«Быть президентом США — это худшая профессия в мире»

Фото: Cathal McNaughton / Reuters

Фото: Cathal McNaughton / Reuters

Западный либерализм теряет сторонников, но его партия еще не проиграна, считает британский политолог

 

Почетный профессор Оксфордского университета Майкл Фриден — один из крупнейших исследователей идеологий на Западе. Идеология, говорит он, — это способ восприятия действительности, карта, по которой мы ориентируемся в нашем социуме. Большую часть своих трудов доктор Фриден посвятил истории и развитию либерализма, особенно в Великобритании. Он рассказал «Русской планете», как трансформируется либеральная идея в эпоху кризисов, расцвета национализма и правых движений. 

— Какие политические силы в Великобритании сейчас, на ваш взгляд, больше всего разделяют классические либеральные ценности, идеи свободы личности, свободного рынка, мнений?

— С XVIII—XIX веков либерализм очень сильно развился и изменился. Сейчас есть две основные формы либерализма: правый, который делает акцент на свободном предпринимательстве, и социальный. Второй был основным видом либерализма для Великобритании прошлого столетия. Для него важна взаимная ответственность, взаимопомощь, которая позволяет людям развиваться, иногда — при помощи структур государства. Это основа государства всеобщего благосостояния.

Выбитые окна в домах румынских иммигрантов в Белфорте, Англия. Фото: Peter Muhly / AFP / East News

Выбитые окна в домах румынских иммигрантов в Белфорте, Англия. Фото: Peter Muhly / AFP / East News

 

Либеральные демократы в Англии сейчас расколоты. Руководство партии правое, но рядовые сторонники фракции недовольны этим, они больше склонны к идее государства всеобщего благосостояния, к перераспределению богатств, к тому, чтобы дать людям равные возможности для развития.

—  В какой среде, на ваш взгляд, эти идеи сейчас сохраняют популярность?

— Университетские сообщества, журналисты, учителя, социальные работники, медики, как правило, — убежденные либералы. Есть и другие социальные группы, которые поддерживают отдельные либеральные ценности: например, кто-то не приемлет смертную казнь, другие готовы признать права геев. Правда, британцы сейчас очень напуганы иммиграцией, что, конечно, смешно. Когда лидер UKIP (популистская правая Партия независимости Соединённого Королевства, United Kingdom Independence Party) говорит, что первого января в страну приедет миллион румын — это более чем смешно. В Великобритании всегда собирались беженцы со всего мира, а сейчас у нас очень правое и консервативное правительство, которое наживается на человеческих страхах и фобиях. Это происходит по всей Европе, например, в Дании и Нидерландах.

— Чем вы это объясняете?

— UKIP — это партия одного человека, очень эффективного популиста, а люди, которые его окружают — никто. Он очень хороший пропагандист, похож на Джорджа Буша-старшего, который ходит по пабам, похлопывает людей по спинам со стаканом пива в руке — он воплощает образ «своего парня», который говорит с позиций здравого смысла. А либералы никогда не умели привлекать на свою сторону массы. Но на самом деле иммиграция очень полезна Великобритании. Многие иммигранты вносят вклад в экономику страны, а не являются для нее бременем: они платят налоги, производят, вносят новые идеи. Либералам просто надо найти подходящий язык для того, чтобы представлять свои ценности. Я не ожидаю, что мир станет значительно либеральнее в обозримом будущем, но так или иначе все меняется.

Найджел Фараж, лидер Партии независимости Соединенного Королевства. Фото: Lefteris Pitarakis / AP

Найджел Фараж, лидер Партии независимости Соединенного Королевства. Фото: Lefteris Pitarakis / AP

— Сейчас очень актуальной стала тема вмешательства государства в жизнь граждан. Можно ли сказать, что либеральное движение проигрывает старый спор «свобода или безопасность»?

— В странах Восточной Европы в 1989 году я наблюдал интересное явление, которого не было в Западной Европе. После падения коммунизма люди бежали от государства: в нем они видели опасного угнетателя, который за всеми следит. Польский историк Ежи Шацкий называл государство «агентом социальной несправедливости». В Западной Европе мы рассматриваем государство как инструмент социальных реформ и социальной справедливости, а не как опасного противника общества.

Безопасность действительно съедает часть свобод, и это тревожная вещь, но государственное вмешательство не всегда несет угрозу либерализму. Я бы не сказал, что Великобритания — это государство всеобщей слежки. У нас только очень много камер контроля скорости, больше чем где-либо в Европе, но, думаю, мы можем жить с этим.

Либералы по-прежнему делают все, что в их силах. Такие организации как Amnesty International, например, защищают свои ценности страстно и порой одержимо.

— Вы думаете, что сейчас общественные организации играют большую роль в либеральном движении, чем политические партии?

— Да, ведь можно распространять либеральные ценности, не провозглашая этого. А основная либеральная организация — это свободная пресса. Она позволяет существовать открытой дискуссии, которая всегда является угрозой для авторитаризма, религиозного фанатизма, популизма и национализма.

Барак Обама во время предвыборной кампании 2008 года. Фото: Gerald Herbert / AP

Барак Обама во время предвыборной кампании 2008 года. Фото: Gerald Herbert / AP

— В постсоветской России либеральные идеи пережили всплеск популярности, но на очень недолгое время, и затем на первое место вернулись консервативные идеи. По-вашему, каков прогноз для российского либерализма?

— Я не эксперт по России, но она всегда была довольно консервативным обществом, и это не менялось. Менялась только воля правителей. Я настроен оптимистично, в мире все процессы идут циклами. Например, меня весьма огорчает нынешнее британское правительство, но я верю, что через три, пять, семь лет маятник качнется в другую сторону. Именно поэтому так опасны международные санкции: общества, которые позволяют себе быть открытыми для обмена идеями, товарами, услугами, туристами, студентами, создают условия для либерализма, в отличие от закрытых обществ, которые культивируют подозрительность.

— Есть ли сейчас у либерального движения в мире яркие лидеры?

— Президент США Барак Обама в 2008 выступал как более или менее харизматичный либерал, но в целом он стал разочарованием для своих сторонников. Лично я его не осуждаю: быть президентом США — это худшая профессия в мире.

— Есть ли сейчас попытки переосмыслить либеральную идеологию, создать новые концепции?

—За последние 150 лет таких концепций выдвинуто великое множество. Самая новая — это признание разнообразия в образе жизни разных социальных групп.  Оно создает либерализму самые большие трудности, потому что, с одной стороны, мы должны признавать культурную автономию таких групп, а с другой — эта автономия приводит к ущемлению прав некоторых людей. То есть, как и у любой другой идеологии, у либерализма существуют свои границы, которые нельзя пересекать.  

Майкл Фриден. Фото: debrecensun.hu

Майкл Фриден. Фото: debrecensun.hu

 

Если вы хотите отвечать на кризисы, которые были вызваны действиями нелибералов, на их же языке, если мы используем методы нецивилизованных людей, то это провал с самого начала, не стоило и браться за дело. Например, когда во время кризиса в Ираке мы используем силу против силы, мы просто заменяем одну форму военного доминирования другой. Либералам не нужно быть «мускулистыми», но они должны быть стойкими в отношении границ дозволенного.

— Но сработает ли это без применения силы?

— Ну, иногда это срабатывало. СССР развалился без силового вмешательства. Апартеид в Южной Африке закончился без применения силы. Нужно открыто и уверенно выражать свои идеи и убеждать людей — это трудная борьба. Но просто сидеть тихо и ждать перемен недостаточно.

Подробнееhttp://rusplt.ru/world/byit-prezidentom-ssha--eto-hudshaya-professiya-v-mire-13101.html

http://rusplt.ru/world/byit-prezidentom-ssha--eto-hudshaya-professiya-v-mire-13101.html

25 Сентября 2014
Поделиться:

Комментарии

Для загрузки изображений необходимо авторизоваться

Материалы категории
Pro верхи

Архив материалов