Почему у нас ничего не получается? Часть 2.

 

России требуются реформы, революционные в своей фундаментальности

  •  журналист, политолог. Декан Высшей школы (факультета) телевидения МГУ им. М.В.Ломоносова
России требуются реформы, революционные в своей фундаментальности, а не в темпах сокращения нашего реального, а порой и мифического отставания от Запада
Виталий Третьяков
Виталий Третьяков
Фото: photoxpress.ru

Реформ у нас не просто много, а опасно много. Они длятся вот уже четверть века, десяткам миллионов людей большинство из них не приносит никакого облегчения. Общество устало от реформ. Переходный период явно затянулся.

На ближайшие пять лет необходимо выделить несколько областей, где реформы действительно неизбежны и необходимы или уже проводящиеся реформы принесли положительные результаты. Прочие области жизни и деятельности общества надо пока оставить в покое и стабильности. К следующему пятилетию — готовить список, концепции и планы реформ в других областях. Но это тактическая задача. Стратегическая — понять, в каких реформах в первую очередь нуждается Россия.

Основ такого анализа три: понимание сущности России и реалий современного мира; выделение кричащих проблем нашей страны; вычленение реформ, которые нужны России, а не самим реформаторам, а также полный отказ от тех реформ, импульсом для которых является только одно: сделаем так, как на Западе.

Кричащие проблемы

Бесспорно, главная причина недовольства, царящего в обществе, — социальная несправедливость. У каждого слоя общества свое понимание этой несправедливости, но есть и доминирующие (объединяющие всех или большинство общества) моменты. Браться сразу за всё — значит нигде и ни в чем не добиться успеха. Нужно выделить ключевые проблемы, решение которых, во-первых, является определяющим для решения всех остальных проблем, а во-вторых, произведет наибольший эффект на общество, особенно на самые ущемленные его слои. А соответствующие реформы проводить так, чтобы сразу снимать или минимизировать то, что проблему создает. А это означает, что главные реформы должны быть не технологическими, а сущностными. И три таких я в этой статье назову.

 

А пока несколько примеров того, что в ныне существующей парадигме реформ (даже с учетом того, что Путин в последнее время ее несколько переформатировал) никаких, даже временных, успехов мы не добьемся.

Проблема элиты. Элита не хочет отказываться от своего образа жизни, от своих привычек, от своих мыслей. Она нигде и никогда этого не хочет, а сегодняшняя российская (частично антироссийская) элита тем более. Но власть имеет возможность назначать на государственные и иные значимые посты и должности только тех, кто демонстрирует пристойный и не раздражающий общество образ жизни. И сделать это легко. Нужно лишь начать с представителей власти высшего уровня. Вроде бы все просто, и я сам многократно за это выступал. Выступал потому, что это необходимо. Необходимо, но совершенно недостаточно. Ибо нет сомнения, что в сегодняшнем открытом мире и в сегодняшнем российском открытом обществе элита всегда найдет способ вывернуться из-под норм и ограничений, накладываемых такой реформой.

Проблема демократии. Тут мы вообще имеем дело с ложно трактуемой проблемой. Ибо проблемы демократии у нас нет вообще. А что есть?

Есть проблема неэффективного сочетания двух принципов управления — командно-административного (иерархического) и демократического (ныне его можно и нужно бы называть сетевым). А суть проблемы в том, умеет ли данная власть, данный правящий класс сочетать наиболее непротиворечивым и эффективным на данный исторический момент и для данной конкретной страны образом иерархический и сетевой методы управления. Вот и все.

Регулярная армия в норме иерархична, а не демократична. Партизанский отряд в норме строится по преимуществу по сетевому принципу. Но в определенных ситуациях подразделение регулярной армии (но не вся армия) должно функционировать как сеть, а партизанский отряд в конкретном бою действует на основе командного принципа.

Демографическая проблема. Вот она реальна и относится как раз к числу тех трех главных, о которых я скажу отдельно. Но методы решения этой проблемы должны подбираться не по принципу «демократично или не демократично», а исходя из ее сути (в данном случае и природной) и остроты. Разумному человеку должно быть понятно, что нельзя выстраивать эффективную демографическую политику и ставить целью естественный прирост населения, отдавая детей в другие страны. Одно исключает другое. Если только, конечно, у вас не переизбыток детей и вы не хотите просто от лишних избавиться.

Сегодняшняя Россия как реальность

Поведение отдельных, но типичных по своему общественному поведению лиц в первой половине 2012 года показало, что лидеры и активисты так называемой непримиримой оппозиции почувствовали не только «вкус свободы», но и «вкус власти» и даже «вкус крови», на которую они готовы пойти ради власти. Конечно, митингующей толпе власть все равно не достанется. Она будет узурпирована (если Россия при этом не распадется вообще) кланом лиц, среди которых ораторам с Болотной площади места не найдется — разве что в Общественном совете при Министерстве культуры.

Во второй половине 2012 года власть (точнее, та ее часть, которая связана непосредственно с Путиным) перешла в наступление и сумела, в том числе используя внутренние слабости самой непримиримой оппозиции, минимизировать ее активность и влияние. Но этот тактический успех не стоит преувеличивать, а тем более выдавать за стратегический. Разгромлена (и то не полностью) лишь сценическая часть оппозиционной тусовки, но даже не она сама. Тем более не ее идеологи и не ее идеология.

Кроме того, ради достижения своих целей активисты, особенно скрытые сторонники Болотной-Сахарова, давно уже разделились на две группы. Одна продолжает жестко и крикливо ругать Путина, а другая предлагает ему в качестве добрых советов по выходу из кризиса свои идеи и вместе с ними самих себя.

Наконец, и это главное, «Болото» непримиримой оппозиции, может быть, отчасти и осушено, но все леса вокруг него, особенно подлесок — политическая поросль страны, остаются недовольными. Чем? Да всем.

Радикальное кадровое обновление стране (и лично Путину) необходимо как воздух. Прежние фигуры и лица надоели и массам простых людей, и активной части элиты, особенно московской интеллигентско-богемной тусовке, определяющей через телевизор и интернет и отношение к высшим кадрам широких масс.

 

 expert_04_059_2.jpg Рисунок: Валерий Эдельштайн
Рисунок: Валерий Эдельштайн

 

Понятно, что необходимо менять и тех, кто просто плохо работал все последние годы или стал раздражителем для общественного мнения. Список таких людей известен и очевиден. Но в нем, судя по всему, есть и люди, к замене которых Путин не готов. Политика — это, конечно, искусство возможного. Однако высший класс политики — искусство невозможного, то есть проведение в жизнь того, что не умеют или боятся делать другие. Но что императивно необходимо стране, которую нужно буквально за волосы вытянуть не только с Болотной площади, но и из болота вообще — болота прозябания большинства в интересах меньшинства и прозябания страны в целом.

Между меньшинствами и большинством

Митинговая активность — нормальная характеристика общественной жизни. И в этом смысле никакой спокойной жизни России уже никогда не видать. Но проблема в том, что теперь, когда разговорами о правах человека и гражданина народные массы уже приучены к тому, что такие права есть и должны соблюдаться, а в любом более или менее сложном по составу (например, этническому) обществе всегда найдутся группы, считающие, что их права и свободы ущемлены, долго поддерживать стабильность реактивными действиями, как раньше, уже невозможно в принципе. Слишком много теперь в обществе активных меньшинств, склонных обнаруживать ущемление их прав и интересов даже там, где, с точки зрения большинства, эти ущемления и справедливы, и разумны.

Это хорошо видно по все усиливающейся борьбе так называемых сексуальных меньшинств за совершенно абсурдное, противоестественное и прямо грозящее европейской цивилизации гибелью право приравнять так называемые однополые браки и семьи к нормальным бракам и семьям. И ведь большинство общества, а прежде него власть, постепенно этим требованиям поддаются. Резон ясен: откупиться уступками. Но за первой уступкой следует вторая, за второй — третья... А там уже меньшинство полностью побеждает, заставляя большинство подчиниться своим правилам, а затем и своей власти. Иного ни в жизни, ни в политике не бывает.

Но, откупаясь от активных меньшинств, правящий класс не желает терять своих богатств и своей власти. А аппетиты и агрессивность активных меньшинств растут. Откупного требуется все больше.

Где его взять, если своего правящий класс отдавать не хочет? Естественно, у большинства. Вот мы и оказываемся в ситуации, когда при общем постоянном росте богатств, создаваемых в мире и у нас, происходит относительное обнищание большинства населения. Конечно, это путь в никуда. Точнее, к грядущим социальным бунтам.

Но кто возглавит эти бунты? Один из наиболее вероятных вариантов — именно активные меньшинства, которые всегда умели, а особенно преуспели в этом сегодня, ставить протестную энергию масс под свой контроль и направлять ее в нужном себе направлении. А ведь сегодня эти меньшинства имеют под рукой средства обмена информацией и влияния на общественное сознание такой мощности и всеохватности, которые не то что не снились всем заговорщикам и революционерам во все предшествующие времена вместе взятые, но которыми сто лет назад и правительства-то не располагали.

Наконец, и это принципиально, весь мир живет сегодня по законам массовой культуры. В том числе политика. А эти законы требуют постоянного обновления по крайней мере внешних декораций и прыгающих на сцене (эстрадной или политической) фигур. И еще один закон массовой культуры прямо отражается в современной политической активности: отказ от традиционного и классического в пользу маргинального и экстремального. Посему сегодня благом становится не поддержка нового («прогрессивного»), а сдерживание его. Поддерживать нужно как раз консервативное, которое лучше бы называть классическим.

Общественно-политическая экспансия меньшинств развивается по нарастающей. Понятно, какой гигантской проблемой является это как для нынешней мягкотелой и идеологически бесхребетной (уже без религиозного стержня) Европы, так и для крайне инерционной и чрезвычайно многосоставной России. Да еще с таким ненасытным правящим классом, буквально впавшим в безумие алчности, безыдейности, аморальности и прогрессизма.

Где выход? Во всяком случае, не там, где видят или ищут его в большинстве своем наши и не наши политики и особенно экономисты. Вся их активность в конечном итоге так или иначе сводится к совершенствованию системы финансовых спекуляций и играм с налоговыми льготами или репрессиями. То есть меняются (совершенствуются?) надстроечные, а не базисные элементы общественного благополучия.

Вот почему я и утверждаю, что России требуются реформы, революционные в своей фундаментальности, а не в темпах сокращения нашего реального, а порой и мифического отставания от Запада. По меньшей мере три такие реформы я считаю самыми неотложными — конечно, не в смысле скорейшего занесения в повестку дня правительства.

Реформа-1: конституционная

Конституционная реформа и иные политические реформы нужны, но они ни в коем случае не должны проводиться «под давлением непримиримой оппозиции» и уж тем более в том направлении и того содержания, которое неопы (непримиримая оппозиция) предлагают. Конституционная и иные политические реформы должны готовиться специально созданным и максимально легитимным органом, состав которого не может определяться Болотной площадью, как, впрочем, и любой площадью вообще. Проводить эту реформу обязательно нужно. По трем фундаментальным, а не конъюнктурным причинам.

Причина первая. Наша Конституция, бесспорно, демократическая. И это хорошо. Но сама демократия западного типа находится сегодня в глубочайшем содержательном и институциональном кризисе. Следовательно, наш парламент должен формироваться демократически (избираться), но не на партийной, а на сословной основе. Впрочем, это тема отдельного разговора, к которому я готов, если редакция «Эксперта» сочтет этот разговор на своих страницах необходимым.

Причина вторая. В России никогда не возникнет развитой многопартийной системы, если будут запрещены национальные партии, а разрешать их создание нельзя. Следовательно (и по ряду других причин), никакой реальной и эффективной и не разрывающей страну многопартийности в России создать не удастся (даже если бы институт западной демократии и находился в идеальной форме). А потому и отказаться от системы управляемой демократии, пока сохраняется догма многопартийной демократии, не получится. Да и опасно. Нужно просто перейти к другой системе. Кстати, гораздо более демократической.

Причина третья. И главная. Дело даже не в том, что Конституция 1993 года плоха или списана с устаревших образцов. В ней много хорошего, хотя и полно изъянов. Просто эта Конституция, как мне уже приходилось говорить и писать, естьинструкция для другого агрегата, не для России.

Если вы купили в магазине холодильник, а приехав домой, обнаружили в нем инструкцию от стиральной машины, то что вы станете делать? Повезете холодильник назад и возьмете ненужную вам стиральную машину? Или попросите прислать вам другую инструкцию-конституцию? Вот вам и ответ.

Кто-то скажет, что автор, явный последователь Победоносцева, мечтает Россию подморозить. Потому у него и вырвалось подсознательное сравнение России с холодильником. А сравнение России со стиральной машиной, для которой сочинена нынешняя инструкция, ничего из реальности не напоминает? Или вы хотите сохранить Россию именно как стиральную машину?

 

 expert_04_060.jpg Рисунок: Валерий Эдельштайн
Рисунок: Валерий Эдельштайн

 

Реформа-2: «золотая корзина» гражданина России

Все согласны с тем, что экономика, политическая система и общественные отношения России нуждаются в модернизации, но большая часть общества не верит в то, что правящая элита России и даже власть намерены справедливо распорядиться плодами этой модернизации. На многое способен, что не раз было доказано историей, русский народ, но когда он видит, что список отечественных миллиардеров растет гораздо быстрее, чем его, народа, благосостояние, то в лучшем случае замыкается в круге собственных материальных интересов, а в худшем посылает все, включая модернизацию, к черту. И уж тем более странно ждать в наше время, когда потребительство фактически стало национальной идеологией России, а правящий класс даже не пытается умерить или скрыть свой гедонизм, а, напротив, открыто демонстрирует презрение не только к неимущим, но и к обществу и России в целом, что кто-то принесет в жертву национальным интересам страны свой комфорт и сиюминутное спокойствие.

Как уж там удается в США или Западной Европе под маркой «национальных интересов» непротиворечиво соединить интересы правящего класса и остального общества, вопрос отдельный. Но в России в последние десятилетия сделать это явно не удается. Да и попыток серьезных, кажется, не было. Пора предпринять такую попытку, ибо очевидно, что наличие у России колоссальных природных богатств при отсутствии единства цели и воли у общества, правящего класса и власти рано или поздно приведет к тому, что страна будет разорвана на части. Инициатором разрыва станет, конечно, правящий класс, но общество не захочет или не сможет сопротивляться. Ну а власть будет просто куплена правящим классом. Отечественным, если его еще можно так назвать, или правящими группировками других мировых игроков.

Итак, что же должна сделать российская власть, пока она более или менее дееспособна, чтобы доказать обществу искренность своих деклараций устроить, в том числе с помощью модернизации, процветание в России не только для элиты, а для всех? Ответ оригинальным быть не может, ибо он один-единственный. Это справедливость. Но материально явленная справедливость. То есть соучастие каждого во владении тем, что является общим достоянием всех граждан России: ее природными богатствами.

 

28 Января 2013
Поделиться:

Комментарии

В принципе это вроде бы то же, что в свое время провозгласили и сделали большевики. Но в реальности при них произошло отчуждение этих богатств от основной массы населения, поскольку управление этими богатствами постепенно было передано тогдашнему правящему классу — партийной бюрократии. Но и сейчас отчуждение происходит — сразу после того, как перед телекамерами прочитывается текст Конституции. Обладающие властью и/или капиталом просто берут себе то, что считают нужным, оставляя всем остальным постыдную по содержанию минимальную потребительскую корзину.

Коллективное управление собственностью неэффективно, да в принципе и невозможно. Но и фактическая приватизация общенациональных богатств под прикрытием якобы лишь управления ими ни к чему хорошему не ведет. Так как же установить реальную справедливость, которая подвигнет общество к соединению с властью?

Нужно отдать каждому его законную часть национальных природных богатств, не создавая при этом соблазна немедленно проесть полученное. Алгоритм, мне кажется, должен быть таким. Каждый гражданин России при рождении или при получении гражданства автоматически приобретает право на конкретно исчисленную долю национальных богатств России, называемую, допустим, годовой индивидуальный доход (ГИД), а еще лучше «золотая корзина» гражданина России. Эта доля включает в себя (единицы исчисления условны): 10 кв. м земли, 1 кубометр питьевой воды, 10 кубометров древесины, 1 тонну нефти, 100 кубометров газа, 10 граммов золота, 1 карат алмазов в год. По истечении каждого года жизни эта собственность зачисляется на персональный счет каждого гражданина России. Она является неотчуждаемой и не передается по наследству. Сам гражданин может воспользоваться своей собственностью или ее денежным эквивалентом в любой момент после наступления его 18-летия. При выходе из гражданства России право на ГИД автоматически пропадает. Институт двойного гражданства ликвидируется. И не потому, что стране требуется больше авторитаризма и меньше свобод, а как раз потому, что именно к нему, к факту гражданства, прикрепляется постоянно умножающаяся индивидуальная и персонифицированная доля, созданная природой национального достояния.

Что дает такая схема, изложенная мною как принцип?

Во-первых, каждый гражданин России реально, а не конституционно-теоретически получает свою долю совокупных национальных природных (то есть не созданных другими людьми) богатств страны. Между прочим, при этом будет значительно снижена межнациональная напряженность в стране, ибо этот алгоритм есть материальное воплощение христианского принципа национального равенства, при котором нет ни эллина, ни иудея, ни русского.

Во-вторых, власть, вводящая такую систему распределения национальных природных богатств, автоматически вынуждена резервировать часть этих богатств за гражданами страны на случай предъявления ими своих прав, а потому не может отдать соответствующие природные ресурсы под полный контроль частных, тем более иностранных, компаний. А частные компании вынуждены считаться с тем, что не весь объем природных ресурсов страны контролируется ими. Ибо если, например, 100 млн граждан России захотят в каком-то году получить причитающиеся им за этот год 100 млн тонн нефти, государство обязано будет им эту нефть выдать — из своих запасов или из запасов частных нефтяных компаний, неважно. Предполагаю, что одно это радикально изменит экономическую политику в стране. Ведь предъявление такого счета к государству возможно только в случае обнищания людей или даже просто постоянного получения ими за свой труд зарплаты, недостаточной для поддержания достойного уровня жизни.

В-третьих, мне кажется, что после введения такого механизма вообще можно будет отказаться от нынешней неэффективной, несправедливой и, кажется, уже бесперспективной системы начисления пенсий по старости, ибо часть накопленного людьми ГИД будет использоваться как раз во время старости.

В-четвертых, само гражданство России станет материально выгодным, в то время как сейчас оно слишком многим представляется невыгодным, прежде всего материально. Это очень важно, ибо, хоть это часто и не вполне справедливо, понятия «Россия» и «бедность» превратились в синонимы в сознании как наших граждан, так и жителей других стран.

Но главное, конечно, ощущение необделенности, справедливости и вера в то, что страна наконец принадлежит и тебе, а власть встала на службу и твоих интересов. Теперь я верю, что все это не только для них. И чем больше высокотехнологичной продукции мы будем производить — по призыву власти производить, — тем больше будет сохраняться мое богатство и богатство моих детей. А в другой стране мне ничего подобного не дадут.

Реформа-3: демографическая

Это единственное направление, по которому наша власть — после того как Владимир Путин перестал наконец ориентироваться на советы и рекомендации некоторых экспертов в этой области, — решительно (но не до конца) двинулась в нужном направлении. Просто потому, что осознала: Россия вымирает! И если и дальше следовать советам упомянутых экспертов (а их главный совет — ничего изменить нельзя, разве что только побольше рабочей силы из-за рубежа завозить), вымирать будет и дальше. Прямо по научно выверенным предначертаниям этих демографов.

Сделано еще очень мало. Но поскольку даже то малое, что сделано, сделано правильно и в правильном направлении, то положительный результат проявился стремительно и ощутимо. Теперь нужно сделать еще несколько смелых и радикальных шагов в решении этой проблемы. Часть из них — весьма деликатные, о которых нужно говорить отдельно и детально. Но часть очевидна. Например, налог на бездетность. Внешне такой налог недемократичен, а потому введен может быть только командным путем. Но по сути он справедлив (и в этом смысле как раз демократичен, то есть отвечает всем принципам сетевого управления), а посему должен быть. Тем более что он очевидно поставит в привилегированное положение тех, кто способствует умножению населения страны, и ущемляет тех, кто (вольно или невольно — в данном случае это абсолютно неважно) на эту в буквальном смысле слова жизненно важную цель не работает.

И еще много умных реформ для России

России нужна четко разработанная новая стратегия реформ. Стратегия, гармонизированная внутри себя и отвечающая фундаментальным национальным интересам. Вот некоторые (далеко не все) основные ее составляющие.

Прежде всего нужно понять, что модернизировать нужно не Россию, а политику власти, ибо Россия есть константа нашей истории и политики, изменить которую невозможно и не нужно.

Россия есть самостоятельная и самодостаточная часть евроатлантической (христианской) цивилизации. Россия есть альтернативный Запад — и в этом смысле она представляет наибольшую ценность как для мировой цивилизации вообще, так и для самого Запада в частности. Никто и никогда не сделает из России страну адвокатов (по американскому образцу) или страну с западноевропейским (образца 70–80-х годов ХХ века) типом и уровнем потребления и общественного конформизма.

Россия развивается в истории эволюционными скачками, иногда совпадающими с социальными и политическими революциями. Сегодня Россия нуждается в таком эволюционном скачке, который не нужно путать с политической революцией как государственным переворотом и с социальной революцией как общественным бунтом и анархией. Однако без такого эволюционного скачка (революции в высшем смысле) дело может дойти и до революции политической, до бунта или распада страны.

Нужно решительно отказаться от идеологии и политической и экономической практики догоняющего (Запад) развития для России. К настоящему моменту Россия исчерпала весь набор заимствования западных моделей развития, ни одна из которых так и не позволила России «догнать Запад», но зато всякий раз максимально истощала ресурсы страны. Следовательно, Россия нуждается в новой идеологии собственного развития.

Цивилизационное своеобразие России выражается, в частности, в том, что у нас, по моему убеждению, существует своя собственная русская политическая система и своя собственная организация власти — русская власть. Ни то ни другое не описывается заимствованными у Запада политическими доктринами, а потому и не отражено в ныне действующей Конституции. Именно поэтому отечественная конституционная теория все больше расходится с реальной политической практикой. И скрыть это уже невозможно.

Одна из особенностей русской политической системы (вообще-то их список довольно обширен) — стремящаяся к абсолюту суверенность, то есть внешнеполитическая независимость и внутриполитическая самодержавность (не путать с банальным монархизмом). Россия не может (не приспособлена к этому) входить в союзы с кем-то в качестве подчиненного члена такого союза. Это еще одна причина, по которой наша страна никогда не сможет жить по чужим правилам. Россия сама есть союзообразующее государство.

Русская политическая система сначала должна быть честно описана (что не трудно, ибо именно с ее помощью и происходит реальное управление страной), а затем честно прописана в новой Конституции. Институты этой системы должны быть легализованы в этом документе или созданы как политическая реальность.

Русская православная церковь остается одним из важнейших государствообразующих институтов России как страны и нации. Осознать это особенно важно, ибо современный западный секуляризм (точнее, неоязычество) сам по себе стремительно подтачивает фундамент евроатлантической цивилизации. Только Русская православная церковь (и еще классическое русское искусство) являются сегодня хранителями моральных кодов России как цивилизации. Пока не найдем (если вообще найдем) замену тому или другому, обе эти ценности нужно беречь и (желательно) укреплять.

Судя по всему, существует и русская экономическая модель, вполне позволяющая — если не подменять ее постоянными заимствованиями — обеспечить и техническую (технологическую) модернизацию, и достаточный (но не гедонистический) уровень потребления для большинства населения. Справедливое (в интересах всех жителей) использование колоссальных природных ресурсов страны — вот цель экономической политики России. Обеспечение чьей-либо энергетической (или любой иной) безопасности, кроме как нашей собственной (и наших искренних союзников), не является обязанностью России. Должен быть наложен мораторий на вывоз за рубеж некоторых природных ресурсов страны. В числе первых я бы назвал два: лес и вода.

Выход из спирали бездумного потребительства невозможен без решительного отказа от доминирования массовой культуры, уничтожающей высокое искусство. Следовательно, нужна и новая культурная политика (отнюдь не отрицающая поисков нового — но прекрасного или, по крайней мере, не безобразного нового). В частности, нужно спасать русский язык.

***

Отказ от догматики догоняющего развития и разработка собственной стратегии реформ позволит России перейти к более серьезной метафизической революции — к отказу от исчерпавших себя теории и догматики бесконечного прогресса. Это будет означать революционный по своей значимости для выживания нашей страны и всего мира переход к практике разумного консерватизма, в которой сбережение, имеющее цель, важнее развития, цели не имеющего или непредсказуемого.

Эксперт

waesnfkdjns , 29 Января 2013
Бред.
Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов