Валерий Соловей: «А вам не приходило в голову, что Путин очень сильно устал?»

Известный политолог о «ненулевых» шансах Навального, силовиках, не способных управлять экономикой, и нарастающем социальном протесте

Продемонстрирует ли Путин былой драйв на завтрашней пресс-конференции, задается вопросом доктор исторических наук, профессор МГИМО Валерий Соловей, известный своими точными прогнозами кремлевской политики. В ходе интернет-конференции с читателями «БИЗНЕС Online» он рассуждает, что ждет Россию и мир в «революционном» 2017 году.

Валерий СоловейВалерий СоловейФото: ©Алексей Филиппов, РИА «Новости»

«В ПОСЛАНИИ НЕ ДАНЫ ОТВЕТЫ НИ НА ОДИН ВОПРОС»

— Валерий Дмитриевич, какие сигналы вы уловили в послании президента РФ этого года, о чем прочитали «между строк»? Об этом спрашивает наш читатель Юрий Тимофеев.

— Я не услышал ничего судьбоносного, прорывного и даже сколь-нибудь оригинального в этом послании. На мой взгляд, оно оказалось одним из самых слабых за всю президентскую карьеру Владимира Путина. Единственное, на что стоило бы обратить внимание, — в послании было очень мало внешней политики. И скажу, что к счастью для нас. Два предыдущих послания строились как раз на внешней политике. Сейчас Путин наконец-то сказал, что главные проблемы не вовне, а внутри страны. Правда, не обозначил какие именно и, соответственно, не предложил пути решения. Это первое.

 

Второе: в этом послании не даны ответы ни на один вопрос, по-настоящему беспокоящий российское общество. Это и катастрофическое снижение доходов, и рост цен, и безработица, и развал образования и здравоохранения. Все эти вещи остались за кадром. Единственное исключение — это упоминание о 900 тысяч граждан РФ, получающих высокотехнологичную медпомощь. Но в моем окружении — а оно весьма широкое — таких людей я не встречал. Поэтому прозвучавшая цифра скорее вызывает раздражение, а не успокаивает или обнадеживает.

— У Путина в этот раз не было его обычного драйва?

— Не просто не было драйва, а создалось впечатление, что Путину либо скучно самому, либо он не очень хорошо себя чувствует. Это было заметно всем. И, кстати, в зале была соответствующая реакция: мужчины с серьезными лицами и пышными телами, упакованными в тесные дорогие костюмы, с трудом удерживались от того, чтобы не заснуть. Посмотрим, каким президент будет 22 декабря, когда по традиции пройдет его пресс-конференция.

— Путин долго говорил о необходимости помогать НКО и различным волонтерам. Под это дело даже будут выделяться серьезные бюджетные средства. Что бы это значило? К чему готовиться? (Юлия)

— Это часть внутренней политики государства. Поскольку наша власть опасается, что НКО — это потенциальная пятая колонна, то, чтобы избежать их радикализации, погасить революционный пыл, она сама решила их финансировать и, соответственно, контролировать. Надо показать людям: да, мы закрыли НКО, объявленные «иностранными агентами», но остальные организации могут не беспокоиться. Более того, некоторым будут помогать. Прежде всего тем, кто будет действовать в соответствии с «генеральной линией партии». Это прямо не говорится, но подразумевается. То есть государство хочет контролировать вообще всю общественную активность.

— Станет ли Российская Федерация многоязычной на правовой основе? То есть будут ли установлены федеральным законодательством государственные, региональные, муниципальные и другие языки? (Назиф М.)

— Этого не будет. У нас есть закон о национально-культурной автономии. Это максимум, на что могут рассчитывать желающие многообразия и равноправия языков. Надо исходить из того, что русский язык — это язык, которым владеет практически все население России. Это язык межнационального общения, и нет нужды, исходя из государственных и даже общественных интересов, вводить дополнительные языки.

Другое дело, что в национальных республиках в составе РФ, например в Татарстане, могут больше внимания уделять татарскому языку. Но я знаю из разговоров с жителями республики, именно татарами, что они хотят большего внимания русскому и английскому языкам, а не татарскому, потому что русский и английский — это языки выхода в глобальный мир. Татарский нужен как средство сохранения национальной и культурной идентичности, но для конкурентоспособности на глобальном рынке труда он не столь уж важен. Так что нет никаких причин, побуждающих власть вводить дополнительные языки. И я не вижу оснований для того, чтобы общество этого требовало.

— Но татарский язык — это выход в тюркский мир.

— Да, но тюркский мир не является мировым флагманом технологического и культурного развития.

— Некоторые жители республики боятся превращения Татарстана в Казанскую губернию...

— Например, в Канаде все говорят в том числе и на английском языке, но никто не боится превратиться в придаток Соединенных Штатов.

«Премьер-министр не уйдет: Путин доверяет Медведеву»Фото: kremlin.ru

«ПРЕЗИДЕНТ НЕ ОБЕЩАЕТ, ЧТО ПОЯВИТСЯ СВЕТ В КОНЦЕ ТОННЕЛЯ»

— Какие изменения произойдут с правительством РФ в ближайшее время? Будет ли смена премьера? Если да, то на кого? (Дмитрий Безруков)

— Премьер-министр не уйдет: Путин доверяет Медведеву. Но я не исключаю того, что в правительство вернется Кудрин, причем с особыми полномочиями для проведения реформ. Это обсуждается, но решение не принято.

— Как считаете, после ареста Улюкаева баланс сил в правительстве качнулся от либералов в сторону патриотов-силовиков?

— На мой взгляд, баланс сил и так смещен в сторону силовиков. Но, с точки зрения президента, им нельзя доверять управление экономикой. Просто потому, что они на это не способны.

— Среди них нет ни одного эффективного экономиста? Глазьев например?

— Глазьев — это пугало. Этот человек служит для того, чтобы показать, насколько разрушительные идеи могут выдвигаться. Но реального влияния он не имеет, его используют исключительно как пропагандистский жупел.

Близок к силовикам и Андрей Белоусов, помощник президента РФ по экономике. Скорее именно он возможная креатура силовой фракции, нежели Глазьев. Но кто станет вице-премьером для проведения реформ, пока не ясно. Кудриным готовится программа реформ, правда, она не очень отличается от тех программ, которые были раньше. А у Белоусова и силовиков вообще нет никакой программы.

— А что скажите о самом Белоусове?

— Умеренный дирижист, человек вполне разумный. Но его считают все-таки скорее теоретиком и кабинетным специалистом, нежели реальным менеджером-управленцем. Я не берусь судить, насколько справедливы эти оценки, а лишь транслирую то, что говорят люди, которые управляют экономикой и политикой.

— Значит, возвращение Кудрина все-таки вероятно?

— Оно не исключено, но и не предрешено, потому что все это зависит от воли Путина: дважды — в конце 2014 года и в начале 2016 года — указ о назначении Кудрина вице-премьером якобы уже лежал на столе у президента, но оба раза подписан не был. Ничто не мешает этому указу не быть подписанным и в третий раз.

— Михаил Хазин и Михаил Делягин считают, что в программе Кудрина нет ничего нового, что модернизации экономики мы от него не дождемся. Это так?

— Я не уверен, что Хазин и Делягин видели эту программу, но те люди, которые ее точно видели и даже участвовали в обсуждении, не очень высокого мнения о содержании этого документа. С их точки зрения, главная беда — низкая операциональность программы. То есть она разработана теоретиками, которые имеют весьма отдаленное представление о реальных экономических отношениях и реальном госуправлении.

От себя могу сказать, что разработчики программы столкнулись с очень серьезной проблемой: они не понимают, как объяснить обществу все то, что предлагают. Те, кто оценивал программу с точки зрения ее коммуникативной доступности, считают, что она очень похожа на лозунги начала 90-х, когда нам говорили: это все во имя вашего блага, и альтернативы у нас нет. Но поскольку никто не объяснил, в чем же это благо состоит, то слова «либерализм» и «реформа» с тех пор стали ругательными.

И все же я не стал бы торопиться с оценками программы и тем более с тем, что она обречена. Программа даже не обнародована и, возможно, вообще не будет запущена. В то же время трудно не согласиться с очевидными идеями, которые в ней заложены. Свобода мелкому и среднему бизнесу нужна? Кто же с этим будет спорить, правда? Упрощение налогового законодательства необходимо? Необходимо! Снятие административных барьеров необходимо? Да, все с этим согласны!

— А есть то, с чем могут не согласиться?

—Сказать однозначно не могу. Но людям надо объяснить, что программа — это в их интересах, потому что любые реформы в России влекут за собой страдания для общества. Вот как объяснить людям, чтобы они еще потерпели? Ведь они терпят почти 25 лет. С 2003 года начался экономический подъем, и всем казалось, что дело идет на лад. Но вдруг снова кризис, прогнозы не просто неутешительные, а катастрофичные: обещают 20 лет нищеты и прозябания. И невольно закрадывается мысль: черт возьми, значит, это вся моя жизнь?! Наши люди ничего в этой жизни не видели, кроме кризиса, нищеты и обещаний, что когда-нибудь станет лучше. Более того, им уже и не обещают! Президент не обещает, что появится свет в конце тоннеля, он даже не говорит, когда, наконец, этот тоннель закончится. Поэтому у людей возникают самые мрачные мысли: может быть, нам стоит рискнуть, может быть, не стоит терпеть стабильность, которая для нас постоянное ухудшение, может быть, надо что-то изменить здесь и сейчас? Вот таким образом коммуникационная и экономическая проблемы превращаются в серьезнейшую политическую проблему.

«УБЕЖДЕН, ЧТО У НАВАЛЬНОГО ЕСТЬ ШАНС ВЫИГРАТЬ ВЫБОРЫ 2018 ГОДА»

— Как считаете, в 2018 году преемником может стать Медведев?

— Медведев относится к числу тех немногих людей, которым Владимир Владимирович Путин доверяет. Исходя из этого у него хорошие шансы стать преемником президента. Он может пойти на свой второй срок, но я думаю, что если это и произойдет, то при условии конституционной реформы и перераспределения полномочий. Конституционная реформа готовится, но никто не знает, когда ей будет дан старт и состоится ли она вообще. Правда, в случае возвращения Медведева в президентское кресло существуют изрядные риски дестабилизации политической ситуации. И хочется, и колется, и маменька не велит...

— Я читал о вашем мнении по поводу возможных перспектив Навального, если он будет допущен к президентским выборам. Вы утверждали, что он может победить Путина, что звучит невероятно. У меня есть предположение, что, даже если Навальному дадут предвыборный эфир на ТV, это не позволит ему тягаться с Путиным наравне. Объясните, какие факторы должны сойтись, какой стратегии должен придерживаться Навальный, чтобы победа такого кандидата стала возможной? (Олег)

— Я убежден, что у Навального есть шанс выиграть выборы 2018 года, по очень простым причинам. Во-первых, к 2018 году настроения населения ухудшатся, потому что нет никаких оснований для того, чтобы ситуация стала лучше. Более того, они не просто ухудшатся, а произойдет качественное изменение в массовых настроениях, и, скорее всего, мы это увидим уже в 2017 году. Лояльность не только к власти, но и к Путину резко снизится. Во-вторых, есть прекрасные инструменты, позволяющие общаться с обществом вне телевидения, например социальные сети. Кампания Трампа показала, что выборы можно выиграть посредством социальных сетей. В-третьих, при грамотной работе большая часть населения крупных городов не проголосует за Путина. Я имею в виду не только Москву и Санкт-Петербург, но и крупные города Урала и Сибири. И, наконец четвертое, что нужно для успеха оппозиции, — это команда, наделенная волей и спаянная единой целью.

Два года назад я сказал бы, что шансов у Навального нет, сейчас могу сказать, что они не нулевые, а через год эти шансы будут заметны не только мне.

Два года назад я сказал бы, что шансов у Навального нет, сейчас могу сказать, что они не нулевые, а через год эти шансы будут заметны не только мне»Фото: скриншот

«ВАМ НЕ ПРИХОДИТ В ГОЛОВУ, ЧТО ПУТИН ПОПРОСТУ ОЧЕНЬ УСТАЛ?»

— Почему власть всё-таки отказалась от досрочных выборов президента России?

— Идея досрочных выборов действительно обсуждалась и даже была начата предварительная подготовка. Отказались же, как мне кажется, по двум причинам. Первая: сочли, что социально-экономическая ситуация не столь угрожающая, чтобы проводить выборы раньше. Второе: победа Трампа стала для Кремля приятной неожиданностью. С точки зрения Кремля, американские демократы вмешиваются в дела других стран и провоцируют «цветные» революции. А американские республиканцы, полагает Кремль, стоят на почве Realpolitik и во внутренние дела других стран вмешиваться не будут, о чем Трамп прямо и заявил. Соответственно — рисков для нас нет, всё хорошо. Впрочем, есть и ещё один момент, но он связан с личными обстоятельствами самого президента.

— Какими?

— Вам не приходит в голову, что Путин попросту очень устал? Обратите внимание: за последнее время он уже дважды говорил о том, что будет делать, когда уйдет на покой. И судя по его намерению путешествовать, он явно хочет уйти на покой в здравом уме и твердой памяти, а не так, чтобы его вынесли ногами вперед. Отсюда следует: выборы будут проводиться в срок — в 2018 году, но не факт, что на них пойдет именно Владимир Владимирович. Решение об этом, видимо, будет приниматься в начале осени следующего года. И, возможно, это будет другой кандидат. А если при этом еще и изменят структуру государственной власти, то все шансы за то, что будет другой кандидат. Но, опять же, ничего не предрешено. Есть варианты, которые подготавливаются и обсуждаются. И не более того.

— Кроме Медведева есть еще кандидаты?

— В свое время называли господина Дюмина, губернатора Тульской области. Но ощущение, что Путин испытывает некоторое разочарование в эффективности и компетентности работы своих «силовых» выдвиженцев на гражданской службе. Может быть, Дюмин был незаменим в личной охране президента РФ и весьма успешен в качестве замминистра обороны, но это не означает, что Дюмин, а тем более Зиничев, который на посту губернатора Калининградской области и 100 дней не проработал, будут столь же успешны на гражданской службе. Конечно, бывают исключения. Но всё-таки спецслужба воспитывает специфические качества. Пока что Путин не расширяет эту часть своего кадрового резерва. Трое из его охранников перешли на гражданскую службу, причем Зиничев сейчас стал замдиректора ФСБ. Возможно, появится кто-то ещё.

— Сергей Шойгу и Сергей Иванов могут оказаться в списке преемников?

— Я очень сомневаюсь, что в этом списке окажется Сергей Шойгу. Что касается Сергея Иванова, то ощущение, что он не прочь уйти на покой и заняться каким-то делом для души.

— Как вы считаете, Путин «имеет право» устать и отойти от дел? Многие политологи говорят, что президент такого права в столь сложный для России момент просто не имеет.

— Все мы имеем право на собственные ощущения, если это не бросает вызов закону и не создает общественной угрозы. А уход Путина точно не создаст угрозу существованию России. Я могу навскидку назвать полсотни человек, которые точно смогут управлять Россией не хуже Владимира Владимировича. А по крайней мере дюжина еще и лучше, чем он. Конечно, пропаганда создает ощущение незаменимости, безальтернативности «вождя», но в действительности ситуация совершенно не драматическая.

— Можете назвать фамилии тех, кто лучше Путина справился бы с должностью президента России?

— Вы хотите, чтобы я составил этим людям дурную службу благодаря популярности вашего издания? Кого вам не жалко? (смеется)

«ЗА УШКО И НА СОЛНЫШКО ВЫТЯГИВАЮТ ТЕХ, КТО СЛАБЕЕ»

— Посадки высокопоставленных чиновников — это демонстрация чего? А главное — для кого?И не его ли Путин имел в виду в своем послании, когда говорил о поспешности силовиков в информировании без суда и следствия? (Ильгизар Зарипов)

— Это было послание силовикам, что арест Улюкаева не повлечет за собой изменения баланса сил в правительстве, поскольку мишенью нападения были Медведев и экономический блок. Но, как я уже сказал, президент отдает себе отчет в том, что силовики не способны управлять экономикой. Это первое. Второе: он не допускает чрезмерного усиления одной из фракций, предпочитает быть арбитром и регулировать взаимоотношения между фракциями, поскольку чрезмерное усиление одной из них, с его точки зрения, чревато опасностью для его власти.

— А зачем вообще нужен был этот удар по Улюкаеву?

— На этот счет много догадок. Можно оценивать его и как некий сигнал к фронтальной атаке на Медведева, и как стечение обстоятельств. Злые языки говорят, что непосредственным поводом стало недовольство российского президента, вызванное некими замечаниями Улюкаева, сделанными в личных беседах. Мы можем только догадываться, что это были за замечания, но уверяют, что именно они послужили непосредственным поводом к его аресту.

— С этим как-то связаны попытки Владимира Жириновского обвинить семью Улюкаева в русофобии, в написании русофобских произведений?

— Это же любимое русское занятие — пинать павшего и плеваться в спину тому, кого выводят. Так ведется с давнишних времен, Жириновский здесь не оригинален. В России любят чужие неудачи.

— Надо сказать, что стихи Улюкаева наводят на определенные размышления...

— Я оцениваю поэзию не с точки зрения ее идеологического заряда (это удел социалистической литературной критики), а с точки зрения ее художественных достоинств. На мой взгляд, стихи Улюкаева — графомания. Но поскольку Улюкаев свои стихи никому не навязывал, не требовал, чтобы их ввели в хрестоматию по литературе, то ему простительно иметь подобное увлечение. У каждого из нас имеются заскоки и «тараканы» в голове. Главное, чтобы они не превращались в проблему для общества и наших близких.

— Новый министр экономического развития Максим Орешкин — это проходная фигура, или из него будут «взращивать» крупного политика?

— Значимость министерства зависит от фигуры министра. Когда министром был Греф, это было значимое министерство, но когда вместо Грефа пришел Белоусов, его значение несколько уменьшилось. При господине Улюкаеве министерство превратилось в аналитическо-статистический центр. Сегодня эта тенденция снижения значимости министерства экономического развития может привести к тому, что де-факто оно превратится в департамент министерства финансов. У нас полномочия распределяются явочным порядком: если ты силен и влиятелен, то можешь захапать себе полномочий больше, чем другие. Соответственно, твое министерство будет выше других.

— Орешкин пока молчит, потому что ему нечего сказать?

— Я думаю, он поступает разумно: молчи — и сойдешь за умного (смеется). Для любого человека, который пришел на новую должность, причем, когда всё произошло так быстро, необходимо время, чтобы оглядеться. Тем более, что во власти не любят тех, кто привлекает к себе избыточное внимание масс-медиа.

— Про держателя чиновничьего общака Захарчено что-то все забыли. Вам, случайно, не известна природа этих миллиардов? И зачем нам вбросили эту новость? (Андрей Федоров)

— Дело развивается, но информация особо не просачивается. И понятно почему. Власти хотят это дело замолчать ввиду его крайней скандальности и репутационного ущерба для государства. Если власть хотела показать пример борьбы с коррупцией, то, скорее, она показала обществу, насколько баснословно богаты коррупционеры. Но это вызывает не симпатию к власти, а злобу. Заметьте: недавно прошло сообщение о задержании генерала Федеральной службы охраны (Геннадия Лопырева — ред.), у которого в доме обнаружили миллиард рублей, но уже не было ни фотографий, ни видеосъемки, да и саму информацию об этом не муссировали.

— Считалось, что на всех, кто во власти, есть компромат, и это позволяет удерживать их в узде. А теперь этот компромат избирательно извлекают на свет и кого-то тащат на «лобное место». В чем логика?

— Никакой логики в этом нет. За ушко и на солнышко вытягивают тех, кто слабее. Улюкаев был одним из самых невлиятельных министров — без связей. Никита Белых был одним из самых невлиятельных губернаторов и тоже без связей. Причин здесь три. Первая: они слабые, за них некому вступиться. Вторая причина: репрессии — это инструмент экономического передела, способ регулирования экономических отношений в условиях сокращения ресурсов. Третья: это средство поддержания политической лояльности элит. Поэтому никакой логики в репрессиях быть не должно. Если вы поймете логику, то будете знать, чего вам опасаться. А если логика отсутствует, то бояться будут все. Алогичность — фирменная черта такого рода действий.

Тем не менее, репрессии не будут носить системного и массового характера. Потому что в противном случае можно получить массовое бегство чиновников — не только со своих должностей, но и за пределы страны. Благо, сейчас такие возможности существуют. Это не 30-е годы, когда деваться было некуда.

«Улюкаев был одним из самых невлиятельных министров — без связей»Фото: kremlin.ru

НА РУБЕЖЕ 2011 — 2012 ГОДОВ В РОССИИ РАЗВОРАЧИВАЛАСЬ РЕВОЛЮЦИЯ"

— Будущий год — год 100-летия Октябрьской революции. Не думаете, что люди захотят сделать прорыв, чтобы увидеть свет в конце тоннеля?

— Я не исключаю выплесков массового недовольства, но связанных не с магией чисел, а с тем, что людям просто может надоесть терпеть. Когда доходы сокращаются из месяца в месяц (а это реальность современной России), когда вы уже не можете собрать своих детей в школу, когда вам не хватает денег на их полноценное питание, то рано или поздно вы оказываетесь перед дилеммой: подыхать в прямом смысле слова или выйти и потребовать своё. Разные люди эту дилемму для себя решают по-разному, но я далеко не уверен в долготерпении русского народа. Всё рано или поздно заканчивается, в том числе и терпение.

— Многие политологи говорят, что наш народ на улицу не выйдет, потому что боится последствий, подобных украинским.

— Во-первых, многие не ожидали, что Великобритания проголосует за Brexit, а в США изберут Трампа. Во-вторых, массовые выступления всегда непредсказуемы. Такова природа людей — они даже сами от себя скрывают собственные намерения.

Полностью -  https://static.business-online.ru/14642/RIAN_01442335.LR.ru-(1).jpg

21 Декабря 2016
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro верхи

Архив материалов