Лукашенко может сменить внешнеполитические приоритеты

Александр Лукашенко и Владимир Путин во время встречи в Кремле. Фото: Сергей Карпухин / AP

Александр Лукашенко и Владимир Путин во время встречи в Кремле. Фото: Сергей Карпухин / AP

Беларусь и Европа: накануне  перезагрузки?

 

В последнее время в известной белорусской стабильности образовался определенный изъян. Нет, внутри республики по-прежнему все спокойно. В сознании большинства белорусов события на Украине окончательно дискредитировали националистическую оппозицию. Хуже обстоят дела с экономикой, но пока и здесь еще далеко до критической отметки. Правда, социальных гарантий у белорусов становится все меньше и меньше. Но главные перемены наметились на фронте внешней политики.

Традиционно Беларусь являлась и еще остается самым близким союзником России на постсоветском пространстве. Тому есть много причин. Во-первых, это языковая, культурная, историческая близость народов России и Беларуси. Во-вторых, белорусская нация является советской по своей природе — основной этап ее формирования пришелся на период Белорусской советской социалистической республики, существовавшей в рамках СССР. В-третьих, экономика Беларуси, также созданная исключительно во времена социализма, тесно завязана на российский рынок. В-четвертых, именно дешевые российские энергоносители, дотации и кредиты всегда обеспечивали «белорусское чудо». И в-пятых, российская политическая, а по умолчанию, и силовая поддержка служили гарантом устойчивости нынешнего режима в Беларуси, с самого начала оказавшегося под серьезным давлением Запада и националистической оппозиции. Это не в последнюю очередь было связано с тем, что Александр Лукашенко после своего избрания президентом Беларуси в 1994 году занял открытую пророссийскую позицию.

Откровения и противоречия

За последние двадцать лет в белорусском обществе происходили глубинные изменения.  Страна входила в капитализм. Не так резко и болезненно, как большинство других постсоветских государств, но все же не менее основательно, чем другие. Единственные бросающиеся в глаза отличия — это отсутствие показных попыток «десоветизации» и риторика о российско-белорусском союзе. Но в последнее время и здесь ситуация начала постепенно меняться.

Разногласия между белорусским и российским руководством случались и раньше. При этом Владимир Путин вел себя, как обычно, сдержанно, время от времени допуская лишь аналогии вроде «мух и котлет». А Александр Лукашенко, напротив, всегда любил бурные и эмоциональные высказывания. Но прошлые разногласия касались вопросов прежде всего экономических — про цены на российские энергоносители или доступ белорусского молока на российские рынки.

Новинкой этого сезона стали уже политические моменты. Пока речь не идет о неких публичных разногласиях. Скорее, об определенных, но достаточно красноречивых жестах. Тем не менее недвусмысленно призванных подчеркнуть независимость и суверенность нынешнего белорусского руководства. Все началось после событий на Украине. Как известно, Александр Лукашенко крайне негативно отнесся к выступлениям на Майдане. Но после силового свержения президента Украины Виктора Януковича и установления в Киеве нового режима сразу же продемонстрировал свою лояльность к новым властям в Киеве. В марте 2014 года, еще до выборов нового президента Украины, Лукашенко встретился в своей резиденции в Лясковичах на украинско-белорусском пограничье с временным главой украинского государства Александром Турчиновым. Далее состоялся визит белорусского лидера в Киев, на инаугурацию Петра Порошенко. Одновременно и сам президент Беларуси, и государственные СМИ негативно комментировали провозглашение ДНР и ЛНР. В первоначальный период некоторые официозные ресурсы даже именовали ополченцев Донбасса «террористами» и «сепаратистами». Хотя при этом помощь беженцам из Донецкой и Луганской областей в Беларуси была налажена на государственном уровне.

Петр Порошенко и Александр Лукашенко (слева направо) во время встречи во Дворце Независимости перед началом переговоров в «нормандском формате» по урегулированию кризиса на юго-востоке Украины

Петр Порошенко и Александр Лукашенко (слева направо) во время встречи во Дворце Независимости перед началом переговоров в «нормандском формате» по урегулированию кризиса на юго-востоке Украины. Фото: Татьяна Зенкович / EPA / ТАСС

Впрочем, политика Александра Лукашенко была всегда соткана из противоречий. Особенно — внешняя. Тому есть много объективных причин, но о них чуть позже.

Обратимся к последним фактам. 24 апреля весь мир отмечал 100-летие трагедии армянского народа. Президент РФ Путин, как и многие другие главы государств, прибывает в этот день в Ереван. Лукашенко в столицу Армении не едет, а направляется в Грузию. В Тбилиси, отвечая на вопросы журналистов об отношении к статусу Абхазии и Южной Осетии, президент Беларуси четко заявил, что считает их частью Грузии. То, что РБ никогда не признавала эти самопровозглашенные республики, как и присоединение Крыма к России, ни для кого не составляло секрета. Но белорусскому лидеру всегда хватало способностей уходить здесь от прямого ответа, как, например, по Крыму. В Тбилиси же Лукашенко счел возможным говорить об Абхазии и Южной Осетии как «грузинской территории» без всяких обиняков… При том, что торговля между РБ и Грузией носит весьма скромный характер, это послание, скорее всего, было адресовано не грузинскому руководству…

Последняя речь

Большой резонанс вызвало и последнее послание Александра Лукашенко к парламенту и белорусскому народу, прозвучавшее 29 апреля. Много внимания в нем было уделено отношениям с Россией. При желании в нем можно было услышать и о существующих разногласиях. Немало противоречий включала в себя и сама речь президента.

С одной стороны, Лукашенко открыто объявил Беларусь частью Русского мира: «Белорусы и россияне — это один русский народ. Мысль витает не только у либералов российских, но и у части руководства, что Лукашенко сделал крен на Запад. Может, кто-то сошел с ума и взял крен на Запад, но не мы… Я всем западникам, американцам говорю: "Мужики, если что-то произойдет, мы будем с Россией. Это наш союзник. Конечно, не дай Бог нам попасть в такую ситуацию, когда, вопреки всему, мы будем вынуждены поддерживать нашего союзника"».

Но характерна и оценка конфликта на Украине: «Война идет у нас... Мы уже вовлечены в нее... Наши воюют и на одной, и на другой стороне». 

Также часто в послании Лукашенко звучали слова о том, что ситуацию на Украине нельзя разрешить без участия США. Это уже не первое высказывание в подобном духе, но 29 апреля на нем, похоже, делался особый акцент. Не секрет, что в последнее время американский президент Барак Обама прилагает серьезные усилия по подключению США к Нормандскому процессу. Это, безусловно, вызывает прохладное отношение у России, и даже европейские участники «четверки» пока еще не высказали по этому поводу откровенного энтузиазма. Тем не менее хозяин столицы минских соглашений в данной ситуации вполне позитивно оценил данное желание США.

Одновременно белорусский президент заявил о том, что его страна хочет жить в отдельной квартире, а не у тещи или свекрови. Очевидно, что, говоря об обычно не самой любимой родственнице, он намекал на Россию.

В этом году в Беларуси Георгиевские (Гвардейские) ленточки не будут использоваться в качестве официальной символики на праздновании Победы. Президент пояснил эту ситуацию так: «Мы не запретили Георгиевские ленты, мы сделали свои. Молодцы комсомольцы наши». Именно белорусский «комсомол» (Белорусский патриотический союз молодежи) еще в прошлом году официально не рекомендовал своим членам использовать Георгиевские ленточки. В этом году в недрах БРСМ родились их замена — красно-зеленые ленты с яблоневым цветком и листиками посередине. Легенду к новой символике Победы в Беларуси можно додумать самостоятельно. И очевидно, она больше связана с ботаникой, чем с историей — в мае цветут яблони, а Победа была в этом месяце.

А вот Западу в выступлении Лукашенко было адресовано вполне четкое послание: «Со своей стороны мы всегда готовы подставить плечо соседу в трудную для него минуту. И от наших партнеров ожидаем уважительного отношения, лишенного правового нигилизма и санкционного давления».

Это уже не первый недвусмысленный сигнал, который Александр Лукашенко в последнее время подает США и Европейскому союзу. 18 апреля на встрече с комиссаром ЕС по развитию добрососедства Йоханессом Ханом президент заявил, что «Восточное партнерство» должно быть переформатировано, что сотрудничество там должно быть направлено прежде всего в экономическую область. То есть экономические преференции со стороны ЕС вместе со снижением претензий по уровню «демократии» вполне бы устроили белорусское руководство. Взамен оно готово по умолчанию демонстрировать возрастающую лояльность к США и ЕС и особую позицию по поводу украинского кризиса.

«Дан приказ ему на Запад…»

Именно в экономических обстоятельствах кроется разгадка всех зигзагов и шараханий белорусской внешней политики в последнее время. Прежде всего, именно материальные интересы определяют ее нынешнюю многовекторность. Сегодня около половины белорусского экспорта приходится уже не на Россию, а на ЕС и другие страны. Но дело даже не в этом — очень многие в высших эшелонах власти, не говоря уже о бизнес-элите, с тоской поглядывают на Запад. Им нужна модель окончательной экономической либерализации, что позволило бы приватизировать, а то и просто разворовать общегосударственную собственность. В Европе и Америке они бы предпочли приобретать недвижимость и держать свои активы. Западное общество отвечает и их личным потребительским запросам, именно там они хотели бы проводить свой досуг, учить и устраивать будущее своих детей.

Марш белорусских оппозиционеров в Минске

Марш белорусских оппозиционеров в Минске. Фото: Сергей Гриц / AP

И это не просто пожелания на перспективу. В Беларусь уже давно проникает иностранный капитал, прежде всего немецкий. Он работает здесь как в иностранных и совместных предприятиях среднего масштаба, так и в виде филиалов крупных западных кампаний. Его присутствие здесь расширяется и приносит немалые дивиденды определенным группам белорусских управленцев и бизнесменов.

За последние годы в Беларуси также сформировался обширный «средний класс» с поведенческим стереотипом Запада. Свою роль в ползучей «вестернизации» играет и средняя и высшая школа, где большая часть гуманитарного цикла давно уже взята под контроль неолиберальными экономистами и белорусскими националистами, и почти все СМИ.

Сам президент Лукашенко от этого «крена» на Запад старательно открещивается. Надо заметить, что лично Александра Григорьевича трудно причислить к «западникам». Но даже ему трудно противостоять социальному заказу правящего слоя. Поэтому западный вектор, который объективно присутствует в политике белорусского государства, продиктован прежде всего давлением высшей бюрократии, белорусских олигархов и «среднего класса».

Второе соображение, толкающее белорусское руководство на сближение с Западом — это опасения «крымского сценария» в отношении Беларуси со стороны России. Эту тему начали первыми раскручивать националистические СМИ. В основном она ограничивается общими спекуляциями, не подтвержденными никакими фактами. Но, очевидно, производит свое запланированное воздействие на белорусское руководство.

И третий фактор «оттепели» — боязнь Майдана в Беларуси. С неприсущей ему ранее доверчивостью белорусский президент почему-то верит, что заигрывание с Западом заставит последний отменить планы по установлению в Беларуси выгодной ему администрации. Но ныне действующий президент ни по каким критериям не устраивает западное сообщество и ни при каких условиях не будет им оставлен у власти надолго.

Все эти политические зигзаги и непоследовательная политика в отношении Российской Федерации и событий на Украине вызывают недоумение у значительной части белорусов, традиционно ориентированных на союз с Россией.

Можно сказать, что сегодня сложилась несколько парадоксальная ситуация: большая часть белорусского народа негативно относится к прозападной оппозиции и с возрастающим недоверием — к действующей власти. И те, и другие все меньше отвечают интересам белорусского общества.

Со стороны складывается впечатление, что Александр Лукашенко, теряя популярность и поддержку у собственного народа, готов «сдать» власть прозападным «менеджерам» в обмен на гарантии собственной безопасности и благополучия.

Все это шатание между Западом и Востоком ставит Беларусь в неудобную позицию. Отдаляясь от России, страна, возглавляемая нынешним лидером, вряд ли сможет приблизиться к Западу.  Консолидации общества, которое в большинстве своем видит в России основного партнера и союзника, такие метания тоже не способствуют.

Ситуацию могут изменить предстоящие выборы президента Беларуси в 2016 году. Сложность заключается в том, что у президента Лукашенко, с точки зрения как рядового белоруса, так и интересов России, сегодня нет вменяемой альтернативы. Практически все вероятные кандидаты на предстоящих выборах придерживаются прозападной, националистической или либеральной позиции, которая не отвечает чаяньям большей части белорусских граждан. А какой-либо третьей силы, которая могла бы стать приемлемой альтернативой нынешней власти и противостоять прозападной оппозиции, на данный момент в республике нет. 

«Русская планета» для Android: во-первых, это красиво!

http://rusplt.ru/world/belarus-i-evropa-nakanune-perezagruzki-16822.html

4 Мая 2015
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro верхи

Архив материалов