Зачем Кремлю «Антимайдан»

Власть снова идет по пути сотрудничества с «неопасными радикалами». В прошлый раз это закончилось убийствами

 

В Санкт-Петербурге в минувшие выходные были отменены дебаты между депутатом Верховной Рады Мустафой Нейемом и телеведущим Владимиром Познером. Организаторы акции говорят, что им угрожали люди, представлявшиеся активистами «Антимайдана» и Национального освободительного движения. Раньше «Антимайдан» требовал провести зачистку представителей «Пятой колонны», после чего убили Бориса Немцова. Znak.com разбирался в том, чего ожидает Кремль от этих движений и насколько он контролирует ситуацию.

 

Один из людей, близких к администрации президента, в присутствии корреспондента Znak.com так объяснил принципы сотрудничества Кремля с «Антимайданом» и «Национальным освободительным движением» (главными радикальными организациями на так называемом «патриотическом» фланге). Работа ведется напрямую с организациями, которые входят в эти движения, – «Боевое братство», профсоюзы, байкеры и так далее.

 

НОД проводит свои акции в центре Москвы в то время, как оппозиции предлагают идти митинговать на окраину в Марьино, его лидеры регулярно получают эфир на федеральных телеканалах. За неделю до убийства Бориса Немцова именно НОД и «Антимайдану» было разрешено пройти маршем по Тверской улице до площади Революции (при этом, как сообщали журналисты, значительная часть участников приехала на акцию под воздействием админресурса – из школ и вузов, или была нанята за деньги). Один из лидеров «Антимайдана» Николай Стариков свободно читает свои лекции о вредоносности США для России в ведущих вузах страны. А «Ночные волки» получают не только информационную поддержку, но и реальные экономические преференции в виде земельных участков в Крыму.

 

В Кремле считают, что существование и деятельность этих радикалов оправданы: это – «глас народа», который имеет такое же право быть услышанным, как и голоса недовольных властью. Во власти считают, что журналистам как представителям интеллигенции этот «глас народа» не нравится чисто эстетически. Еще один популярный аргумент взаимодействия – «пусть они лучше выходят на легальные митинги, чем начнут избивать несогласных в подворотнях».

 

Может ли так случиться, что НОД и «Антимайдан» окажутся не просто «гласом народа», что в этих движениях состоят опасные радикалы, которые, приняв разрешение митинговать на центральных площадях и пикетировать редакции за «высочайшее одобрение», могут пойти дальше и последовать примеру своих предшественников из БОРН (банда неонацистов-убийц, взаимодействовавшая с кураторами администрации президента)? Собеседник издания, близкий к Кремлю, говорит, что такая опасность есть, но контролировать это должны правоохранительные органы. «Радикалы есть и среди оппозиционеров», – добавил он.

 

В Санкт-Петербурге организаторы дискуссионной площадки «Открытая библиотека» были вынуждены отметить запланированные дебаты между телеведущим Владимиром Познером и украинским журналистом, сейчас – депутатом Верховной Рады Мустафом Нейемом (один из организаторов киевского Майдана). Как рассказала одна из организаторов мероприятия Екатерина Гордеева в интервью телеканалу «Дождь», организаторам и Познеру стали поступать угрозы от людей, представлявшихся именно «Антимайданом» и НОДом. Те обещали избить Нейема и других участников мероприятия. Особенно отличился Анатолий Артюх, помощник скандального депутата-гееборца Виталия Милонова, заявивший изданию «Фонтанка», что таких, как Нейем, надо уничтожать физически.

 

О новосибирском отделении НОД, в закрытых группах которого публикуются призывы экстремистского содержания, а фотографии Олега Табакова разрисовывают пентаграммами, Znak.com рассказывал отдельно – в частности, активист новосибирского НОД Алексей Лобов пишет о том, что до хулителей святынь (он причисляет к ним авторов оперы «Тангейзер») «все дойдет, только когда их станут резать».

 

Всего за неделю до убийства оппозиционного политика Бориса Немцова НОД и «Антимайдан» провели в центре Москвы митинг, на котором звучали открытые призывы к «зачистке пятой колонны». Однако через день после убийства Немцова Евгений Федоров, один из лидеров НОД, говорил корреспонденту Znak.com, что имелись в виду не «зачистки», а «чистки».

 

Представители НОД и «Антимайдана» наличие экстремистов в своих рядах категорически отрицают, а нюансы собственной репутации считают происками врагов.

 

«В НОД состоит около 20 тысяч человек, и посольство США разработало специальную программу борьбы с нами, точно так же они борются с властями КНДР, приписывая им расстрелы министров из пулеметов… Мы имеем дело с серьезным врагом, этот враг ведет войну с Россией. Ваши обвинения голословны, если есть конкретные претензии, называйте их, а врать не надо. Идет борьба со сторонниками суверенитета России, а НОД выступает за восстановление суверенитета России и только. Если у кого-то из наших сторонников есть какие-то такие взгляды, к деятельности НОД это в любом случае отношения не имеет», – сказал Znak.com один из лидеров НОД, депутат Госдумы от «Единой России» Евгений Федоров.

 

«То, что вы говорите про радикалов, – это плод вашего воображения. Вокруг «Антимайдана» нет темных сил и радикалов, это объединение патриотов, которые ставят своей целью, чтобы в России все происходило по закону. Наши активисты не могли писать угрозы Познеру», – отмечает Николай Стариков, один из лидеров «Антимайдана».

 

Интересно, что «Антимайдан» пользуется симпатиями далеко не у всех представителей патриотического фланга. Некоторые винят его за недостаточно радикальную позицию по вопросу непризнанных Донецкой и Луганской народных республик. Высказывается даже мнение, что эта организация была специально создана Кремлем для «зачистки» патриотического поля.

 

Вот что об этом в «Известиях» пишет публицист Егор Холмогоров, апологет идеи Новороссии:

 

«С антимайданом вышло нечто странное. Когда в Москве сложилась действительно взрывоопасная ситуация в связи с гибелью Бориса Немцова, антимайдан поспешил заявить о своем невмешательстве. Следующие месяцы его вождь Николай Стариков сосредоточился преимущественно на критике так называемого патриотического майдана, утверждая, что главную опасность для страны представляют собой сторонники Новороссии и их критика недостаточно решительного, по их мнению, курса на защиту русских людей в Донбассе от майданных карателей… Надувание мифологемы «патриотического майдана» выглядело так же странно, как смотрелось бы создание, ну, к примеру, в 1916 году под императорским покровительством «Антиреволюционного союза», который начал бы свою деятельность с заявления, что настоящую опасность представляют не кадеты, эсеры и большевики, а черносотенцы, и в первую очередь с ними-то антиреволюционеры и намерены бороться. Впрочем, почти что так оно и было, роль официозных кругов в развале монархических организаций, поддержавших власть в 1905-м, была огромна, и как раз она предопределила их бессилие в 1917-м. Венцом этой странной борьбы с майданом стали выступления г-на Старикова против акции «Бессмертный полк»… Пока назначенные нам защитники голосят на телеканалах, в живых аудиториях им, не говоря уж о не облеченных админресурсом оппонентах майданщиков, затыкают рот. Пока они делят участки в Крыму, майданщики делят между собой жилплощадь в наших квартирах. Если мы решаем защищать свой дом сами, к нам тут же приходят, просят не шуметь, не нарушать стабильность и «сдать оружие». Бюрократические фикции, погружаясь в болото сами, хотят утащить за собой и ту часть общества, которой есть зачем жить и за что бороться», – писал Холмогоров.

 

Такая схема работы (поддерживать относительно умеренные организации, действующие в рамках закона, чтобы сдерживать настоящих радикалов) не нова. В прошлый раз она закончилась крупным скандалом, связанным с делом банды неонацистов БОРН – тогда речь шла о работе с националистическим флангом. Znak.com подробно писал, как именно была устроена работа Кремля с «умеренными» националистами и как вышло, что в итоге некоторые радикальные националисты решили, будто Кремль дал им добро на совершение серии убийств антифашистов (именно такие показания прозвучали на суде).

 

АП контактировала с националистами разного толка (в первую очередь теми, кого считала умеренными) как через своих сотрудников, так и через различные фонды. Одним из кураторов «националистического» направления, например, был Никита Иванов, замруководителя управления АП по работе с зарубежными странами. Среди прочих, Кремль контактировал с «Русским образом» Ильи Горячева (Горячев, давая интервью из тюрьмы, своим куратором называл помощника г-на Иванова – Павла Карпова)

 

В АП говорят, что тогдашний замглавы администрации президента Владислав Сурков, понимая опасность националистов, пошел по принципу «разделяй и властвуй»: пытался создавать противовесы усиливающимся группировкам. «Русский образ» должен был стать спойлером набирающего вес «Движения против нелегальной иммиграции». «Образу» давали доступ к СМИ, разрешали проводить уличные акции.

 

19 января 2009 года в центре Москвы были застрелены антифашисты Станислав Маркелов и Анастасия Бабурова. Через полгода, 3 ноября 2009-го, был задержан убийца – Никита Тихонов и его гражданская жена и подельница Евгения Хасис. В ходе их показаний стало известно об их знакомстве с Горячевым. В декабре 2010 года он уехал в Сербию, однако был там задержан в 2013 году и вскоре экстрадирован в Москву. В деле БОРН его обвиняют в том, что он стал идейным вдохновителем преступлений банды. В администрации президента сразу прервали все контакты с «Русским образом», Никита Иванов и его команда оказались отстранены от работы. Трагедия стала горьким уроком для чиновников АП.

 

За две недели до убийства Бориса Немцова мы говорили с одним кремлевским служащим именно о националистах и об уроке БОРНа.

 

Я спрашивала его о том, кто стоит за «Антимайданом», ведь лозунги движения звучат крайне провокационно, а заявления – агрессивно. Участники движения хотели ходить на оппозиционные митинги, чтобы физически «пресекать попытки устроить Майдан». Мы говорили об опасности лишения государства монополии на насилие и о росте националистических настроений в среде людей, активно поддерживающих ДНР и ЛНР.

 

— Историю с БОРН в администрации помнят. Она научила нас, что с националистами не должны работать штатские, эта позиция сохраняется и по сей день. Что касается «Антимайдана», то это не проект администрации. Правоохранительные органы стараются отслеживать экстремистские настроения и видят, что многие ополченцы, приезжающие домой из Новороссии, могут начать делать что угодно, если усмотрят в действиях оппозиции хоть намек на «Майдан». Я думаю, силовики придумали этот проект, чтобы направить опасную энергию в относительно мирное и лояльное русло, – поделился со мной собеседник.

 

Историю помнят, но схемы работы не изменились, а на сигналы о том, что некоторые люди, входящие в орбиту данных организаций, ведут себя все более радикально, Кремль не реагирует.

 

Политолог Глеб Кузнецов считает, что в любом случае прокремлевские патриоты нацелены прежде всего на личное обогащение, а не на реализацию радикальных идей. «Раньше была проактивная позиция по отношению к радикалам, сейчас она скорее прозападная – люди приходят, берут гранты. Но человеческий фактор не изменился, радикалов волнует только собственное благосостояние, а результата от них никто не ждет», – отмечает Кузнецов.

 

Одних волнуют деньги, других власть, третьи хотят острых ощущений. Как бы история «Русского образа» не повторилась с новыми околокремлевскими «патриотами».

 

 

 

Екатерина Винокурова

 

 

http://znak.com/moscow/articles/01-06-18-10/103992.html

1 Июня 2015
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Архив материалов