, и большой производительности труда достичь не удалось, даже загнав до смерти половину населения.

Пришлось расстаться и с иллюзией, что Россия когда-нибудь станет главной производящей фабрикой мира. В виду физического отсутствия прежнего гегемона, США пришлось взять на себяосновную заботу о бывшей советско-афганской границе, между прочим, не пропуская в Россию эмиссаров исламистского подполья. От былого фантастического допущения, что все в СССР – от рядового чукчи до рядового чеченца - существа высшего биологического вида, остались рожки да ножки. Теперь мы и сами друг друга терпеть не можем. И хотя страновые конкуренции в глобальном мире (несколько, правда, подразмытые проектами транснациональных корпораций, они есть и в России – например, тот же Газпром), конечно, и сегодня никто не отменил, все-таки вменяемому современнику довольно нелепо представить себе, что рядовой европеец по утрам просыпается с типичным русским вопросом: «А что я сегодня сделаю, чтобы насолить нашему геополитическому антагонисту?» Вот ради чего «солить»?

Как нелепо представить себе и то, что российский путешественник, отправляющийся за впечатлениями на Запад - по делам ли бизнеса, или же за лучшим образованием, или просто отдохнуть, затариться в шопинге, - тащит с собой вместе с багажом и какой-то русский национальный интерес, стационарно привязанный к географическому месту. К Старой площади или к МИДу на Смоленке.

Однако в этом ключе нас, очевидно, собираются в новом году продолжать оболванивать в путинской России. Не в силах придумать чего-нибудь более существенного, в Москве снова призывают бороться с идущими с Запада «темных хаосом», однополярностью и гей-браками, и оборонять сакральные (то есть таинственные) духовные скрепы.

http://svpressa.ru/society/article/80322/

 

10 Января 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro верхи

Архив материалов